учебник по цифровому праву. блажеев учебник. Цифровое право Введение
![]()
|
§ 3. Контроль за экономической концентрацией на цифровых рынкахПод экономической концентрацией понимаются сделки, иные действия, осуществление которых оказывает влияние на состояние конкуренции (п. 21 ст. 4 Закона о конкуренции). Антимонопольное законодательство определяет порядок и условия осуществления государственного контроля в отношении сделок, иных действий в отношении активов российских финансовых организаций и находящихся на территории Российской Федерации основных производственных средств и (или) нематериальных активов либо в отношении голосующих акций (долей), прав в отношении российских коммерческих и некоммерческих организаций, а также иностранных лиц и (или) организаций, осуществляющих поставки товаров на территорию Российской Федерации в сумме более чем один миллиард рублей в течение года, предшествующего дате осуществления сделки, иного действия, подлежащих государственному контролю. В целях предупреждения негативного влияния на состояние конкуренции антимонопольный орган осуществляет государственный контроль за экономической концентрацией согласно правилам, установленным в главе 7 Закона о конкуренции. Антимонопольный орган, оценивая состояние конкуренции на рынке до и после совершения действий, направленных на экономическую концентрацию, в случае угрозы наступления негативных последствий может воспрепятствовать совершению таких действий либо ограничить субъектов, объединяющих свои активы, в их последующей деятельности. Стимулом для осуществления хозяйствующими субъектами действий, направленных на экономическую концентрацию, являются не столько количественные и качественные изменения, происходящие в условиях цифровизации в экономике, сколько оптимизация процессов расширения производства за счет приобретения уже существующих, сокращение административных и управленческих издержек, рационализация производственных мощностей, возможность использования научно-технических разработок к более широкому спектру производственных площадок в целях удешевления себестоимости производства и прочие причины. Их проконкурентность или антиконкурентность будут оцениваться применительно не только к непосредственным участникам экономической концентрации, но и к иным субъектам, действующим на анализируемом товарном рынке. Поэтому для правильной оценки последствий экономической концентрации важны не только доли хозяйствующих субъектов в продажах товара, но иные факторы - новые цифровые технологии, производственные мощности, возможности получения дешевого сырья, нахождение производителей под единым управлением и пр. Как отмечает Н.Ю. Конина, "экономическая сущность сделок по слияниям и поглощениям заключается в стремлении к увеличению собственности инвестора, росту прибыли, повышению рентабельности инвестированного капитала. Достижение этих целей обеспечивается не за счет развития и использования собственных управленческих, финансовых, производственных и сбытовых возможностей компании. Механизм слияний и поглощений применяется тогда, когда приобретение конкурентных преимуществ возможно получить с расходами именно за счет внешних источников путем приобретения активов других компаний*(402). Осуществляя контроль за экономической концентрацией в любых ее проявлениях и формах, государство должно, с одной стороны, поддерживать конкуренцию и предотвращать любые значительные усиления доминирующего положения хозяйствующих субъектов на товарных рынках, а с другой - создавать благоприятные условия для формирования крупных национально значимых организаций и объединений, поскольку именно они способны конкурировать с мировыми компаниями. Решение этих прямо противоположных задач, как это ни покажется странным, является необходимым и заключается в поиске необходимого баланса вырабатываемых решений, а не в их противопоставлении. Согласно положениям Закона о конкуренции, антимонопольный орган осуществляет государственный контроль за экономической концентрацией, под которой понимается довольно обширный круг юридических фактов (в виде сделок и иных действий), осуществление которых оказывает влияние на состояние конкуренции (п. 21 ст. 4 Закона о защите конкуренции). Тем не менее антимонопольному контролю подлежат только те действия (сделки), которые способны оказать воздействие на состояние конкуренции, экономические количественные параметры, при превышении которых действие (сделка) подпадает под ограничительные требования антимонопольного законодательства, которые определены в главе 7 Закона о конкуренции. При этом скорее оценивается не влияние, оказываемое на состояние конкуренции в момент совершения сделки или действия, а перспективные последствия, вызываемые ими. Необходимость осуществления контроля за экономической концентрацией традиционно в соответствии с нормами главы 7 Закона о конкуренции определяется по нескольким критериям: - определение круга субъектов, на которых распространяются ограничительные положения Закона о конкуренции (с учетом организационно-правовой формы юридического лица, типа и экономических показателей деятельности осуществляемой им деятельности); - выделение круга юридически значимых действий, выступающих объектом контроля, и их количественных показателей. Применительно к процедурам контроля за экономической концентрацией Закон о конкуренции использует несколько терминов, позволяющих определить круг контролируемых активов - "юридические лица", "коммерческие организации", "финансовые организации", "хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство)", "группа лиц", "финансовые организации", что позволяет учитывать возможности формально юридически независимых лиц при их воздействии на состояние конкуренции. Объектом антимонопольного государственного контроля за экономической концентрацией выступают действия (в том числе сделки) определенного вида, отвечающие установленным в антимонопольном законодательстве количественным признакам, а именно: - присоединение и слияние коммерческих организаций; - создание коммерческих организаций, в том числе в результате выделения или разделения; - приобретение голосующих акций акционерного общества с получением права распоряжаться более чем 25%, 50% или 75% указанных акций; - приобретение долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью с получением права распоряжаться более чем 1/3, 50% или 2/3 долей в уставном капитале данного общества; - получение в собственность, пользование или во владение хозяйствующим субъектом (группой лиц) находящихся на территории Российской Федерации основных производственных средств и (или) нематериальных активов другого хозяйствующего субъекта; - приобретение прав, позволяющих определять условия осуществления хозяйствующим субъектом предпринимательской деятельности или осуществлять функции его исполнительного органа; - приобретение более чем 50% голосующих акций (долей) юридического лица, учрежденного за пределами территории Российской Федерации, либо иных прав, позволяющих определять условия осуществления таким юридическим лицом предпринимательской деятельности или осуществлять функции его исполнительного органа. Подлежат государственному контролю сделки, иные действия в отношении активов российских финансовых организаций и находящихся на территории Российской Федерации основных производственных средств и (или) нематериальных активов либо в отношении голосующих акций (долей), прав в отношении российских коммерческих и некоммерческих организаций, а также иностранных лиц и (или) организаций, осуществляющих поставки товаров на территорию Российской Федерации в сумме более чем один миллиард рублей в течение года, предшествующего дате осуществления сделки, иного действия, подлежащих государственному контролю. Широкий перечень такого рода сделок и иных действий неоднократно подвергался критической оценке, поскольку не вполне ясно, какие именно сделки и действия считаются экономической концентрацией и чем они отличаются от нарушений антимонопольного законодательства, также оказывающих влияние на состояние конкуренции*(403). Тем не менее в условиях цифровизации экономики вышеуказанные критерии утрачивают качество достаточности и объективности. Цифровизация экономики приводит не только к появлению специальной родовой категории объектов гражданских прав - цифровых прав, но и изменению стратегии продажи традиционных товаров, работ, услуг, вводимых в гражданский оборот с помощью средств цифровизации. К примеру, обязательное маркирование отдельных товаров средствами идентификации*(404), преследуя благие цели защиты прав потребителей, делает невозможным введение их в гражданский оборот без средств цифровизации. Задача идентификации, учета поступления и остатков товаров, их продажа и оплата в розничных магазинах труднореализуема без использования штрих-кодов, технических средств их считывания, программных средств обработки информации, т.е. средств цифровизации. В таких условиях использование вышеназванных количественных критериев применительно к товарным рынкам в условиях их цифровизации затрудняет как идентификацию объекта антимонопольного контроля за экономической концентрацией, так и определение релевантного рынка (в части временных, продуктовых и географических границ). Поэтому участники рынка, регулятор и экспертное сообщество должны выработать новые объективные критерии оценки состояния конкуренции. Традиционный подход к оценке действий участников по экономической концентрации через количественные критерии (суммарную стоимость активов, выручку) не является объективным в условиях цифровизации экономики, в силу чего в п. 1.10.1 Программы "Цифровая экономика Российской Федерации"*(405) среди задач совершенствования антимонопольного законодательства в соответствии с потребностями цифровой экономики были названы подготовка предложений по адаптации подходов к анализу рынков и рыночной власти с учетом особенностей развития цифровой экономики, приведение инструментов контроля экономической концентрации к условиям цифровой экономики, в том числе в части концентрации больших массивов данных как средства монополизации и учета сетевых эффектов цифровых платформ. Как отмечается в литературе, экономическая концентрация в условиях цифровой экономики способна оказать негативное влияние на процессы инновации. Немедленного ухудшения продукции и роста цен может не наблюдаться, но в перспективе возможно замедление темпов инноваций как внутри концентрируемой группы, так и среди ее конкурентов*(406). Но российская методология справедливой оценки инновационного потенциала в зависимости от результатов экономической концентрации на товарном рынке пока отсутствует. Предварительный контроль выражается в необходимости получения предварительного согласия антимонопольного органа в отношении действий (сделок), предусмотренных ст. 27-29 Закона о конкуренции. Для получения такого согласия лица, указанные в ч. 1 ст. 32 Закона о конкуренции, представляют в антимонопольный орган ходатайство о даче согласия на осуществление сделок, иных действий. В отсутствие объективных критериев оценки экономической концентрации в условиях цифровой экономики в качестве проконкурентной меры следует рассматривать дачу антимонопольным органом согласия на совершение сделки по экономической концентрации с определением перечня действий, направленных на обеспечение конкуренции (п. 4 ч. 2 ст. 33 Закона о конкуренции). Перечень таких действий определяется складывающейся на товарном рынке экономической ситуацией и может быть скорректирован при ее изменении. Последующий контроль выражается в необходимости уведомления антимонопольного органа о совершении действий (сделок). К примеру, в соответствии со ст. 32 Закона о конкуренции, сделки, иные действия, указанные в ст. 27-29 закона, осуществляются без предварительного согласия антимонопольного органа, но с последующим его уведомлением об их осуществлении, если соблюдаются в совокупности следующие условия: 1) такие сделки, иные действия, осуществляются лицами, входящими в одну группу лиц; 2) перечень лиц, входящих в одну группу, с указанием оснований, по которым такие лица входят в эту группу, был представлен любым входящим в эту группу лицом (заявителем) в федеральный антимонопольный орган в утвержденной им форме не позднее чем за один месяц до осуществления сделок, иных действий; 3) перечень лиц, входящих в эту группу, на момент осуществления сделок, иных действий не изменился по сравнению с представленным в федеральный антимонопольный орган перечнем таких лиц. Несоблюдение требований о получении предварительного согласия антимонопольного органа на осуществление действий (сделок) или порядка представления уведомлений об осуществлении действий (сделок) влечет устанавливаемые в ст. 34 Закона о конкуренции последствия: а) созданные коммерческие организации (в том числе в результате слияния или присоединения) ликвидируются либо реорганизуются в форме выделения или разделения в судебном порядке по иску антимонопольного органа; б) сделки признаются недействительными в судебном порядке по иску антимонопольного органа; в) виновные лица привлекаются к административной ответственности. § 4. Применение цифрового инструментария в антимонопольном регулированииВ последнее время "все большее место занимает особый тип исторически развивающихся систем, которые включают человека и его деятельность в качестве составного компонента. К ним относятся объекты современных биотехнологий, в первую очередь генной инженерии, медико-биологические объекты, крупные экосистемы и биосфера в целом, человеко-машинные системы и сложные информационные комплексы (включая системы искусственного интеллекта), социальные объекты и т.д."*(407). В программе "Цифровая экономика Российской Федерации"*(408) в качестве одного из препятствий в развитий цифровой экономики России названо отставание от ведущих иностранных государств в развитии конкурентоспособных информационных технологий, что объясняется пробелами нормативной базы для цифровой экономики и недостаточно благоприятной средой для ведения бизнеса и инноваций и, как следствие, низким уровнем применения цифровых технологий бизнес-структурами. В целях преодоления отставания от стран-лидеров в применении информационных технологий необходимо повышение конкурентоспособности российских компаний на мировых рынках. В связи с чем одним из ключевых направлений развития государственного регулирования является антимонопольное регулирование в условиях развития цифровой экономики и ее глобализации. Также перед государством остро встает вопрос о необходимости актуализации правовых и технологических средств антимонопольного регулирования в условиях цифровой реальности с целью обеспечения благоприятной конкурентной среды и защиты конкуренции. По мнению докторов юридических наук О.А. Городова и М.А. Егоровой решение следующих проблем будет способствовать развитию цифровой экономики. 1. Определить, как трактовать финансовые технологии в действующем российском и международном правовом поле. 2. Правовое регулирование "Больших данных". 3. Правовое регулирование криптовалюты и майнинга. 4. Определить, необходимо ли государственное регулирование криптовалютной деятельности. 5. Противодействие легализации денежных средств, полученных преступным путем. 6. Защита интересов представителей бизнеса. 7. Использование новых механизмов регулирования отношений, складывающихся в сфере правовой охраны и использования объектов интеллектуальной собственности. 8. Совершенствование системы правового регулирования информационного посредничества*(409). Трудно не согласиться с приведенным перечнем, но, по нашему мнению, его необходимо дополнить проблемой совершенствования правовых средств антимонопольного регулирования в условиях цифровой экономики. Безусловно, антимонопольное законодательство должно быть готово своевременно и эффективно решать проблемы современной действительности. Для этого необходимо синхронизировать требования нового времени и закон*(410), и принять соответствующие законодательные изменения, которые призваны, в частности, определять применение антимонопольного законодательства в условиях цифровизации, а также в сфере интеллектуальной собственности. По мнению А.Г. Цыганова, "необходимость в разработке поправок связана с тем, что некоторые стандартные категории антимонопольного регулирования не работают на цифровых рынках"*(411). Вместе с тем считаем, что государство должно прогнозировать дальнейшее развитие общественных отношений в цифровой сфере, в том числе используя средства искусственного интеллекта, и предвосхищать их появление новыми нормативными актами. Так к моменту подписания Президентом РФ пятого антимонопольного пакета, ряд его положений уже устареет и потребуется разработка новых изменений в законодательство. Таким образом, без должного нормотворческого прогноза этот процесс будет бесконечным и всегда запаздывающим. Действительно, смена социального уклада и развитие цифровой экономики, безусловно, требует и пересмотра подходов к антимонопольному регулированию и правоприменению. Сферу криптовалют, блокчейна, смарт-контрактов, больших данных и "умных" программ не эффективно регулировать и контролировать при помощи ручки, бумаги и калькулятора*(412). Такие инструменты цифровой экономики как интернет вещей, большие данные, искусственный интеллект, машинное обучение, киберфизические системы, системы мониторинга, блокчейн, нейронные сети, робототехника, 3D-моделирование, виртуальная и дополненная реальность, облачные вычисления и многие другие способствуют цифровизации и интеграции всех потоков данных для создания современного общества. Рассмотрим основополагающие инструменты цифровизации, которые используются или могут быть использованы при осуществлении антимонопольного регулирования. Большие данныеС принятием "четвертого антимонопольного пакета"*(413) антимонопольный орган при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства проводит анализ состояния конкуренции в объеме, необходимом для принятия решения о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства. Порядок проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке утвержден приказом ФАС России от 28.04.2010 N 220 (далее - Порядок N 220), который используется для анализа состояния конкуренции в целях установления доминирующего положения хозяйствующего субъекта (хозяйствующих субъектов) и выявления иных случаев недопущения, ограничения или устранения конкуренции, в том числе: а) при рассмотрении дел о нарушениях антимонопольного законодательства; б) при принятии решений в рамках государственного контроля за экономической концентрацией, за исключением рассмотрения сделок и иных действий, которые осуществляются внутри группы лиц; в) при решении вопросов о принудительном разделении (выделении) коммерческих и некоммерческих организаций, осуществляющих предпринимательскую деятельность*(414). При анализе состояния конкуренции на товарном рынке, в соответствии с Порядком N 220, в качестве исходной информации о товарных рынках используются, в том числе: - данные официальной статистической информации; - сведения, полученные от налоговых, таможенных и иных государственных органов, Центрального банка Российской Федерации, органов местного самоуправления, а также - сведения, полученные от физических и юридических лиц. Например, в соответствии с п. 3 ст. 2 Федерального закона от 29.11.2007 N 282-ФЗ "Об официальном статистическом учете и системе государственной статистики в Российской Федерации": "официальная статистическая информация - сводная агрегированная документированная информация о количественной стороне массовых социальных, экономических, демографических, экологических и других общественных процессов в Российской Федерации, формируемая субъектами официального статистического учета в соответствии с официальной статистической методологией"*(415). И зачастую данная информация мало применима для анализа состояния конкуренции на товарном рынке, а требуется более подробная, первичная информация. Вместе с тем в соответствии со ст. 9 того же закона: 1. Первичные статистические данные, содержащиеся в формах федерального статистического наблюдения, являются информацией ограниченного доступа... Субъекты официального статистического учета обязаны обеспечить конфиденциальность информации ограниченного доступа... 2. Субъекты официального статистического учета не вправе предоставлять федеральным органам государственной власти... первичные статистические данные, являющиеся информацией ограниченного доступа, для использования этих данных в иных не связанных с формированием официальной статистической информации целях. 3. Федеральные органы государственной власти... не вправе требовать предоставление первичных статистических данных, являющихся информацией ограниченного доступа, от субъектов официального статистического учета и использовать их в иных не связанных с формированием официальной статистической информации целях*(416). Со сведениями, которые антимонопольный орган вправе получить от налоговых, таможенных и иных государственных органов, Центрального банка Российской Федерации, органов местного самоуправления, аналогичная ситуация. Таким образом, указанная коллизия не позволяет регулятору качественно и быстро выполнить анализ состояния конкуренции на товарном рынке, что также приводит к дополнительной нагрузке на физических и юридических лиц при запросе у них необходимой информации, которую они уже предоставляли в другие органы власти. Соглашаясь с позицией К.А. Писенко, Э.Г. Гаспаряна о том, что государству, в том числе антимонопольным органам, следует вооружиться технологиями, отвечающими вызовам больших данных, с целью выявления действий, нарушающих антимонопольное законодательство или способных привести к ухудшению конкурентной среды*(417), считаем необходимым создание специального цифрового инструментария, построенного на применении существующих больших данных в целях: противодействия картелям, противодействия антиконкурентному поведению на инновационных рынках, выявления повторности (рецидивов) нарушения антимонопольного законодательства со стороны хозяйствующих субъектов, обеспечения автоматизации и наглядности анализа состояния конкуренции на товарном рынке, а также приведения инструментов контроля экономической концентрации к условиям цифровой экономики, в том числе в части концентрации больших массивов данных как средства монополизации и учета сетевых эффектов цифровых платформ. БлокчейнПервоначальное появление технологии блокчейн в качестве инструмента для проведения транзакций с электронной валютой биткоин в настоящий момент получило дальнейшее развитие. Важными преимуществами потенциального использования блокчейна в государственной сфере являются защищенность (шифрование для подтверждения транзакций), неизменность (текущее состояние блокчейна зависит от предшествующих транзакций), прозрачность (за счет публичного и распределенного хранения). Уже сейчас обеспечивая основу для децентрализованных форм управления и "умных контрактов", существенно снижая возможность создания мошеннических и коррупционных схем, технология блокчейн способна обеспечивать сохранность общественных интересов и государственного правопорядка. В 2016 году Сбербанк и ФАС России запустили пилотный проект Digital Ecosystem по обмену документами на основе технологии блокчейн. Цель проекта - изучить возможности распределенного хранения документов, которые могут повысить скорость, надежность и качество взаимодействия при обмене ими. Сбербанк и ФАС России реализовали модель электронного взаимодействия, благодаря которой документы можно передавать и хранить в зашифрованном виде, а также использовать электронную подпись. В проекте принимают участие российские компании, активно внедряющие инновационные решения, в их числе - "Аэрофлот", "Русский Уголь", "ФортеИнвест". Инновационность проекта Digital Ecosystem заключается в том, что при документообороте не используются операторы связи. Удобство решения и снижение расходов достигаются за счет использования сетей участников. Децентрализованное решение сокращает затраты - не требуются центры обработки данных, снижены требования по резервированию оборудования*(418). Безопасность осуществления операций с транзакциями не зависит от их объема, они одинаково защищены от атак и взломов. В основу сервера заложены следующие программы: - Ethereum; - криптовалюта Dash; - Lightning Network. Система документооборота Digital Ecosystem является экспериментальным механизмом взаимосвязи между государственными компаниями на основе блокчейна. Digital Ecosystem значительно ускоряет весь процесс обмена документами. Для успешной работы системы необходимо определение блоков и алгоритмов связей среди структур, а также современные программные технологии. Блокчейн выводит систему идентификации на новый, более совершенный уровень. Риск дубляжа или подделки снижается до нуля, исключается возможность проводить махинации с документами граждан. Использование Digital Ecosystem гарантирует прозрачность действий и быстроту ответов от юридических лиц*(419). К сожалению, применение технологии блокчейн пока осталось только экспериментом и применяется в Сбербанке. На наш взгляд, от использования этой технологии в работе антимонопольных органов были бы значительные сдвиги в строну ускорения процесса обмена информацией и ее защищенности. В сфере антимонопольного регулирования наиболее эффективным применением блокчейн-технологий могут стать следующие направления: - подача, регистрация заявлений, жалоб, ходатайств, представление отзывов, доказательств в электронном виде; - создание через интернет-сайт ФАС России*(420) личных кабинетов лиц, участвующих в деле о нарушении антимонопольного законодательства. Применении технологии блокчейн позволит обеспечить защиту информации, передающейся через открытые каналы связи и обеспечить авторизацию, аутентификацию и идентификацию пользователей; - ознакомление лиц, участвующих в деле, и других участников антимонопольного процесса с материалами дел о нарушении антимонопольного законодательства в электронном виде. В данном случае блокчейн-технологии также призваны обеспечить защиту информации, в том числе персональных данных; - создание для членов комиссии, председателей комиссии, руководства антимонопольных органов "личного кабинета" с возможностью информирования в режиме реального времени о текущих и поступающих делах о нарушении антимонопольного законодательства, жалобах, документах, поручениях, заданиях, мероприятиях, проводимых ФАС России; - возможность отправки актов, принимаемых комиссий лицам, участвующим в деле о нарушении антимонопольного законодательства в электронном виде через электронную почту и (или) в личный кабинет лица. Интернет вещейПод интернетом вещей подразумевают сеть, складывающуюся из физических предметов (вещей), способных контактировать друг с другом или с внешней средой без вовлечения человека. Существенным здесь является автономность приборов, способных к передаче данных самостоятельно. Идеология интернета вещей нацелена на усиление продуктивности экономики за счет автоматизации процессов в разнородных сферах деятельности и устранения участия человека из них. На наш взгляд, вот только несколько примеров, когда интернет вещей будет являться действительно эффективным инструментом при антимонопольном контроле. 1. Используя информацию от контрольно-кассовых аппаратов, антимонопольный орган в режиме реального времени может получать информацию для построения продуктово-географической карты продаж любого товара на территории Российской Федерации, а также осуществлять мониторинг цен, для его дальнейшего использования при анализе товарных рынков, а также при закупках товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд. Интернет вещей позволит оперативно предоставлять антимонопольным органам полную и достоверную информацию по делам о нарушении антимонопольного законодательства, заявлениям, жалобам и ходатайствам. При этом гибкий и мощный инструмент анализа имеющейся информации позволит формировать в том числе различного рода отчеты. 2. Внедрение алгоритмов распознавания антиконкурентного поведения пользователей компьютеров в российские антивирусные программы. Данный модуль позволит антимонопольным органам в режиме реального времени получать информацию от антивирусных программ о возможных сговорах на торгах и использовании специальных программ - ботов, которые имитируют конкуренцию на торгах и (или) являются инструментами в недобросовестной конкуренции на торгах. Таким образом, в дальнейшем создание единой системы цифрового инструментария, интегрированной в платформу, даст возможность антимонопольным органам повысить эффективность принимаемых решений. Вопросы для обсуждения1. Назовите задачи нормативно-правового регулирования отношений в сфере цифровой экономики. 2. Антимонопольное регулирование цифровой экономики. 3. Дайте определение понятию конкуренция. 4. Дайте определение понятию цифровые права. 5. Охарактеризуйте цифровой актив. 6. Положительная роль роботизации бизнес-процессов. 7. Отрицательная роль роботизации бизнес-процессов. 8. Особенности контроля за экономической концентрацией на цифровых рынках. 9. Правовые коллизии при использовании "больших данных" в работе антимонопольных органов. 10. Перспективы применения блокчейн-технологии в антимонопольном регулировании. Список литературыМонографии, учебники, учебные пособия1. Антимонопольное регулирование в цифровую эпоху: Как защищать конкуренцию в условиях глобализации и четвертой промышленной революции: монография / Нац. исслед. ун-т "Высшая школа экономики"; ФАС России; под ред. А.Ю. Цариковского, А.Ю. Иванова и Е.А. Войниканис. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2018. С. 157. 2. Арментано Т. Доминик. Антитраст против конкуренции. М.: ИРИСЭН; Мысль, 2011. С. 252. 3. Конина Н.Ю. Слияния и поглощения в конкурентной борьбе международных компаний: монография. М.: ТК Велби; Проспект, 2005. С. 41. 4. Научно-практический комментарий к Федеральному закону "О защите конкуренции" (постатейный) / К.Н. Алешин, А.В. Андросенко, И.Ю. Артемьев и др.; отв. ред. И.Ю. Артемьев. М.: Статут, 2015. С. 473. 5. Правовое регулирование цифровой экономики в современных условиях развития высокотехнологичного бизнеса в национальном и глобальном контексте: монография / под общ. ред. В.Н. Синюкова, М.А. Егоровой. Московский государственной юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА). М.: Проспект, 2019. 240 с. 6. Правовое регулирование экономических отношений в современных условиях развития цифровой экономики: монография / А.В. Белицкая, В.С. Белых, О.А. Беляева и др.; отв. ред. В.А. Вайпан, М.А. Егорова. М.: Юстицинформ. 7. Самолысов П.В. Информатизация образования. Избранные научные труды: монография. М.: АИО, 2011. 188 с. Научные статьи1. Архипов В.В., Наумов В.Б. О некоторых вопросах теоретических оснований развития законодательства о робототехнике: аспекты воли и правосубъектности // Закон. 2017. N 5. С. 157-170. 2. Городов О.А., Егорова М.А. Основные направления совершенствования правового регулирования в сфере цифровой экономики в России // Право и цифровая экономика. 2018. N 1 (01). С. 6-12. 3. Гурко А. Искусственный интеллект и авторское право: взгляд в будущее // ИС. Авторское право и смежные права. 2017. N 12. С. 7-18. 4. Кабанова И.Е. К вопросу о понятии "действия по соглашению" // Конкурентное право. 2012. N 3. С. 22. 5. Лаптев В.А. Ответственность "будущего": правовое существо и вопрос оценки доказательств // Гражданское право. 2017. N 3. С. 32-35. 6. Незнамов А.В., Наумов В.Б. Стратегия регулирования робототехники и киберфизических систем // Закон. 2018. N 2. С. 69-89. 7. Писенко К.А. Гаспарян Э.Г. Актуальные вопросы методического обеспечения исследования состояния конкурентной среды на цифровых рынках // Право и цифровая экономика. 2018. N 1 (01). С. 37. 8. Пузыревский С.А. Цифровая экономика должна формироваться на принципах честной конкуренции. URL: https://fas.gov.ru/news/26270 (дата обращения: 31.01.2019). 9. Самолысов П.В. Факторы, способствующие повышению конкурентоспособности российских информационных и коммуникационных технологий // Право и цифровая экономика. 2019. N 2 (04). С. 5-11. 10. Санникова Л.В., Харитонова Ю.С. Цифровые активы и технологии: некоторые правовые проблемы выработки понятийного аппарата // Право и цифровая экономика. 2018. N 1. С. 26-30. 11. Степин В.С. Наука / Большая российская энциклопедия // URL: https://bigenc.ru/philosophy/text/2251677 (дата обращения: 31.01.2019). 12. Франскевич О.П., Игошин А.В. О соучастии в картеле // Юрист. 2017. N 13. С. 4-10. Нормативные правовые акты1. Федеральный закон от 10.07.2002 N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" // СЗ РФ. 2002. N 28. Ст. 2790. 2. Федеральный закон от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" // СЗ РФ. 2006. N 31 (ч. I). Ст. 3434. 3. Федеральный закон от 29.11.2007 N 282-ФЗ "Об официальном статистическом учете и системе государственной статистики в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2007. N 49. Ст. 6043. 4. Федеральный закон от 28.12.2009 N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2010. N 1. Ст. 2 . 5. Указ Президента РФ от 09.05.2017 N 203 "О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы" // СЗ РФ. 2017. N 20. Ст. 2901. 6. Распоряжение Правительства РФ от 28.07.2017 N 1632-р "Об утверждении программы "Цифровая экономика Российской Федерации" // СЗ РФ. 2017. N 32. Ст. 5138. 7. Распоряжение Правительства РФ от 28.04.2018 N 792-р "Об утверждении перечня отдельных товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации" // СЗ РФ. 2018. N 19. Ст. 2773. 8. Приказ ФАС России от 28.04.2010 N 220 "Об утверждении порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке" (зарегистрирован в Минюсте России 02.08.2010 N 18026) // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2010. N 34. |