Орлов В. В. Васильева Т. С. Философия экономики. Пермь, 2005. Философия и политическая экономия
![]()
|
Глава 5. Натуральное производство: первобытнообщинный, рабовладельческий и феодальный способы производства Основа докапиталистических формаций – натуральное производствов его различных формах, базирующееся на ручном труде. Объективное условие производства – земля, являющаяся главным средством производства и главным объектом собственности. Отношение к земле как к собственности опосредовано существованием индивида как члена определенного коллектива, принадлежностью его к этому коллективу. «Чем дальше назад уходим мы вглубь истории, тем в большей степени… производящий индивид выступает несамостоятельным, принадлежащим к более обширному целому»65, сначала естественно сложившемуся, а затем созданному самими индивидами в соответствии с уровнем развития их сущности, труда. В силу свойственной ручному труду слитности с условиями ему соответствуют отношения личной зависимости. При этом в первобытном производстве производящий индивид непосредственно принадлежит к объективным условиям своего труда, а в рабовладельческом и феодальном раб и крепостной выступают в качестве «неорганического условия производства» и ставятся «в один ряд с прочими существами природы» (Маркс). Они не относятся ни к земле, ни к орудию труда, ни к самому труду как к своим собственным. Основной целью натурального производства на всех ступенях его развития является «производство потребительных стоимостей, воспроизводство индивида в тех определенных отношениях его к общине, в которых он образует ее базис».66 5.1. Первобытное производство В развитии первобытного производства выделяют две стадии: присваивающую и производящую. Они различаются степенью развития сущностных сил (природных и социальных), что нашло выражение в характере труда и его производительности, природе собственности, духовной культуре, мировоззрении. На начальной стадии люди производили простейшие орудия труда и с их помощью присваивали средства к жизни. В силу того что главным объективным условием была «находимая трудом природа», этот образ жизни называют присваивающим. Основные способы добывания пищи – охота, собирательство, рыболовство. Решающим орудием были лук и стрела. Разделение труда существовало лишь между полами. Корни успеха собирателей и охотников лежат в неизменно возраставшей способности к объединению усилий, укреплению общественного образа жизни в составе кочевого племени. Знания и навыки редко выходили за рамки одного племени, а внутри его передавались от поколения к поколению преимущественно в устной форме. С гибелью вождя племени утрачивались наиболее ценные знания и умения. Многие из них приходилось осваивать заново. Из-за нехватки подлинного, основанного на опыте, знания человек прибегал к сверхъестественным объяснениям, мифам и магии. С переходом от кочевого образа жизни к оседлому характерным становится приручение и разведение животных и возделывание растений. По мере развития земледелия и скотоводства, взяв под свой контроль определенные природные процессы, человек начал производить средства к жизни. Новые средства к жизни и большая избыточность труда способствовали переходу от распределения в соответствии с полом и возрастом к трудовому способу распределения. В сфере изготовления орудий труда особо важное значение приобрели плавка металлических руд и обработка металлов, самыми важными из которых были медь и олово, а также выплавляемая из них бронза. Каждый освоенный предмет (камень, кость, дерево и т.д.) или процесс (обивка, шлифование, сверление, метание и т.д.) становится предметом человеческих способностей и потребностей и воплощается в орудиях труда. Переход к освоению и использованию металлов, применению наряду с механическими более сложных (физических, химических и т.д.) свойств вещей приводит к значительному росту сущностных сил человека и, соответственно, к изменению качества и количества труда, его дифференциации и специализации. При этом, превращая предмет труда во все более сложный, человек «пробегает» элементарный процесс усложнения и мысленно, поскольку имеет мысленную модель потребного предмета, и операционально, осуществляя те операции, которые приводят к усложнению предмета труда. Так, создавая из камня элементарное орудие труда, человек использовал сформированный им мысленный образ более сложного предмета, который предстояло получить, и посредством серии операций превращал исходный предмет в более сложный. Чем сложнее присвоенные человеком силы природы, тем сложнее он сам и осуществляемый им процесс труда. Так как наиболее общей сущностью труда, «субстанцией» являются действующие сущностные силы человека, которые могут существовать и развиваться, только присоединяя к своей исходной (природной и социальной) активности силы природы, сами по себе безграничные, уровень его развития есть функция того многообразия качеств внешнего мира, которые он ассимилирует, преобразует и использует. Иначе говоря, то, что представляют собой индивиды, совпадает с их производством – «совпадает как с тем, что они производят, так и с тем, как они производят».67 Первобытное производство характеризуется относительной простотой, низкой производительностью, простейшими орудиями труда, но его общественный характер играет огромную роль в формировании социальной сущности индивида и общества. Первобытным индивидам присущи все наиболее общие человеческие свойства и черты, однако они представлены в них в наиболее абстрактном, неразвитом виде. Это были не развитые, но целостные, свободные, не подверженные отчуждению люди, с чувством собственного достоинства, здравым смыслом, прямодушием, бескорыстием, храбростью. Индивидуальное в них совпадает с родовой сущностью, общественное и личное – непосредственно едины, хотя они опосредуют друг друга и примат принадлежит родовому началу. Рост сложности труда привел к первому общественному разделению труда – отделению скотоводства от земледелия, что сделало возможным регулярный обмен между племенами. Скот стал товаром, посредством которого оценивались все другие товары, и приобрел функцию денег. Весь избыток, который давало скотоводство, принадлежал мужчине. Это обусловило его господство в доме, самостоятельность семьи. Обрабатываемая земля начинает передаваться в пользование сначала домашним общинам, а затем и отдельным лицам. Это подрывает первобытную общность, способствует становлению древних цивилизаций. Чаще всего их характеризуют как общество с азиатским способом производства, представляющее собой своеобразную систему земледельческих общин, объединенных государством. Земледельческая община сочетала в себе общую собственность на землю, коллективный труд с зародышем частной собственности в виде дома и приусадебного участка отдельной семьи. Системы земледельческих общин, как правило, возникали в долинах больших рек, где борьба с наводнениями и ирригация были непременными условиями земледелия. Образовавшиеся на этой основе государства, взимая натуральную ренту, присваивали прибавочный продукт и тем самым обеспечивали себе верховную собственность на землю и воду; в их руках сосредоточивалась также и торговля. Примат коллективного начала над частным, неразвитое общественное разделение труда, неглубокая классовая дифференциация обеспечивали ей высокую жизнеспособность, устойчивость. Азиатский способ производства, таким образом, содержит в себе самом все необходимые условия воспроизводства индивида в его традиционных отношениях к общине и в этом смысле является наиболее консервативным. Устойчивость отношений собственности и, следовательно, общины – необходимое условие сохранения формы натурального производства. Первое крупное общественное разделение труда наряду с увеличением количества труда, его избыточности, вызвало увеличение количества труда, приходящегося на каждого члена рода или семьи, что породило потребность в применении новой рабочей силы. Ее поставляла война, которую раньше вели прежде всего с целью расширения территории, а теперь – ради грабежа и пополнения рабочей силы: военнопленных чаще всего обращали в рабов. Из первого крупного общественного разделения труда возникло и первое крупное разделение общества на два класса – господ и рабов, эксплуататоров и эксплуатируемых. Деление общества на классы вызвано не только отделением скотоводства от земледелия, положившим начало регулярному обмену и частной собственности, но в первую очередь отделением материального, физического труда от умственного. С использованием рабов в качестве рабочей силы собственный труд начинает считаться более позорным, чем война и грабеж. Приобретение богатства посредством грабежа и присвоения труда рабов становится на длительный период одной из важнейших жизненных целей. С разделением труда, породившим частную собственность, расколовшим общество на враждебные классы, поставившим на место всех физических и духовных чувств человека чувство обладания, первобытное производство приходит в упадок. Но в его основе – первобытном труде, как изначальной форме, непосредственно обусловленной физическими и духовными свойствами человека, совместной работой его головы и рук, общественном характере труда и отношений заложены все последующие этапы развития, определяемые противоречием всеобщего и особенного. Этому труду, освободившемуся от примитивной, инстинктивной формы и ставшему исключительным достоянием человека, присущи все наиболее общие признаки: присвоение вещества природы, изменение его формы, осуществление сознательной цели, овеществление в орудиях труда сущностных сил человека, превышение результатами труда издержек на поддержание труда и т.д. По мере развития человечества в его основных ступенях реализуется, т.е. действительно возникает, то, что в зачаточной форме было заложено во всеобщем и особенном в начале. Рост сложности труда означает возвышение прежде всего труда вообще, общей способности к труду, заключающеему в себе основной импульс к саморазвитию, творчеству. Становление и развитие человечества немыслимо без непрерывного возрастания труда вообще, его внутреннего усложнения и обогащения. Как более сложная, каждая последующая форма производства обладает более развитой общей способностью к труду и, следовательно, более мощным импульсом к прогрессу. Однако вследствие низкой производительности труда рост сущностных сил человека может осуществляться только посредством усиленного разделения труда на материальный и духовный. Именно оно «расщепляет» сущностные силы человека, делает действительным то, что духовная и материальная деятельность, наслаждение и труд, производство и потребление выпадают на долю различных индивидов. Вместе с этим (действительным) разделением труда дано неравное распределение труда и его продуктов, т.е. дана и частная собственность. 5.2. Рабовладельческое производство Рабство – это «простейшая, наиболее стихийно сложившаяся форма разделения труда» (Энгельс) на материальный и духовный, но создавшая предпосылки для экономического, политического и интеллектуального развития человечества. Необходимость деления индивидов на массу, занятую простым физическим трудом, и немногих привилегированных, которые руководят работами, занимаются торговлей, государственными делами, а позднее также искусством и наукой, вызвана слабым развитием сущностных сил человека, присвоением сил природы, по существу равных физическим возможностям человека. Это обусловило создание орудий труда, почти не отличающихся от производительной силы человека: они практически оставались «орудиями человеческого организма». С ростом избыточности возникает частный труд, который становится основой как рабовладельческой частной собственности, так и частной собственности свободного общинника, живущего за счет собственного труда. Более существенный рост сущностных сил человека происходит с момента освоения им железа, которое дало ремесленнику орудия такой твердости и остроты, которым не мог противостоять ни один камень, ни один из других известных тогда металлов. Оно сделало также возможным земледелие на более крупных площадях, способствовало развитию ремесел. В эпоху железного меча, плуга и топора произошло второе крупное общественное разделение труда: ремесло отделилось от земледелия. Рабство, имевшее ранее спорадический характер, становится теперь существенной составной частью общественной системы; рабы из простых подручных постепенно превращаются в основную рабочую силу мастерских и полей. Богатство растет быстро, но как богатство отдельных лиц. Наряду с разделением на богатых и бедных зарождается особый класс – купцов, не принимающий никакого участия в производстве, а вместе с ним появляются металлические деньги и новое средство господства непроизводителя над производителем и его трудом. Вместе с тем благодаря разделению труда совершенствуется и производитель, и его продукт. Это обусловлено преимущественно натуральным характером производства, заинтересованностью рабовладельцев в силу обилия и дешевизны рабского труда в потребительной стоимости. Высокие требования к качеству изделий повышали требования к самим производителям (их навыкам, умениям, знаниям), в том числе и рабам, но сдерживали развитие орудий труда. Консервативность технического базиса вытекла из природы рабского труда и объяснялась прежде всего тем, что затраты, необходимые для совершенствования орудий труда, были бы гораздо выше затрат, идущих на содержание большого количества рабов. Кроме того, разделение труда на материальный и духовный, осуществляемое в форме рабства, породило презрение к производительному труду, как делу, недостойному свободного человека. Духовное производство в целом, ее ядро – философия остались по существу равнодушными ко все возрастающей силе труда, способного дать ключ к тайнам жизни. Настойчивый интерес к познанию мира и места в нем человека, бурное развитие точного знания, архитектуры, строительства, изобразительного, прикладного искусства – все это было почти полностью отвлечено от потребностей материального труда и его главного субъекта – раба. Поэтому пытливый ум в этот исторический период, когда голова обособилась от рук, мысль – от материального производства, не был нацелен на совершенствование орудий труда и самого труда. Базисом собственности первоначально служил город (полис), а ее объектом были рабы и земля. Преобладающая форма собственности на рабов – частная, на землю – также частная, но опосредованная вначале принадлежностью к общине. Маркс отмечал, что экономической основой классического рабовладельческого общества в наиболее цветущую пору его существования, когда рабство еще не успело овладеть производством в сколько-нибудь значительной степени, было мелкое крестьянское хозяйство и независимое ремесленное производство. Но вершины развития рабовладельческая формация достигла в рамках больших держав: империи в Китае (династии Цинь и Хань в III в. до н.э.). Римской империи (с I в. до н.э.), где рабский труд стал господствующим, а рабы составляли большинство населения. С образованием империй расширяется и упрочивается торговля, ростовщичество, частная собственность на землю (ставшую товаром, который продают и закладывают), усиливается концентрация и централизация богатств (вещественного, включающего рабов; денежного и земельного) в руках немногочисленного класса, и в то же время растет обнищание основной массы свободных: ремесленников и земледельцев, резко усиливается эксплуатация рабов. Если первобытное производство совершенствовало в человеке прежде всего способность к труду вообще, то рабовладельческое посредством разделения труда и собственности закрепляло отдельные функции этой способности за определенным классом, кастами. Относительно простая техника требовала от работника универсальных навыков и знаний, но их развитие сдерживалось насильственной специализацией и повторением процесса производства в прежних размерах, на прежнем техническом основании. Начиная с рабства социальный прогресс осуществляется посредством «расщепления» человеческой сущности и в конечном счете несвободного развития большей части индивидов. Способ существования за счет большинства заключается в том, что действительное существование индивидов как единства их способностей и потребностей разделяется и уродуется: на одном полюсе – большинство, для которых главным является способность производить, на другом – меньшинство, главной целью которого становится удовлетворение собственных потребностей за счет других. В истории человечества рабство – это самая грубая, варварская форма эксплуатации человека, низводящая его до «живого орудия». С развитием производительных сил рабство изжило себя, ибо для повышения эффективности труда, как земледельческого, так и ремесленного, требовалось уже не «живое орудие», а самостоятельно организующий свою работу индивид. 5.3. Феодальное производство Эта форма производства возникает из разложения не только рабовладельческого производства, но и первобытного у варваров, завоевавших государства античного или азиатского типа. Под влиянием более развитых обществ ускоряется распад родовых связей, усиливается социальное расслоение, формируются различные сословия. По сравнению с предшествующими формами производства феодальное производство открывает больший простор для развития индивидов, материальной и духовной культуры. Этому способствует дальнейшая специализация частного труда, обусловленная обособлением ремесла от земледелия, и вместе с тем некоторый возврат к целостному, универсальному труду, ибо крестьянин и ремесленник, производя законченный продукт, выполняли все многообразие связанных с ним видов труда, а также индивидуальная частная собственность. Основа феодального производства – ремесленный труд с корпоративной собственностью цехов и земледелие с общинной собственностью, которая существует ради общих целей и используется каждым мелким собственником как таковым. Однако на начальной стадии феодального общества производительные силы отличались большей, чем при рабстве, примитивностью. Экономический подъем в Западной Европе начинается с ХI в. замена человеческой энергии силами природы (ветра, воды и т.д.), появление новых орудий труда привели к изменению отношений между антагонистическими классами: внеэкономическое принуждение (личная зависимость) из главенствующей формы превратилось в своеобразный механизм обеспечения экономического принуждения. Труд крестьянина «на себя» (на своем наделе) был условием и способом удовлетворения потребностей феодала. Однако, имея свой надел, крестьянин до известной степени принадлежал себе и развивался как относительно свободное существо. Он мог увеличить, благодаря устойчивому разделению труда на необходимый и прибавочный, производительность труда сверх традиционной нормы. Поэтому при феодализме у непосредственных производителей существовала более прямая взаимосвязь способностей и потребностей, чем при рабстве. Конечно, соответствие способностей и потребностей оставалось ограниченным рамками эксплуататорского общества. Ручной труд и мелкая частная собственность делали возможным воспроизводство индивида, тождественного либо общине, либо сословию. Однако по сравнению с рабством крепостная зависимость значительно расширила индивидуальность крестьянина и ремесленника. В наибольшей мере развитие личности в этот период происходило в городах. Каждый ремесленник выполнял все относящиеся к его профессии операции традиционным способом при помощи орудия труда, переходящего иногда в течение тысячелетий от одного поколения к другому, и в основном самостоятельно: цеховые законы строго ограничивали число подмастерьев у мастера. Цеховая организация труда исключала возможность появления нового разделения труда – внутри мастерской, это связано с сущностью ручного труда, свойственной ему слитностью, сращенностью объективных и субъективных условий труда. Рост производительности ремесленного труда в значительной мере был обусловлен виртуозностью и профессиональными умениями, заинтересованностью в приобретении знаний, ибо труд при цеховой или кастовой системе считался в известной мере деятельностью по призванию. Развитие общей способности к труду у ремесленников обеспечивалось формированием разнообразных способностей в обязательный для них период ученичества. По известной оценке К.Маркса, труд ремесленника был наполовину искусством, наполовину самоцелью. Сочетание в труде замысла, исполнения и управления обусловило развитие его творческих потенций. С дальнейшим ростом сущностных сил промышленность колоссально развилась и вызвала к жизни массу новых механических (ткачество, часовое дело, мельницы), химических (красильное дело, металлургия, алкоголь) и физических (очки, которые, позволили сконструировать новые инструменты) фактов. Однако их функционирование целиком зависело от моторных, сенсорных, интеллектуальных возможностей человека, который весь вовлекался в процесс труда. Такому уровню развития сущностных сил человека соответствует развитый ручной труд, обязанный своим существованием личной силе, личному искусству, точности глаза, виртуозности рук. Ручной труд вообще достигает наивысшего развития в ремесленном труде при феодализме. Земледельческий труд также становится здесь более производительным. Индивидуальная собственность в феодальной общине развита выше, чем в предшествующих ей общинах (азиатской и античной). Каждый отдельный дом превращается в самостоятельный центр производства. Однако феодальное производство, как и рабовладельческое, направлено против производящего класса. По своей сущности разделение труда между ремеслом и земледелием представляет «наибольшее разделение материального и духовного труда», ибо оно в наиболее резкой форме выражает подчинение индивида определенной, навязанной ему деятельности, которое «одного превращает в ограниченное городское животное, а другого – в ограниченное деревенское животное» (Энгельс). Феодальное производство стерло с лица земли древнюю цивилизацию, философию, политику, право; образование приняло преимущественно богословский характер. Наряду с усилившимся антагонизмом между физическим и умственным трудом развивался антагонизм в сфере сознания: между зарождающейся наукой и религией. Схоластика сковывала мысль, невежество и аскетизм были возведены в критерий нравственности и прославлялись искусством. Интеллектуальная жизнь в целом развивалась в направлении, чуждом материальному производству. Духовенство монополизирует идеологическую жизнь общества, контролирует все отрасли духовного производства, подчиняя его интересам церкви и господствующего класса, частью которого оно является. Возникнув на первоначальной ступени человеческой истории в качестве средств защиты от «таинственных» сил природы, перед которыми человек был бессилен, религия в феодальном обществе выступает как духовная опора мира, построенного на социальном неравенстве и гнете, как один из важнейших инструментов утверждения в обществе идей господствующего класса. Поэтому в фантастических образах она все в большей мере стремится отразить таинственные силы истории, человеческой природы. Натуральное производство, ориентированное на потребительную стоимость и слабую обособленность индивидов от образуемого ими коллектива, соответствует «принципиально ограниченному развитию производительных сил» (Маркс). Все его формы «покоятся на незрелости индивидуального человека», личности. По мере развития торговли, роскоши, денег, меновой стоимости феодальное производство, как и предшествующие ему первобытное и рабовладельческое, приходит в упадок. Переход к новому типу производства, покоящемуся на наемном труде и капитале, предполагает полную «революцию в развитии материального производства».68 Таким образом, натуральное производство существует до тех пор, пока не исчерпываются все возможности, заложенные в ручном труде. Последний «приобретает адекватную классическую форму лишь там, где работник является свободным частным собственником своих, им самим применяемых условий труда, где крестьянин обладает полем, которое он возделывает, ремесленник – инструментами, которыми он владеет как виртуоз».69 На известной ступени развития ручной труд создает средства для своего уничтожения – разделение ремесленного труда на отдельные операции и их кооперацию. Предпосылки перехода к более высокой форме производства – капиталистическому товарному производству – подготавливаются развитием как натурального производства в его исторической форме, так и зачатков товарного производства. Натуральное производство ни в одну историческую эпоху не было всеохватывающим. С момента формирования первобытного общества в нем появляются элементы обмена, т.е. товарного производства. Развитие ремесленного труда также никогда полностью не охватывалось натуральным производством. Это раздвоение труда на труд вообще и историческую форму труда существует потому, что универсальная природа человека потенциально всегда богаче тех исторических форм, в которые она отливается. Примат родового над индивидуальным (особенным и единичным), общественного, коллективного труда над частным означает, что родовая человеческая сущность, труд вообще никогда не охватываются полностью той или иной исторической формой: всегда остается «ядро», которое сохраняется и развивается согласно своей «логике», всегда остается потенциально богаче особенного и потому не подвергается в классовом обществе «расщеплению» и деформации, хотя сковывается, ограничивается в своем развитии этим «классовым особенным». Переход к новой форме производства есть результат взаимодействия родовой человеческой сущности, труда вообще и их исторической формы. Этот переход представляет собой длительный и многоступенчатый процесс перерастания низшей исторической формы труда в высшую, более сложную, полнее выражающую родовую и индивидуальную сущность человека, которая сама претерпевает при этом дальнейшее развитие в соответствии со своей «логикой». Механизм перерастания ручного труда в машинный раскрыт в «Капитале» Маркса. |