Рудый ФИКСЫ. Зарубежные финансовокредитные системы
![]()
|
Созданием новых рабочих мест в 2000 г. в торговле и сфере услуг было компенсировано сокращение занятости в промышленности и особенно в строительстве. Началось дерегулирование рынка труда. Численность работающих по временным контрактам стала расти после того, как были сняты ограничения на профессии по временному найму. До последнего времени японские компании устанавливали низкий возрастной лимит (40 лет) для приема на работу, но в конце 2000 г. по примеру США возрастной лимит был вообще запрещен. Отличительной особенностью текущей экономической ситуации Японии является падающие уровень цен. Впервые в 1990-х гг. страна столкнулась с дефляцией в 1995 г., когда прирост розничных цен составил –0,1%. Снижение оптовых цен на годовом уровне происходит практически непрерывно с 1984 г. В 1994 г. уровень дефляции составил 1,9%, в 1995 г. – 1,0%. Затем, на протяжении 1996-1998 гг. в Японии наблюдался положительный прирост розничных и оптовых цен (не отличавшийся видам индексов) и составил 0,1, 1,8 и 0,6% соответственно. Но в 1999 и 2000 гг. «дефляционная спираль» вновь сработала и розничные цены снизились на 0,3% в 1999 г. и на 0,7% в 2000 г. Механизм дефляции негативен для японской экономики на фоне падающего производства: домохозяйства и компании откладывают решения о сколько-нибудь крупных расходах «на потом», ожидая дальнейшего падения цен. В результате сбережения растут, а потребительские расходы и инвестиции падают. Доля сбережений в бюджетах семей между 1987 и 1997 гг. повысилась с 23,4 до 28,8%. Начиная с 1990 г., снижение товарных цен сопровождается падением курсов корпоративных акций и цен на землю. Кризис японской экономики начался именно с того, что индекс Никкей, достигший в последний день торговли в 1989 г. уровня 38915 пунктов, в первый же день 1990 г. пошел вниз, дойдя в августе 2001 г. до рекордно низкого показателя с 11 декабря 1984 года, когда к закрытию торгов индекс составил 11250 пунктов (табл. 6.3). Таблица 6.3 Динамика среднего курса акций, входящих в индекс Никкей.
Цены на земельные участки снижаются медленнее, так как недвижимость менее ликвидна, чем акции. В начале 1999 г. уровень цен на земельные участки в городах упал на 18,4% ниже уровня 1990 г. Поскольку в спекулятивных операциях с акциями и земельными участками наиболее активными были коммерческие банки, выдававшие в этих целях низкопроцентные кредиты, то после кризиса они превратились в «плохие кредиты». Другими словами, когда курсы акций и цены на землю упали, и их биржевая стоимость сократилась на 255 трлн. иен, то страна лишилась примерно 38% совокупных активов коммерческих банков, траст-банков и банков долгосрочного кредита, или около 19% всего ссудного капитала. Важным особенным показателем состояния японской экономики на современном этапе является количество банкротств компаний. Число банкротств компаний (учитывались компании, имеющие долги в размере 10 млн. иен и выше) в 1998 г. увеличилось по сравнению с 1997 г. на 17,1%. Это второй по рекордности показатель за весь послевоенный период. Общая сумма долгов, оставленных этими компаниями, составляет 1,438 трлн. иен. 70% банкротств были вызваны такими факторами, как низкий уровень продаж в условиях затяжного спада и безнадежные займы. На фоне углубляющегося экономического кризиса количество банкротств в Японии в ноябре 2001 г. возросло на 10% по сравнению с тем же месяцем 2000 г. В общей сложности банкротами стали 1851 компания, что является самым худшим ежемесячным показателем со времени окончания второй мировой войны. При этом количество банкротств, вызванных именно рецессией, составило 1419, или 76,7% от общего числа. Географическая концентрация внешнеэкономических связей Японии в основном направлена на США, страны Западной Европы и страны АСЕАН. На страны Юго-Восточной Азии приходится 38% японского экспорта и 25% импорта. Одной из немногих опор экономики Японии остается экспортная ориентация обрабатывающей промышленности. В течение последнего десятилетия в среднем около трети реального прироста ВВП обеспечивалось экспортом. Начиная с 1981 г. Япония постоянно имела активное сальдо по внешней торговле и неторговым текущим платежам, равное 3-4% ВВП. Во внешней торговле в 1980/81 – 1998/99 фин. гг. удельный вес экспорта в ВВП Японии оставался неизменным – 10,2 и 10,3%, но доля импорта сократилась с 10,8 до 7,6%. Стабильность доли экспорта была связана с обострением конкуренции на внешних рынках и курсом японских властей на развитие, ориентированное в большой мере на внутренний рынок. Сокращение доли импорта явилось результатом программы ресурсосбережения и падения цен на сырье и энергоносители. Торговый баланс в 1998 г. был рекордным: около 133,3 млрд. долл. Положительное сальдо по текущим статьям платежного баланса выросло на 27,4% и достигло почти 132,2 млрд. долл. В товарной структуре японского экспорта доля продукции машиностроения достигла в 1998 г. 74%, а в импорте доля сырья и энергоносителей исчислялась в 23% против 65% в 1975 г. Этому способствовали снижение цен на нефть и сырье и осуществление ресурсосберегающей модели роста, а также вывоз японского капитала за границу и ввоз в страну продукции японских зарубежных предприятий. В 1999 и 2000 гг. экспорт товаров превысил их импорт на 12279,5 и 10716 млрд. иен. Оборотной стороной внешнеторговой экспансии стало повышение курса иены по отношению к доллару (за 1980-е гг. на 35%). В 1990-х гг. рост был еще более стремительным. За один только 1999 г. иена подорожала более чем на 40%. Причем половину этого пути она прошла за два месяца начиная со второй половины июля. Укрепление валютного положения Японии сопровождалось расширением участия иены в международных расчетах: иена использовалась в 34% объема операций по японскому экспорту и 12% по импорту. Однако японские власти пока не стремятся форсировать повышение роли иены как международной валюты, опасаясь негативных последствий для экономики страны. Неслучайно в составе международных резервов 66% приходится на доллар США и лишь 8% на японскую иену. Таким образом, развитие экономики Японии в 1990-х гг. характеризуется хронической необходимостью преодоления кризисных явлений практически в каждой сфере. Специфическая модель японской экономики, основанная на традиционной централизации, оказалась не способной отвечать требованиям интернационализации, глобализации и интеграции финансовых рынков. В итоге, страна оказалась в депрессии, которая на протяжении уже более 10 лет порождает неразрешимые в ближайшем будущем проблемы, как массовые банкротства в корпоративном и финансовом секторе, так и новые витки «дефляционной спирали». 6.2. Денежная и кредитная система Японии 6.2.1. Эволюция денежно-кредитной системы Японии Процесс формирования системы экономических отношений Японии, охватывающий период IV-VI вв., проходил под сильным воздействием моделей развития Китая и Кореи. Особый вклад в зарождение основ японской цивилизации внесли принц Сетоку-тайси и принц Кару, которые последовательно реформировали механизм экономического и политического регулирования путем проведения всеобщей китаизации государства. Так, в 604-605 гг. был создан первый свод японских законов, в котором сочетались принципы конфуцианства и буддизма. Японцы переняли у китайцев иероглифическое письмо (правда, позднее существенно его реформировали). Процесс китаизации был настолько обширен и глубок, что некоторые исследователи даже отказывают японской цивилизации в самостоятельности, считая ее вторичной по отношению к китайской. Но заимствования не лишили страну самобытности. К тому же нарастающее стремление к полной культурной автономии привело к полной изоляции Японии с XVI в. Под страхом смертной казни японцам было запрещено покидать острова. Торговля велась исключительно с Китаем и Голландией, да и то только в установленных местах. Тем не менее, ревностное отношение к собственной культуре сочеталось со способностью продуктивно осваивать опыт других цивилизаций, который японцы черпали из европейских книг, попадавших в страну через голландских купцов. Денежное обращение было не развито и в основном носило децентрализованный характер. Расчеты с торговцами велись преимущественно на товарной основе. Буржуазная революция 1868 г. положила конец феодальному строю Японии, предоставив возможность формирования единой судебной системы, отмены ограничений для свободного предпринимательства и торговли, и образования кредитно-финансовых учреждений. Эти умеренные буржуазные реформы получили название реформы Мэйдзи. Началась индустриализация страны; быстро протекал в Японии процесс концентрации капитала и производства. На протяжении тридцати лет, последовавших за принятием в 1872 г. закона о национальных банках, была создана большая часть японских государственных (специальных) и частных банков, в том числе и Банк Японии в 1882 г, который по закону 1889 г. получил право фидуциарной банкнотной эмиссии. В 1897 г. закон о коммерческих банках легализовал организацию банковской системы по европейским образцам, и в том же году в Японии был введен золотой стандарт. Данные экономические преобразования сопровождались агрессивной политикой колониальных захватов в Китае (1894-1895 гг.) и России (1904-1905 гг.), что закрепило за Японией статус крупной колониальной державы. Продолжавшаяся военная кампания Японии (захват Манчжурии, подготовка ко второй мировой войне) в череде с мировыми финансовыми кризисами в 1929-1933 гг. привели к нарушению равновесия в монетарной архитектонике государства. Так, с 1914 по 1920 гг. денежная масса выросла в трое, а иена обесценилась на 64%. В 1927 г. Япония стала свидетельницей острого банковского кризиса, который усугубил монополизацию банковской системы, сократив число банков в 1928 г. вдвое по сравнению с 1918 г. (в 1910 г. – 1621 банк, в 1925 г. – 1577 банков, в 1936 г. 424 банка). С отменой золотого стандарта в 1931 г. масса денег вновь увеличилась, теперь уже в 1,6 раза в 1937 г., а оптовые цены выросли на 68%. В целом на протяжении всех военных лет наблюдался структурный кризис милитаризованной экономики. В 1942 г., в условиях военной экономики, когда усилился государственно-монополитстичекий контроль над хозяйством, была создана Национальная финансовая контрольная ассоциация, которой была подчинена деятельность всей кредитной системы. Банки были обязаны вкладывать в облигации государственных военных займов не менее 75% прироста своих депозитов. В годы войны были созданы специальные кредитные учреждения для осуществления экспансии в странах Восточной и Юго-Восточной Азии, временно оккупированных японскими военными. Послевоенный период с 1945 по 1950 гг. был периодом восстановления страны из состояния разрухи и хаоса. В эти годы более половины работоспособного населения было занято главным образом в сельском хозяйстве, что обеспечивало стране аграрный статус. Структура денежного обращения в послевоенный период заметно изменилась. В ходе второй мировой войны, когда инфляция получила большое развитие, доля наличных денег в нем возросла с 30 до 56%, а депозитных - соответственно сократилась. Тяжелый кризис переживала банковская система. Банки столкнулись с большими трудностями потому, что лишились возможности кредитовать на выгодных условиях (то есть предоставлять кредиты под гарантии правительства, а то и просто «проводить» государственные средства) предприятиям, занимающимся военным производством. Более того, последние оказались не в состоянии вернуть значительную часть занятых средств, в результате чего обострилась проблема невозвратных кредитов. Вторая половина 1940-х гг. – это время жесткого централизованного распределения крайне ограниченных финансовых ресурсов. Созданный для оперативного управления хозяйства и располагавший большими полномочиями государственный орган – Штаб стабилизации экономики – ежеквартально разрабатывал и принимал планы распределения финансовых средств между отраслями, которые подлежали утверждению правительством. Все финансовые ресурсы, так или иначе находившиеся под контролем государства, распределялись в соответствии с этими планами. В январе 1947 г. был создан государственный финансовый институт – Фонд финансирования восстановления хозяйства. Приоритетными объектами кредитования Фонда стали угольная и сталелитейная промышленность, производство удобрений, электроэнергетика, которые рассматривались как ключевые для подъема экономики. В 1947 г. Фонд обеспечивал 33%, в 1948 г. – 15% всех кредитов отраслям. В силу низкого уровня валютных резервов все операции по текущему и капитальному счету платежного баланса были запрещены и в стране действовал механизм обязательной продажи валютной выручки. По мере экономической стабилизации в стране валютные операции по текущему счету были постепенно либерализованы, в 1964 г. Япония присоединилась к VIII статье Устава МВФ, в 1979 г. отменила ограничения по капитальному счету. В целях стимулирования экспорта важную роль сыграли правительственные институты – Экспортно-импортный банк Японии, созданный в 1950 г., система внешнеторгового страхования, налоговая система (освобождение от налогообложения доходов от экспорта). Кроме того, сотрудничество с международными финансовыми организациями значительно повысило кредитный рейтинг Японии (вступление В МВФ и Всемирный банк в 1952 г.). В 1949 г. возобновил свою работу фондовый рынок, закрытый сразу после окончания войны. В 1945-1951 гг. инфляция в Японии приняла невиданный размах. Масса денег в обращении выросла в 15 раз, оптовые цены – в 343 раза. Наученные опытом высокой инфляции, когда стоимость иены в 1950 г. упала до 0,4% от уровня 1936 г. (с сентября 1945 г. 1 доллар = 15 иенам, с марта 1947 г. – 50 иенам, с июля 1948 г. – 270 иенам), приоритетами японских властей стали стабилизация денежного обращения и цен. Вплоть до апреля 1949 г. Япония практиковала административный режим множественности валютных курсов, после которого был установлен фиксированный обменный курс: 360 иен за 1 доллар. Он сохранился до 1971 г., ознаменовав собой стабилизацию в монетарной сфере японской экономики. Кроме того, в 1955-1970 гг. среднегодовой прирост цен составил 1%, да и ежегодный прирост ВВП был отмечен на высоком уровне 9,7%. В 1953 г. вследствие инфляции из обращения были изъяты деньги достоинством меньше одной иены – сена и рина. Причем 1 сена равнялась 10 рин, а 1 иена содержала 100 сен. Однако в 1970-х гг. под влиянием нефтяного шока инфляция возобновилась, составив в 1973-1980 гг. 9,6%. Нефтяной кризис 1973 г. был вызван взлетом цен на нефть, когда вследствие войны на Ближнем и Среднем Востоке цены за короткое время подскочили в 2 раза. Поскольку Япония полностью покрывает потребности нефти за счет импорта, то экономика страны оказалось в тяжелой депрессии. В то время появились даже теории так называемого «нулевого роста», авторы которых полагали, что рост уже невозможен. В 1974 г. впервые за послевоенный период был зафиксирован отрицательный экономический рост. Выход из нефтяного кризиса был найден за счет изменения промышленной структуры, практически исчезли предприятия, занимающиеся выплавкой алюминия, которые требовали чрезвычайно много электроэнергии в процессе производства. В результате преодоление экономических потрясений позволило восстановить экономический рост с 1975 по 1985 гг. до 3-5% ежегодно, в 1986-1991 гг. – 4,6%. Кризис доллара США вынудил органы монетарного регулирования отказаться от привязки к данному якорю и в августе 1971 г. ввести плавающий курс иены в рамках узкого коридора, а с февраля 1973 г. перейти к свободно плавающему курсу. В связи с этим был достигнут рост курса с 315 иен за 1 доллар в 1971 г., до 195 иен в 1978 г., а в 1988 г. до 130,2 иен. Повышение курса иены способствовали продолжавшаяся структурная перестройка экономики Японии на современной технологической основе, рост конкурентоспособности японских экспортных товаров, заметное увеличение покупательной способности иены в условиях относительной стабилизации денежного обращения и цен. Рост курса иены был связан с политикой Вашингтона, направленной на поддержание искусственно заниженного курса доллара: таким образом администрация США стремилась расширить американский экспорт, затруднить импорт и на этой основе попытаться сократить дефицит во внешней торговле с Японией и в целом в платежном балансе США. Трудности, вызванные ростом курса иены, удалось преодолеть за счет расширения прямых зарубежных инвестиций и повышения производительности труда на основе НТП. Середина 1970-х и начало 1980-х гг. ознаменовались новым витком инфляционных процессов в стране. Повышение цен было вызвано политикой монополий, а также ростом цен на импортное топливо, сырье и продовольствие. В 1970-е гг. цены на импортное продовольствие возросли вдвое, на минеральное топливо – в 4,7 раза, в том числе на сырую нефть – в 10,5 раза. Во многом на возникновение инфляции в стране сыграла политика эмиссионного финансирования бюджетного дефицита. В 1975 г. японский парламент принял закон, предусматривающий выпуск специальных облигаций для финансирования расходов бюджета. В течение какого-то времени сохранялась старая система размещения, но закупки Банком Японии во избежание инфляции не были расширены. В результате накопления банками неликвидных облигаций экономика вплотную приблизилась к угрозе банковского кризиса. Ограничения постепенно снимались и к 1977 г. в Японии был создан привлекательный как для финансовых учреждений, так и для физических лиц рынок правительственных облигаций. Меры по либерализации рынка государственных обязательств шли параллельно с его ростом. Отношение размеров долга в ВВП увеличилось с 0,6% в 1965 г. до 42,7% в 1986 г. Обслуживание долга возросло за тот же период с 0,6% до 20,9%. Основную часть его обслуживания (22% расходов бюджета) составили выплаты процентов по обязательствам. В 1984 г. одной из приоритетных целей правительства стало снижение зависимости бюджета от государственных займов. Для этого была продолжена либерализация и развитие рынка государственный ценных бумаг. В октябре 1985 г. создается рынок форвардных сделок с облигациями госзайма. А в 1990-х гг. стал полноценно функционировать рынок форвардных контрактов. В середине 1980-х гг. огромное положительное сальдо в торговле с США и странами Европы стало источником острых конфликтов и ключевым вопросом межгосударственных экономических отношений для Японии. Правительство страны признало, что положительное сальдо торгового баланса – результат структурной диспропорции экономики, слишком ориентированной на экспорт. Были введены льготы для импортеров, чтобы выровнять торговый баланс и переориентировать промышленность на внутренний рынок. Но ревальвация иены (ее курс к доллару поднялся с 200 в 1985 г. до 125 в 1991 г.), несколько притормозив рост товарного экспорта, ускорила вывоз капитала. От продолжительного экспортного бума японские банки получали огромный приток ликвидных средств, который из-за высокой стоимости японской рабочей силы вкладывался не столько в производственные мощности промышленных предприятий, сколько в спекулятивные сделки с акциями и недвижимость. В целом к 1990-м гг. Япония достигла высокого уровня развития кредитной системы, обеспечив также определенный уровень доверия для привлечения вкладов, создания кредитного механизма, обеспечивающего предоставление средств экономическим субъектам в необходимом месте под низкий процент. Плодотворной мерой стала реформирование системы банковского надзора, результатом которой стало то, что за 50 послевоенных лет в Японии не было ни одного случая массового изъятия вкладов или внезапного банкротства банка. В случае появления проблемных банков, для предотвращения риска распространения проблем на другие банки использовался с одной стороны такой инструмент, как слияние проблемных банков с каким-либо крупным банком на основании указаний соответствующих органов; с другой – для того, чтобы избежать морального ущерба, всячески подчеркивался общественный характер банков (принцип общественной ответственности). Строгие нормы в целях обеспечения доверия были установлены и для эмиссии корпоративных облигаций. Благодаря тому, что право на эмиссию предоставлялось только компаниям с устойчивым финансовым положением, и не допускался выпуск «бросовых» облигаций, не было случаев дефолта по корпоративным облигациям. В случае угрозы дефолта проблемные бумаги выкупались банками-агентами, что по сути означало наличие у корпоративных облигаций банковской гарантии. Но достигнутая к середине 1990-х гг. относительная стабильность в кредитной сфере японской экономики была прервана коллапсом всей системы кредитно-финансовых учреждений. Так, в 1996-1997 гг. впервые за весь послевоенный период начались банкротства банков. Данный факт сыграл особую дестабилизирующую роль, т.к. продемонстрировал потерю способности Минфина контролировать ситуацию в финансовом секторе экономики и выступать гарантом ее стабильности. Первыми закрылись небольшой местный банк «Ханва гинко», работавший в префектуре Вакаяма, и крупный банк «Хоккайдо такусеку гинко». В ноябре 1997 г. закрылись четыре брокерские компании, в том числе одна из старейших – «Ямаити секэн». Впервые имел место дефолт на рынке онкольных ссуд (межбанковский кредитный рынок в Японии). Банковский кризис в Японии по времени совпал с распространяющимся по Юго-Восточной Азии «азиатским вирусом». Однако по сути это были абсолютно различные финансовые потрясения. Среди причин нестабильности функционирования японских кредитно-финансовых учреждений выделяют следующие две.
Выход из сложившейся ситуации японское правительство увидело в том на боре рычагов и инструментов, который, во многом и сопутствовал зарождению дестабилизации экономической системы страны. Вместо проведения реформы банковского менеджмента, власти вновь усилили протекторат Минфина и других органов государственного управления. В частности вливание бюджетных средств в форме покупки государством обыкновенных, привилегированных акций, а также облигаций коммерческих банков не принесло ожидаемых результатов и на текущий момент времени. |