А. Н. Чанышев ф ил ос о фи я древнего мирам рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов вузов
![]()
|
Психология. Согласно Эпикуру, душа телесна, ведь кроме пустоты ничего бестелесного нет, но душа, будучи активной, пустотой быть не может, поэтому те, кто говорит, что душа бестелесна, говорят вздор. Душа состоит из особого рода атомов, подобных атомам воздуха и атомам огня, но более мелких и подвижных, как теплое дыхание простирается она по всему организму, связывая его воедино, ощущая свое тело и окружающий мир. Ум — уплотнение души. Ум находится в сердце. Атеизм. Обыденные представления о богах Эпикур считает нечестивыми. Думать, что боги озабочены тем, что происходит в мире, значит отрицать, что они блаженны, и приписывать им такие человеческие состояния, как гнев, страх, милость но забота, гнев, милость с блаженством несовместимы, а возникают при слабости, страхе и потребности в других. Боги, говорит Эпикур, абсолютно счастливы, пребывая в полной безмятежности не в мирах, а между мирами во Вселенной, в междумирьях. У Цицерона об этом сказано так по мнению Эпикура, никаких богов нет, а то, что он сказало бессмертных богах, сказано им для отвращения негодования. Божество у него нечто слабое и презренное, ничего никому не уделяющее, ничего не дарящее, ни о чем не заботящееся, ничего не делающее. Но, во-первых, такого существа совершенно быть не может, и Эпикур, видя это, наделе отвергает, на словах же оставляет богов. Таков завуалированный атеизм Эпикура. У Цицерона говорится, что Эпикур до основания разрушил всю религию. учением своим опрокинул храмы и жертвенники бессмертных богов. Почему Да с какой стати люди должны почитать богов, когда богине только не опекают людей, но вообще ни о чем не заботятся, ничего не делают. Здесь очень хорошо выдана тайна веры в богов боги нужны людям только ради выгоды. Эпикуровы же боги бездеятельны, ибо блаженны, а блаженство якобы и заключается в безделье. В противовес Эпикуру стоику Цицерона изображает бога как он его понимает — деятельным началом мира Этика. Цель этики как науки о поведении людей среди себе подобных — научить людей быть счастливыми. Конечно, в отличие от беззаботных богов люди могут быть только относительно счастливы, но и для этого надо знать, чего следует избегать и к чему надо стремиться (критерий претерпевания»). Определить это несложно — достаточно взглянуть на все живое, которое старается избежать страдания и достичь наслаждения. Правда, мы разумеем отнюдь не наслаждения распутства, или чувственности, как полагают те, кто не знает, не разделяет или плохо понимает наше учение, — нет, мы разумеем свободу от страданий тела и от смятений души (X, Жизнь делают сладкою лишь трезвое рассуждение, исследующее причины всякого нашего предпочтения и избегания и изгоняющие мнения, поселяющие великую тревогу в душе (X, 132). Таково мнение Эпикура. Так что этот гедонист допускает лишь естественные и необходимые потребности, потребности же хотя бы и естественные, ноне необходимые, а тем более искусственные, надуманные он требует оставить без удовлетворения. Эпикур исследует тревожащие человека мнения и находит их прежде всего в трех видах страха в страхе перед небесными явлениями, перед богами и перед смертью. На преодоление этих страхов и направлено все учение Эпикура; уча о материальном единстве мира, величаво выпроваживая богов в некие междумирья, своим учением о смерти Эпикур думает избавить людей оттого, что он считает главными препятствиями для их безмятежного бытия, подобного бытию богов. (У Цицерона скептик замечает люди не боятся ни богов, ни смерти) Думая научить людей преодолевать страх смерти, Эпикур учит о том, что смерти бояться не надо по Двум причинам. Во-первых, никакого загробного бытия удуши нет, душа смертна, а потому нечего тревожить себя мыслями о том, что будет после смерти — этого верующие люди боятся больше самой смерти. Во-вторых, смерть и жизнь никогда не встречаются пока мы живы, смерти нет, а когда мы мертвы, тонет жизни. Последнее, конечно, софизм. Эпикур закрывает глаза на то, что смерть это прежде всего умирание, переход отбытия к небытию, а уже после этого небытие, которое не страшит Эпикура как мудреца. Эпикурейский идеальный человек (мудрец) отличается от мудреца в изображении стоиков и скептиков. В отличие от скептика эпикуреец имеет прочные и продуманные убеждения. В отличие от стоика эпикуреец не бесстрастен. Ему ведомы страсти (хотя он никогда не влюбится, ибо любовь порабощает. В отличие от киника эпикуреец не будет демонстративно нищенствовать и презирать дружбу, напротив, эпикуреец никогда не покинет друга в беде, а если надо, то они умрет за него. Эпикуреец никогда не будет наказывать рабов. Никогда не станет они тираном. Эпикуреец, далее, не раболепствует перед судьбой как это делает стоик он понимает, что в жизни одно действительно неизбежно, но другое случайно, а третье зависит и от нас самих, от нашей воли. Эпикуреец не фаталист. Он свободен и способен на самостоятельные, самопроизвольные поступки, будучи подобен в этом отношении атомам сих самопроизвольностью. Общество н речь. Эпикур учит, что человек должен (в той мере, в какой это от него зависит) избегать таких отрицательных эмоций, как ненависть, зависть и презрение. Общество возникло искусственно — из договора, заключенного между собой первоначально как бы атомарными людьми, те. живущими уединенно, руководствуясь естественным правом, знанием добра и зла (животные этого лишены. Это договор о взаимной пользе и цель его — не причинять друг другу вреда и не терпеть вреда друг от друга. Естественно, что у всех людей одно и тоже представление о справедливости. Справедливость — в пользе, которую люди получают от взаимного общения друг с другом. Но это общее представление в разных географических местах и при разных обстоятельствах порождает разные конкретные нормы. Отсюда разнообразие обычаев и законов, которыми отдельные человеческие сообщества так отличаются друг от друга. При этом люди склонны забывать об исходном все обычаи и законы должны служить взаимной пользе и они заменимы — ведь в основе обществ лежит свободное волеизли- яние людей, их договор. Также и речь — продукт соглашения между людьми, ноне совсем, как думал Демокрит. В разных географических местностях одни и те же вещи, оказывая на людей одинаковые воздействия, тем не менее заставляли их выталкивать воздух из легких по-разному, отчего первые слова были различными, что и легло в основу различия языков как развитых систем общения. После смерти Эпикура его преемником по руководству школой стал Гермарх из Митилены. Школа Эпикура существовала в течение нескольких веков. Мы вернемся к ней в дальнейшем, когда будем говорить о таком выдающемся представителе античного атомизма, как римский философ Лукреций. Философы-идеалисты ненавидели Эпикура и его учение, рассказывали об Эпикуре и эпикурейцах всякие небылицы. Видимо, нельзя верить той информации о нескромности Эпикура, которую мы приводили выше. У Цицерона говорится о якобы традиционной грубой нетерпимости эпикурейцев ко всем иным учениям. Скептик Котта утверждает, что эпикуреец Зенон (старший современник Цицерона) не только своих современников, Аполлодора, Сила и других, осыпал бранью, но и про самого Сократа, отца философии, говорил, что он был, употребляя латинское слово, аттическим «uiyTOM»(scurra). Хри- сиппа же он никогда не называл иначе как «Хрисиппой». Стоик Бальб там же упрекает эпикурейцев в том, что они замкнуты на себе вашим меньше всего известно, что говорят. представители других школ, вы ведь только своих и читаете, своих любите, остальных же по невежеству осуждаете ДРЕВНЯЯ СТОЯ Второй, после эпикуреизма, существенно новой эллинистической философской школой стала так называемая Стоя. Учение Стой — стоицизм — имеет долгую историю, начиная с истоков эллинизма и вплоть до поздней Римской империи, тес конца IV в. до н.э. и до конца III в. н.э., когда стоицизм был вытеснен более модным неоплатонизмом. В столь долгой истории стоицизма различают три главные части Древняя, или Старшая (конец IV в. — середина II в. до н.э.), Средняя (II — I вв. до н.э.) и Новая (I — III вв.) Стоя. Стоицизм как философское учение — сложное мировоззренческое образование. Он сочетал в себе элементы материализма и идеализма, атеизма и теизма. Стечением времени идеалистическая тенденция в стоицизме нарастала, асам стоицизм все больше превращался в этическое учение. Но об этом далее. Здесь мы будем говорить о Древней Стое. Зенон. В числе учеников киника Кратета Фиванского был не только Бион Борисфенский, но и Зенон с острова Кипр, из города Кития (или Китиона) — одного из девяти главных городов тогдашнего Кипра. Там жили и греки, и финикийцы. Возможно, что киприот Зенон был смешанного, греко-финикийского происхождения. Диоген Лаэртский дает такой портрет стоика Зенона это худой и высокий, нескладный и слабосильный человек с кривой шеей и толстыми ногами, любитель полакомиться зелеными фигами и пожариться на солнцепеке. Финикийцы — древние мореплаватели-торговцы. Их корабли выходили в Атлантику и даже однажды обошли всю Африку. Отец Зенона Мнасей (или Демей) был купцом. По его стопам пошел было и его сын. Однако, когда двадцатидвухлетний Зенон со своим отцом (подругой версии Зенону было тогда уже тридцать лет) направлялись из Финикии в Пирей с грузом пурпура, их корабль потерпел крушение. И это пошло на пользу философии. Сам Зенон считал впоследствии свое кораблекрушение счастливейшим событием в своей жизни он стал философом. Случилось это так однажды Зенон от нечего делать зашел в книжную лавку и зачитался Ксенофонтом — его Воспоминаниями о Сократе. Сократ поразил его. Наивный юноша пришел в такой восторг, что стал добиваться у книгопродавца сведений о том, где можно найти подобных Сократу людей. В это время мимо книжной лавки проходил Кратет. Зенон уже порядком надоел продавцу, и тот, показав ему на удаляющегося Кратета, сказал Вот за ними ступай (VII, 3). И Зенон стал его учеником. Однако он таки не смог перенять у киников их бесстыдство, оказавшись одним из тех, оком с презрением говаривал Диоген Синопский, что они не могут избавиться от укоров совести. Зенон знал укоры совести, и ему пришлось покинуть киника и перейти сначала к Стильпону, затем к Ксенократу, и наконец к его преемнику по руководству Академией Полемону. Так как Ксенократ умер в 315 г, то Зенон оказался в Афинах не позднее этого года, а если при этом ему было двадцать два. года, то Зенон должен был родиться не позднее 337 — 336 г. Но он должен был родиться несколько раньше, ведь до Ксенократа Зенон-стоик провел неопределенное время с Кратетом и со Стильпоном. Если же киприот Зенон прибыл в Афины уже тридцатилетним, то время его рождения должно быть не позднее 345 г. Принято считать, что Зенон жил с 336/5 по 264/3 гг., но тогда он не мог бы в свои двадцать два года слушать Ксенократа. На мировоззрение Зенона оказали влияние не только киники, но и академики, и перипатетики. Однако перипатетический материализм Стратона не мог импонировать Зенону. Философами-современниками стоика Зенона были и Эпикур, и Пиррон — основатель античного скептицизма. Зенону случилось быть и писателем, и лектором. Еще при Кратете он сочинил свое Государство в киническом духе, те. отверг этот излишний, сточки зрения киников, институт, только усложняющий жизнь и уводящий людей от первобытной животной простоты. В своих истоках стоицизм был тесно связан с кинизмом, а через Кратета, Диогена Синопского и Антисфена — с Сократом. Другие сочинения Зенона О жизни, согласной с природой, О порыве, или О человеческой природе, О страстях, Об обязанностях, О законе, Об эллинском воспитании, О зрении, О цельном, О знаках, Пифагорейские вопросы, Всеобщие вопросы, О словах, Гомеровские вопросы, О чтении поэзии, Учебник, Решения, Юпровержения», Воспоминания о Кратете», Этика. От них сохранились лишь фрагменты, а иногда и одни названия. Что касается устного преподавания, которому стоики, вслед за киниками и Сократом, придавали немалое значение, то Зенон пропагандировал свое мировоззрение в афинском портике (портик — крытая колоннада, галерея с колоннами, точнее — в «стоа». (Портик — слово латинское — «портикус», а по-древнегречески это — «стоа».) И это была «стоа расписная — «стоа пойкилэ». Расписал же ее древнегреческий живописец Полигнот. Некогда там собирались поэты, которые по месту своей встречи назывались стоиками. Затем портик стал немым свидетелем казни почти 1,5 тыс. человек. Теперь же, спустя столетие, его избрал для своего любомудрия пришелец-киприот: для негб это место не имело зловещих ассоциаций. И теперь уже не поэты, а философы-зен оно в цы стали называться «стоиками». Зенон прожил долгую жизнь и умер, задержав дыхание. Это, пожалуй, был первый случай продуманного самоубийства среди древнегреческих философов и это неслучайно этика стоиков допускала, а иногда и активно рекомендовала самоубийство. Интересно, что Зенон был врагом поэзии. По его мнению, ничто не делает человека столь малопригодным для знания, как поэзия Клеанф. Преемником Зенона по руководству школой стал долгожитель Клеанф. Будучи всего на пять лет моложе Зенона, он пережил его на тридцать лет, прожив около ста лет (331/30 — 233/32 гг.), но мог, по-видимому, прожить и дольше, если бы не уморил сам себя голодом. Клеанф исполнял обязанности схоларха в течение 32 лет. Как и Зенон, он не был афинянином. В молодости он был кулачным бойцом. Придя в Афины всего с четырьмя драхмами (водной драхме содержалось более четырех граммов серебра, Клеанф примкнул к Зенону и жил, работая ночным поденщиком — по ночам он таскал воду для поливки садов и месил тесто, днем же упражнялся, как и подобает философу, в рассуждениях. Клеанф не только содержал себя, но и платил Зенону как бы оброк — вдень по оболу (около грамма серебра. Говорили, что Клеанф был трудолюбив, недаровит и медлителен и не раз вызывал насмешки других учеников Зенона, но тем не менее именно Клеанф стал главой школы после смерти своего учителя. Клеанф жил не только рассудком, но и сердцем, и создал Гимн Зевсу — самый большой сплошной текст, дошедший до нас от Древней Стой, который считается некоторыми (учеными) величайшим религиозным гимном Греции. Мировоззрение Клеанфа — художест венно-философское: Вселенная — одно большое живое существо, ее душа — Бога ее сердце — Солнце. Клеанф — автор многих сочинений, до нас не дошедших, если не считать небольших фрагментов из них, а то и всего лишь названий О времени, Об естественной науке Зенона, Толкования к Гераклиту», О чувстве, Об искусстве, К Демокриту», О богах, О браке, О поэте, О надлежащем, Наука любви, О том, что Добродетель одна для мужчин и женщин итак далее, всего названий, а если считать по книгам, то 60. Хрнсшш. Однако самым плодовитым из древних стоиков был Хрисипп, сын Аполлония, родом из Сол, ученик Клеанфа. Он написал 705 свитков на логические и этические темы. Среди них Логические положения, Пособие по диалектике, О сложных суждениях, Осуждениях, О построении слов, Против отвергающих знаки препинания, О первичных недоказуемых умозаключениях, Ответ полагающим, что в "Лжеце" есть как истина, таки ложь и многие другие рассуждения по логике, всего 311 свитков — книг. В области этики Хрисипп занимался тонким расчленением этических понятий. Кроме того, Хрисипп — создатель логики этических норм. Среди его этических сочинений Доказательства, что наслаждение не есть благо, О прекрасном и о наслаждении и др. От всех сочинений Хрисиппа дошли почти одни названия, лишь иногда фрагменты. Говорят, что в своих сочинениях Хрисипп приводил массу выдержек из более древних философов, а потому утрата его сочинений вдвойне печальна. Диоген Лаэртский пишет о Хрисиппе, что он отличался большим дарованием и всесторонней остротой ума Слава его в искусстве диалектики была такова, что многим казалось если бы боги занимались диалектикой, они занимались бы ею по-Хри- сиппу» (VI, 7). Хрисипп завершает формирование древнегреческого стоицизма, так что даже сложилась поговорка Не будь Хрисиппа, не было бы и Стой. До того как стать философом-стоиком, Хрисипп был атлетом, бегуном на длинные дистанции. Он умер 73 лет отроду, то ли выпив неразбавленного вина, то ли от хохота. Таковы три главных представителя Древней (Старшей) Стой. О других ранних стоиках мы мало что знаем, потому что соответствующая книга Диогена Лаэртского обрывается на перечне сочинений Хрисип па. Структура философии. Зенон делил философию на физику, этику и логику (именно он впервые ввел в философское обращение это последнее слово. Клеанф же различал в философии диалектику, риторику, этику, политику, физику и теологию. Хрисипп вернулся к более простому зеноновскому делению, причем оба они ставили на первое место логику, нов отношении того, какую из оставшихся частей философии поставить на второе место, они расходились Зенон ставил после логики физику, а Хрисипп — этику. Желая сделать более доходчивым свое разделение философии и свое понимание соотношения между ее частями, стоики сравнивали философию то с организмом, то с яйцом, то с садом. Логика подобна ограде для сада, скорлупе для яйца, костями нервам организма. Продолжая сравнение философии с яйцом, стоики говорили, что физика подобна его белку, а этика — желтку. Это означает, что философии без логики быть не может, что нелепо говорить об алогичной философии». Логика. Логика стоиков исследование внутренней и внешней речи. Большое значение стоики придавали материальному выражению мысли — слову и речи, вообще знакам — отсюда и сам термин логика, производный от древнегреческого логос — слово. Внутренняя речь — мысли, выраженные внутренними знаками. Внешняя речь — мысли, выраженные внешними общезначимыми знаками. Поскольку стоики, будучи общительными людьми, главное значение придавали внешнему, а не внутреннему (интимному) миру человека, внутренняя речь для них производна от внешней, внутренние знаки — от внешних, те. думая про себя, человек думает знаками человеческой речи, общезначимого языка. Будучи исследованием внутренней и внешней речи, логика стоиков распадалась на две главные части — учение о рассуждении в форме непрерывной речи и учение о рассуждении в форме вопросов и ответов. Первым занимается риторика, вторым — диалектика. В другом аспекте логика делится научение об обозначаемом и учение об обозначающем, те. о словах, предложениях, вообще о знаках. Вторым учением занимается грамматика, а первым — наука о понятиях, суждениях и умозаключениях, те. логика в нашем понимании этого термина, логика в узком, собственном смысле слова. В этой логике у стоиков были немалые заслуги. В развитии античной логики стоики сыграли вторую по значительности роль после Аристотеля. Для стоиков, как и для Аристотеля, главные принципы правильного мышления закон (запрещения) противоречия и закон тождества. Они молчаливо признают и два других логических закона закон достаточного основания « ни одна вещь не возникает беспричинно, но все возникает на каком-нибудь основании ив силу необходимости, и закон исключенного третьего, открытый (как и два первых) Аристотелем. Исходя из закона достаточного основания, стоики предпочитали условное суждение категорическому, ведь в условном суждении есть основание (если А есть В и следствие (то Сесть D). Впрочем, Хрисипп исследовали так называемую материальную импликацию, в которой между соединенными союзом если. то простыми высказываниями содержательной связи не предполагается, ион знал, что материальная импликация ложна только в том случае, когда предыдущий член импликации (антецедент) истинен, а последующий (консеквент) ложен. Все формы умозаключения Хрисипп свел к пяти простейшим модусам, из которых два — модусы условного умозаключения (Если есть А то есть и В. А есть, значит, есть и В Если есть А то есть и В В нет, значит, нет и А другие же два модуса — модусы разделительного силлогизма А либо В. А есть, значит В нет. А либо В. А нет, значит, Весть. Последняя форма умозаключения модус соединительного силлогизма Ат u t могут быть вместе. А есть, значит, В нет. Отдавая предпочтение условному суждению, стоики переиначивали в эту форму само категорическое суждение, так что суждение А есть В превращалось у них в суждение Если есть А то есть и В Аналогично и разделительное суждение становилось у них условным, те. суждение : А есть или Ву или Су стоиков принимало вид Если есть А то оно есть или Вили С. Из сказанного видно, что стоики делили суждения на простые категорическое суждение) и сложные (условное, разделительное. Простые же суждения различались ими по качеству, количеству и модальности. |