А. Н. Чанышев ф ил ос о фи я древнего мирам рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов вузов
![]()
|
Поликлет и Гипподам. Знаменитый скульптор Поликлет написал трактат Канон, в котором он установил, что красота тела человека состоит в симметрии его частей, в числовых соотношениях между их величинами. Он создал статую идеального человека, которую также назвал Канон. Статуя погибла, а от трактата сохранились незначительные отрывки. Поскольку Поликлет нашел сущность красоты в числе, его часто относят к пифагорейцам. Гипподам Милетский, распланировавший при Перикле Пирей, также находился под влиянием пифагореизма сего культом меры. Его город распадался настрого прямоугольные кварталы. Гипподам занимался и социальными проблемами. Здесь над ним довлело число 3. Он создал проект наилучшего государственного устройства. В идеальном государстве Гипподама три класса ремесленники, земледельцы и воины, три части территории священная, общественная и частная, там три вида законов. Ион Хиосский. Число благоговейно почиталось и Ионом Хиос ским, выведенным в одноименном диалоге Платона. Ион написал сочинение «Триагм». Водном из сохранившихся фрагментов говорится, что в мире преобладает число 3. Публицист и оратор Исократ (V— IV вв. до н.э.) водной из своих речей также сообщает, что Ион принимал три начала. Менестор. Пифагореец Менестор из Сибариса был первым ботаником. Его интересовали вопросы строения растений, причины их плодоносности и бесплодия, причины неодновременного роста и цветения различных растений. Менестора интересовали причины здоровья живых организмов. Это здоровье он объяснял равновесием в них противоположных качеств, особенно тепла и холода. Таковы представители среднего пифагореизма. Их взгляды говорят о нелепости трактовки Пифагорейского союза как враждебной науке религиозно-политической организации. Они говорят о том, что Пифагорейский союз был выдающейся научно-философской школой, традиции которой оставались живы долгое время спустя после ее гибели. Архит Поздний пифагореизм — пифагореизм первой половины IV в. до н.э. Пифагорейский союз уже давно распался, но пифагорейская теоретическая и моральная традиция была еще жива. Крупнейшим представителем позднего пифагореизма был Архит Тарентский. Жизнь и сочинения Архита. Архит был учеником Филолая и Эмпе докла, современником, другом и корреспондентом Платона. В своем седьмом письме (которое считается подлинным) Платон писал, что он вовремя своего второго пребывания в Сиракузах (а было это в 367 г А. Ч заключил союз гостеприимства и дружбы с Архитом» [ДК 47 (35) А 5]. Именно к Архиту обратился Платон за помощью вовремя своего третьего сицилийского путешествия (в 360 г, когда он впал в немилость у сиракузского тирана Дионисия Младшего и ему угрожала смерть. Будучи воплощением античного идеала калокагатии (калос — прекрасное, агатос— хорошее, Архит совмещал в своем лице качества выдающегося для своего времени математика и механика, философа и ученого, музыканта и военачальника, политического деятеля и справедливого человека. Диоген Лаэртский сообщает, что Архит вызывал удивление народа по причине своего совершенства во всех отношениях (АУ Цицерона известный римский республиканец и философ- стоик Катон Утический называет Архита великими прославленным мужем. В демократическом Таренте, где жил Архит, закон запрещал одному и тому же лицу быть стратегом даже дважды. Архит же занимал этот пост семь разини разу не потерпел поражения. Но как только, рассказывает Аристоксен, Архит, столкнувшись с завистью, отказался от своей высокой должности, Тарент потерпел поражение. Один из источников наших сведений по древнегреческой философии, Свида, даже утверждает, что Архит одно время стоял во главе правительства Италии как стратег с неограниченной властью, избранный гражданами [Тарента] и соседними эллинами (А 2). Интересно, что Архит прославился не только как человек, обладающий властью, но и как человек, умеющий ею пользоваться. Восприняв пифагорейскую психотерапию, Архит отличался умением побеждать свои страсти, свой гневи прочие отрицательные эмоции, которые у человека, обладающего властью, причиняют вред не только ему самому, но и другим. Любовь Архита к детям стала легендарной. Аристотель в своей работе Политика упоминает как полезное и важное изобретение погремушку Архита». Следуя пифагорейской системе ценностей, Архит ставил на первое место благопристойное и прекрасное, на второе — полезное и выгодное, а на последнее — удовольствия. Сохранились сведения о полемике Архита с придворным философом сиракузского тирана Дионисия Младшего Полиархом, само прозвище которого — Преданный удовольствиям — говорит о том, что он был по своим взглядами по своему образу жизни киренаиком. Это интересный пример прямой дискуссии между представителями двух философских школ о смысле жизни. Древние авторы приписывали Архиту авторство книг О декаде, О флейтах, О машине, О земледелии, Беседы, Гармоника или О математике. До нас дошло только несколько фрагментов из О математике. Доксография об Архите обширна Архит как ученый. У Архита пифагореизм, возникший как синтез науки и орфической мифологии, нашел свое логическое завершение. Научная компонента пифагорейского мировоззрения победила мировоззренческую, наука не только победила мифологию, но и одержала верх над философией. Архит, можно сказать, уже не философа ученый. Среди наук он предпочитал арифметику, о которой в своих Беседах сказал Арифметика, по (моему) мнению, среди прочих наук выделяется совершенством знания (В 4). Как математик Архит прославился решением задачи на удвоение куба. До него математик Гиппократ Хиосский методом сведения преобразовал эту задачу в задачу нахождения двух средних пропорциональных между двумя отрезками, из которых один вдвое больше другого. Архит решил эту задачу в общем виде геометрическим образом. Архит исследовал также арифметическую и гармоническую пропорции и дал им определения. В области теории музыкальной гармонии Архит искал соответствие с разумом А 16). Этот поиск в мире разума, притом математического, и был движущей силой пифагореизма. Архит указывает и на социальную роль математики. Он обратил внимание на то, что количественное измерение, счет, способствует прекращению распрей и увеличению согласия между людьми и народами. Архит говорил, что на основе счета мы заключаем договоры между собой СВ. Как механик Архит прославился летающей деревянной моде ю голубя. Она летала, будучи привешена к противовесу, ее крылья Приводил в движение сжатый воздух. Космология. В космологии Архиту принадлежит попытка доказательства беспредельности мироздания. Архит рассуждал так Поместившись на самом крае Вселенной. был бы я в состоянии протянуть свою руку или палку дальше за пределы (этого края мироздания А. Чили нет (АИ этот акт, утверждал Архит, можно делать бесконечное количество раз. Следовательно, мироздание потенциально бесконечно. У Архита было много учеников. Аристотель о пифагореизме. Говоря о пифагорейцах, мы использовали не всю доступную нам информацию, ибо до сих пор речь шла не столько о пифагореизме в целом, сколько о пифагорейцах. Аристотель же говорит в основном о пифагореизме как таковом, анонимно. Его информацию можно классифицировать по четырем разделам 1 ) учение пифагорейцев о числах, 2) о противоположностях, 3) о мире и 4) о душе) Учение о числах. Аристотель затрагивает три вопроса трактовки чисел пифагорейцами А) числа как начала, В) взаимоотношения вещей и чисел, 1C) понимание сути числа. 1А) Объявляя числа началами, пифагорейцы, по Аристотелю, исходили из трех оснований 1Аа) во-первых, увлекаясь математикой, где решающую роль играет число, пифагорейцы, поднимаясь на уровень философии и оставаясь математиками, увидели в числах начало всего мироздания 1Ав) во-вторых, в самом мироздании они находили гармоничные соотношения, в основе которых лежали арифметическая и геометрическая пропорции, изучавшиеся пифагорейцами Ас) в- третьих, пифагорейцев привлекала универсальность числа, позволяющая, по их убеждению, фиксировать сущность даже этических явлений любовь и дружбу им казалось легче выразить числом, чем в системе физических сущностей). 1В) О взаимоотношении вещей и чисел у пифагорейцев Аристотель говорит неоднозначно. Создается впечатление, что у пифагорейцев не было единомыслия в этом вопросе. Они то отождествляли вещи и числа, то видели в числах компоненты вещей, то понимали числа каких сущности, а то даже отделяли числа от вещей, утверждая, что вещи подражают числам. Возможно, все эти варианты в решении вопроса об отношении вещей и чисел надо понимать как исторические вехи развития воззрений пифагорейского учения по вопросу о взаимоотношении чисел и вещей. Возможно, что пифагореизм развивался от наивного отождествления чисел и вещей к пониманию того, что числа — не вещи и не материя для вещей, а их сущности С) Пифагорейскую мысль о подражании вещей числам Аристотель упоминает лишь однажды. В большинстве же случаев он подчеркивает, что пифагорейцы вовсе не отделяли числа от вещей. Лишь Платон, указывает Аристотель, отделил числа от вещей, а если взять пифагорейцев, тов этом вопросе на них никакой вины нет (Метаф. XIV, 3), пифагорейские числа небыли числами, наделенными самостоятельным существованием (там же, ведь они (пифагорейцы А. Ч не приписывают числу отдельного существования (XIII, 8 ). Об этом свидетельствует и понимание числа пифагорейцами. Это понимание во многом геометрично, ибо числа имели у них пространственную величину. У пифагорейцев нет еще и размежевания физического и математического. Пифагорейцы, подчеркивает Аристотель, делают из чисел физические сущности (XIV, 3). Поэтому, отмечает Аристотель, у пифагорейцев мир как бы удваивается, ноне потому, что они отделяли числа от вещей, а напротив, потому, что они отождествляли числа с вещами. Поэтому, хотя пифагорейцы все свои рассуждения и занятия сосредоточивают на природе ( 1 , 8 ), все же создается впечатление, что говорят о какой-то другой природе, чем сам чувственный мир. Для более зрелого философского сознания Аристотеля пифагорейские «вещечисла» образовывали какой-то особый мир, в котором числа могли быть легче и тяжелее. Поэтому, если пифагорейцы и подготавливали идеализм Платона, тоне тем, что отделяли числа от вещей, а тем, что не различали физическое и математическое) Учение о противоположностях. Аристотель подчеркивает дуализм пифагорейцев, ибо у них противоположности суть начала вещей ( 1 , 5). Аристотель приводит пифагорейскую таблицу противоположностей. Она состоит из десяти пар. Это предел и беспредельное, нечет и чет, единое и многое, правое и левое, мужское и женское, покоящееся и движущееся, прямое и кривое, свети тьма, добро и зло, квадратное и прямоугольное (1,5). Аристотель никак не комментирует эту таблицу. Существовали и другие перечни пифагорейских противоположностей. Неоплатоник Порфирий (Жизнь Пифагора, 38-39) приводит шесть пар, где первая пара монада и диада. У Плутарха (De Iside, 370 Е) первая из десяти пар добро и зло, потом следуют монада — диада», «пре дел-бес предельное. Автором десятеричной таблицы противоположностей некоторые ученые считают Филолая. Попытка объяснения таблицы. Эта таблица — удивительное сочетание сексуального, физического, этического и математического дуализма. Она много говорит о становлении философского мировоззрения из мифологического под влиянием математического мышления. Пифагорейцы отталкивались от орфической космогонии, а ведь у орфиков внутри хаоса как темного и женского начала мироздания зарождается как некое сгущение эфира космическое яйцо как светлое и мужское начало. Пифагорейцы отождествили живое дышащее яйцо орфиков с пределом, а хаос — с беспредельным. Получились ряды А) мужское, светлое, предел и В) женское, темное, беспредельное. Как и все греки, пифагорейцы связывали благо с мерой, пределом, а зло — с безмерностью, с беспредельностью, отчего в первый ряд попадает предела во второй — беспредельное. Далее яйцо было понято как единое, а хаос — как многое. Думая, что нечет ограничена чет неограничен для этого были какие-то неясные для нас основания, пифагорейцы поместили в первый ряд нечет, а во второй — чет. Так как из сложения нечетных чисел, начиная с единицы, получается всякий раз квадратное число, а из сложения четных, начиная с двух прямоугольное (согласно геометризации чисел пифагорейцами, то квадратное было отнесено в первый ряда прямоугольное во второй. При этом в случае прямоугольных чисел соотношение между сторонами приросте ряда четных чисел меняется, а в случае квадратных оно неизменно, поэтому в первый ряд попало покоящееся, а во второй — движущееся. Итак далее) Учение о мире. В учении о мире беспредельное выступает у пифагорейцев в чистом виде как пневма (смесь воздуха и огня, которая окружает центральную часть, оформленную пределом, те. космос, небо. Небо дышит. Аристотель сообщает Пифагорейцы же утверждали, что пустота существует и входит из бесконечной пневмы в само небо, как бы вдыхающее в себя пустоту (Физика IV, 6 ). Здесь неясно, как сочетать пустоту и пневму. По-видимому, пифагорейцы все жене поднялись до такой абстракции как пустота вообще. Под пустотой они понимали неоформленное и разреженное состояние вещества, теплое дыхание. Возникновением и р а ограничение беспредельного пределом, когда первоначальная вещественная единица, которая, будучи разделенной на части вдыхаемой пустотой, принимает вид множества. Так возникает космос. При выдохе мироздание снова сходится в противостояние предела и беспредельного. По сообщению Аристотеля, пифагорейская картина мира существовала в двух вариантах в геоцентрическом ив негеоцентрическом. В произведении О небе Аристотель рассказывает о пифагорейской гармонии сфер. Планеты, двигаясь сквозь пневму (эфир, издают звуки разных тонов в зависимости от своего размера, скорости движения и удаленности от Земли, занимающей центральное положение. Сатурн издает самый низкий звук, звук Луны — высокий и пронзительный. В своей совокупности эти тона разной высоты образуют гармоничное созвучие. Более свойственной пифагореизму Аристотель все же считал негеоцентрическую космологию. Он подчеркивает умозрительность этой системы и надуманность Антихтона. 4) Учение о душе. Аристотель только однажды вспоминает известный пифагорейский миф, согласно которому всякая душа может облечься в любое тело (О душе 1,3), что Аристотель считает нелепостью, так как душа небезразлична к телу. Аристотель говорит и о других, более, по-видимому, поздних пифагорейских учениях о душе. Согласно одному из них, душа есть гармония. Аристотель прямо не называет это учение пифагорейским, мы об этом умозаключаем из другой информации. Например, римский писатель Макробий (IV—V вв.) сообщает, что Пифагор и Филолай сказали, что душа есть гармония [ДК 44 (32) АУ Платона в «Федоне» пифагорейцы Симмий и Кебет говорят Сократу о том, что душа есть гармония и потому она смертна, ибо это гармония частей тела. Она также не может существовать после смерти тела, как гармония лиры после ее поломки. Эта информация свидетельствует о том, что поздние пифагорейцы отказались от учения о бессмертии души и истолковали душу как функцию тела. Хотя Аристотель в целом относился к пифагореизму критически, подчеркивая, что определения их (пифагорейцев А. Ч были поверхностными (Метаф. I, 5), его информация дает нам богатый и обобщенный материал. Значение пифагореизма. Древний пифагореизм — важнейшая страница античной философии и прогрессивное явление античной культуры VI—IV вв. до н.э., особенно в той мере, в какой ему были свойственны зачатки научного мышления. На материале пифагореизма хорошо просматривается формирование философии из мифологии под воздействием научного знания (особенно математики) и вообще все более рационализированного мышления. Пифагорейцы превратили орфическое ритуальное очищение в научное занятие, в культ разума. И по мере того как пифагорейцы понимали, что окружающий их мир не хаоса космос, они отказывались от метемпсихоза, трактовали душу как гармонию, глубже представляли реальный мир ЭЛЕ АТ Ы Философская школа элеатов, как и Пифагорейский союз, тоже возникла в Великой Элладе», в городе-полисе Элея. Главные представители этой школы Ксенофан, Парменид, Зенон и Мелисс. Учение элеатов — новый шаг в становлении древнегреческой философии, в развитии ее категорий, в том числе категории субстанции. У ионийцев субстанция еще имеет физическую природу, у пифагорейцев — математическую, у элеатов же она философична, ибо эта субстанция — бытие как таковое. Более того, именно элеаты поставили вопрос о соотношении бытия и мышления, те. основной вопрос философии. Поэтому можно сказать, что формирование античной философии заканчивается в школе элеатов, именно там протофилософия становится философией. Ксенофан Ксенофан происходил из Ионии, из полиса Колофона. Время жизни философа определяется из его слов Вот уже шестьдесят семь лет, как я с моими думами ношусь по эллинской земле. А перед тем мне было от рождения. двадцать пять лет [ДК КВ. Носиться же по земле Ксенофану пришлось потому, что Колофон был захвачен персами в 546/5 гг. до н.э. Отсюда следует, что Ксенофан родился около 570 г. до н.э. и был жив еще в 478 г. до н.э. Лишенный родины, Ксенофан вел полную превратностей жизнь странствующего поэта-аэда. В своих стихах он воспел основание полиса Элея, где он стал истоком новой философской школы. Кроме того, Ксенофан писал сатирические стихотворения — «силлы», где высмеивал как поэтов (Симонида), таки философов (Пифагора. Сатира Ксенофана была также направлена против ходячего религиозно-мифологического мировоззрения греков. Антимифолопш. Именно Ксенофан впервые высказал смелую мысль о том, что не человек — творение богов, асами боги — творения человека, так как представляют собой плод его воображения. У Ксе нофана становится явным то, что лежит в основании генезиса философии, — преодоление, а затем и критика мифологического мировоззрения. Согласно Колофонцу, все предания о сражениях титанов, гигантов и кентавров — вымыслы прошлых времен. Поэтому вместо того, чтобы воспевать на пирах какую-нибудь титаномахию, греки должны просить у богов дарования справедливости. Но боги Гомера и Гесиода несправедливы и аморальны, ибо эти поэты приписали им такие пороки, как воровство, прелюбодеяние и взаимный обман, Боги подобны людям не только своим внешним видом и образом жизни, но и уровнем нравственности, а лучше сказать безнравственности Происхождение религии. Но таки должно быть, если учесть, что боги творятся людьми по своему образу и подобию. У эфиопов боги курчавы и черны, ау фракийцев — голубоглазы и рыжеваты. Вообще смертные думают, будто боги рождаются, имеют одежду, голос и телесный образ, как они (В 14). Отсюда создаваемые людским воображением образы богов. Но если бы быки, лошади и львы имели руки и могли бы ими рисовать и создавать произведения (искусства, подобно людям, то лошади изображали бы богов похожими на лошадей (В Так Ксенофан вскрыл антропоморфные корни религии (и, конечно, был далек оттого, чтобы увидеть социальные. Правда, от внимания Ксенофана ускользнула неявно антропоморфная религия, в которой боги действуют как люди, хотя их черты звероподобны. Но это не умаляет заслуги Ксенофана, поскольку всякая религия в сущности антропоморфна и принадлежит в своей мировоззренческой части к социоантропоморфическому виду мировоззрения. Тем не менее мировоззрение Ксенофана не только негативно, не только антимифологично. Оно и сверхмифологично. Ксенофан дает свою картину физического мира, исключающую мифологизмы. |