Н. Н. Федотова cоциальнофилософский анализ взаимоотношений экономики и общества Глобальный капитализм три великие трансформации Культурная революция Москва 2008 Научная монография
![]()
|
Глава 1. Кризис реконвенционализации Во-вторых, среди многообразных факторов, повлиявших на транс- фор мацию капитализма в новую для него фазу, особо выделим направ- ленность на непрерывную инновацию товарного производства. Инно- ва ция стала целью и смыслом экономической деятельности. Она же изменила характер труда при капитализме. Смысл инновации — во мно- гом отрицательный. Она «убивает» плохие вещи, непрерывно произво- дя все более совершенные. Экономический эффект от ее внедрения тем выше, чем больше товара она убирает с рынка. Ясно, что эффективность инновации возрастает с использованием научных открытий. Поэтому развитие капиталистического производства товаров всячески стимули- рует научный поиск сберегающих технологий. Настроенность на инно- вации сдвигает акцент в потреб лении при непрерывном функциониро- вании капиталистической экономики. Потребление материальных то- варов — будь то автомоби ли, дома, продукты питания, одежда — имеет естественные ограниче ния, в частности по времени. Потребление не- материальных товаров — идей и символических смыслов — таких огра- ничений не имеет. При сдвиге потребления с материальной сферы на нематериальную снимаются временные ограничения. За единицу вре- мени можно потреблять неизмеримо больше идей, чем вещных пред- метов. Движение экономики в сторону сберегающего производства сво ей оборотной стороной имеет проблему занятости высвобождаемых из этого производства людей. Ведь инновационная деятельность направ- лена, в частности, и на улучшение всех инструментов, посредством ко- торых происходит преобразование сырья в конечный продукт. В резуль- тате направленности на оптимизацию меняется объем используемого капиталистической экономикой труда. Человек — инструмент произ- водства, по крайней мере в развитых экономиках, вытесняется все более эффективными машинами. Получается, как мы уже отметили, что люди, вытесненные в экономику объективными изменениями, оказываются этой самой экономике ненужными. Человек выпадает из связей, обу- словливающих органическую солидарность. И, наконец, в-третьих, ключевым фактором, повлекшим за собой ослабление органической солидарности, стало формирование массовой культуры. Трансформация общества, структурированного органическими связями, в массовое общество протекала одновременно с превращени ем «экономического человека» и «разумного эгоиста» в потребителя брендов, марок и идей. Массовая культура постепенно стала тем коллективным со знанием или коллективным мифом, которые подменили собой инди- ви дуальность сознания личности, унифицировали личность до че ловека тол пы, спаянной теперь механическими связями нового квазитрадицио- 232 Вторая великая трансформация: между двух глобализаций ( 1914–1989) нализма 1 . При этом массы людей были вытеснены из сферы производства в сферу стандартизированного потребления. Свободные автономные человеческие индивидуальности, вовлекаясь в общее экономическое дело, цементировали общество в единое целое. Но когда такие индиви- дуальности перемещаются из сферы экономической деятельности в сфе- ру потребления, они становятся снова молекулами — на этот раз уже потребительского общества. Коллективное сознание — теперь не в виде мифа, а в форме массовой культуры — снова унифицирует индивидуаль- ность до человека толпы. Отметим, что Дюркгейм отводит разделению труда, то есть процессам в экономической сфере, кон ституирующую роль, ранее осуществляемую мифологическим сознанием в традицион- ных общест вах. «Именно разделение труда все более и более исполняет роль, которую некогда исполняло общее сознание; именно оно главным образом удерживает единство социальных агрегатов высших типов» 2 Свободные автономные человеческие индивидуальности, вовлека ясь в общее экономическое дело, цементировали общество в единое целое, создавали органическую солидарность. Но когда они вытесняются из сферы экономической деятельности в сферу потребления, тогда они становятся снова молекулами общества — в данном случае потребитель- ского общества, возвращают общество к механической солидарности. Вытеснение людей из сферы производства техникой знаменовало формирование потребительского капитализма на Западе с середины XX века. Человек был вытеснен из сферы производства в потребление и именно в этом качестве стал влиять на производство. Буржуазный человек эпохи потребительского капитализма, начав- шейся в конце 50-х годов XX века, был отождествлен с человеком вообще. 1 Появление феномена массовой культуры относится к концу XIX века. К началу века XX газеты, кино, массовые спортивные соревнования и т.п. стали знаком времени. Про зорливость Хосе Ортеги-и-Гассета состояла в том, что он увидел будущее Европы именно в восстании масс, в то время как идеи «заката Европы» были гораздо более популярны. Книга Освальда Шпенглера разошлась полумиллионным тиражом. Массовая культура в самом начале не обладала технологиями трансформации сознания человека, она лишь транслировала идеи из мира элиты в новое для себя пространство. Элитам пришлось изобрести высокую культуру, чтобы остановить размывание культурной идентификации. С этого мо- мента спор между массовой, высокой и народной культурами является междисциплинарным полем для многих исследователей. 2 Дюркгейм Э. Указ. соч. С. 181 233 Глава 1. Кризис реконвенционализации Произошла неадекватная смена парадигм экономической науки, пре- вращавшая политэкономию из теории капитализма как способа хозяй- ствования в частное экономическое знание. Из методологической аб- стракции «экономический человек» снова стал представляться реально- стью, к которой надо стремиться. Вернулось отвергнутое прежде сведе- ние автономного, ответственного, «модульного человека» к экономиче- скому и стало меняться соотношение экономики и общества в пользу первой, нарушая органическую солидарность. Подобная диспропорция на этапе становления капитализма была непреднамеренным явлением. Теперь она стала заказом потребительского капитализма. Общества сделали вывод: рынок лечит и улучшает только в том слу- чае, если его применять дозированно, если регулировать его соответ- ствующими законами со стороны структур, для него внешних. Капитализму становится свойственно ослабление органической со- лидарности. Дело в том, что при классическом капитализме, как показал Дюркгейм, вследствие разделения труда происходит формирование и возвеличивание индивидуального сознания и индивидуальности. Кол- лективная жизнь, спаянная органической солидарностью специализа- ции, разделения труда, стала отличной средой для возникновения жиз- ни индивидуальной. «Только при этом условии можно объяснить себе, как могла сформироваться и вырасти личная индивидуальность соци- альных единиц, не дезагрегируя общества. Действительно, так как в этом случае она вырабатывается внутри уже существующей социальной среды, она необходимо носит на себе его печать; она устанавливается так, чтобы не разрушить этот коллективный порядок, с которым она связана; она остается приспособленной к нему, хотя и отделяется от него. Она не имеет ничего антисоциального, так как она — продукт общества», — писал Дюркгейм 1 Отмеченные изменения особо проявились с середины XX века. Налицо новая точка бифуркации капитализма, за которой его буду- щее не просматривалось с определенностью. 1 Там же. С. 287. 234 Глава 2. Переход к организованной современности В качестве нового принципа, способного обеспечить новые конвенции и практики на их основе, возник принцип организованности, явно про- тивостоявший идеям самоорганизации либеральной современности и разрухе войн. а) От самоорганизации к организованности В.С. Степин предлагает рассматривать взаимосвязь между органическим и неорганическим телами общества, т.е. людьми, подчиняющимися био- коду, и произведенными им инфраструктурами, управляемыми социо- кодами культуры, «в терминах самоорганизации, прослеживая их пря- мые и обратные связи» 1 . В этом пункте, как представляется, концепция техногенной цивилизации наиболее уязвима, и именно потому, что не видит в культуре субстан ционального начала. Самоорганизация и взаи- мовлияние становятся при такой трактовке одинаково характерными для любого общества, а поэтому специфика функционирования ма те- риально-субстанцио нальной и идеально-культурной составляющей тех- ногенной цивилизации пропадает. Самоорганизация начинается толь- ко с развити ем капиталистического общества. На первый взгляд, это непонятно. Почему естественно-исторически выросшее и эволюциони- рующее традиционное общество не является саморегулирующимся, а капиталистическое общество, которое, по словам В. Зомбарта, пе ре ло- мало все кости естественному человеку, способно к саморегуля ции? Ка пи талистическое общество стало прочно связываться с деятельностью автономных индивидов, для которых характерны отно шения нового типа. Возник также новый органический тип солидарности. Повторим: механическая солидарность уступила место органической, как это по- казал в своей теории общественного разделения труда французский 1 Степин В.С. Марксистская концепция общества и проблема построения современной картины социальной реальности// Указ. соч. С. 14. 235 социолог Дюркгейм 1 . Ориентация на ценности не позволяет традици- онному обществу быть саморегулирующимся, ибо эти ценности под- держиваются не только господством религиозно-культурных легитима- ций, но и властью, которая не дает уйти с этого пути. Дюркгейм считает общество похожим на организм, в котором имеются специализирован- ные органы. Целостность капиталистического общества делает невоз- можным рассматривать капитализм как сведенный к одному его «орга- ну» — экономике. При рассмотрении любого типа общества как самоорганизованного традиционное и техногенное общества не отличаются друг от друга по типу изменений и взаимосвязи. Важно подчеркнуть значимость изме- нений в культуре этих социальных образований, которые предопреде- ляют весь спектр изменений в социуме в докапиталистических обще- ствах, где доминируют религиозно-культурные представления. В тради- ционном обществе религиозно санкционированная культура со сложив- шейся в ней системой ценностей, с присущими ей механизмами соци- ального кодирования выступала важнейшей инстанцией легитимации всех сторон жизни, всех институтов. Ре ли гиозно-мифологические си- стемы культуры служили также единственным языком интерпретации всех явлений, они имели высшее значение для всех институций обще- ства. Это делает более низким потенциал социальных изменений и более высоким сохранение тра ди ции. Традиционному обществу, с одной сто- роны, присуща непрерывная «настройка» всех социальных институтов на культурную тра дицию, а с другой — прослеживается обратная за- висимость всех сторон жизни от этих же культурных традиций и норм. Это обеспечивает цикличность развития многих процессов в них. Однако механизм легитимации сверху, с небес религиозно-куль- турной традиции, свойственный традиционным обществам, впервые «переворачивается» на противоположный в цивилизациях техногенных — ценности задаются не сверху, из религиозно-культурной инстанции, а «снизу», меняясь под влиянием трансформаций в органическом и не- органическом телах общества. В капиталистическом обществе изменения в органическом и неор- ганическом телах впервые становятся существенным фактором измене- ний. При капитализме впервые эти изменения оказывают обратное воздействие на систему ценностей и тем самым на все общество в це- лом. Капиталистическое общество развивается поступательно, прогрес- сивно, инновационно. Революционность подхода Маркса состояла в 1 Дюркгейм Э. О разделении общественного труда… 236 Вторая великая трансформация: между двух глобализаций ( 1914–1989) обосновании идеи предопределенности кодов культуры производитель- ными силами, отношениями в сфере общественного труда, под давлени- ем которых, как он считал, складываются производственные отношения. Вебер, наоборот, обосновывал легитимацию нового капиталистического способа производства сложившимися в культуре ХV–ХVI веков новыми поведенческими социокодами — системой протестантской этики. Оба упомянутых мыслителя подчеркивали подвижный характер связи меж- ду изменениями в социуме, в технологиях и культурной составляющей в капиталистическом обществе в отличие от традиционных обществ. Теории самоорганизации, возможно, подходящее категориальное подспорье для анализа начального этапа становления техногенной ци- вилизации. Формирование и вызревание системы ценностей новоевро- пейской культуры шло параллельно складыванию новых социальных институтов и нового обустройства жизни — появлению эксперимен- тальной науки, образованию суверенных национальных государств, зарождению рыночной экономики и т.п. В целом вопрос о том, что пер- вично — культура или органическое и неорганическое тела общества — представляется весьма спекулятивным. Можно лишь констатировать, что существует отличие между цивилизациями в системах ценностей, составляющих их культур. Но дело не только в этом. Российский куль- туролог М.К. Петров, проводя различие между типами культур, видит их в способах социального кодирования. Традиционным обществам он приписывает личностно-именной и профессионально-именной тип соци- ального кодирования, а европейской цивилизации, которая породила техногенную цивилизацию, — универсально-понятийный способ коди- рования 1 . Согласно такому подходу, цивилизации отличаются не просто системой ценностей, но встроенными в культуру механизмами социаль- ного кодирования, т.е. способами сохранения и передачи всего объема знаний и навыков, накопленных цивилизацией. Поскольку есть опреде- ленная связь между способами сохранения и передачи информации и способом социальной организации общества, то можно считать, что куль- тура при этом выступает механизмом закрепления найденных эволю- цией образцов в традиционных обществах и меняющихся инновацион- ных схем поведения, произведенных влиянием на ее ценности со сторо- ны органического и особенно неорганического тел общества. Но существует и другая особенность техногенной цивилизации. Упомянутая выше сфера общественного труда при капитализме стре- мится к неограниченному росту и, в итоге, получает статус «си стемы референций», становится языком для всех интерпретаций, еще од ной 1 Петров М.К. Язык, знак, культура. М., 1991. 237 Глава 2. Переход к организованной современности сферой легитимации норм и отношений, которые ранее обуслав ли ва лись исключительно сверху, с высот рели гиозно-культурной тра диции. Следующий момент в наших рассуждениях связан с изменениями, которые претерпевает трудовая деятельность при капитализме. По-ви- димому, наиболее обстоятельный анализ концептуальных трансформа- ций, связанных с понятием «труд» в истории европейской культуры, представлен в работе Х. Арендт 1 . Она подробно проанализировала, как из презираемого, низкого рода деятельности в античности и Сред не- вековье труд возвысился до почитаемого занятия и был в Новое время возведен на пьедестал в качестве источника благ. Причем из всех раз- новидностей труда особый упор был сделан на труд производительный, который отчуждается в изготовленной вещи. Прочие виды труда, напри- мер интеллектуальный, умственный, оказались далеко не в почете. Маркс выразил новое понимание труда афористически в бессмертной фразе: «Труд создал человека». Арендт связывает организмические метафоры Маркса с его ранним прозрением, что в труде человек создает не только вещную, вторую природу, но также и собственную жизнь. В труде он творит собственную историю. Получалось, что человек как природное существо вступает в соревнование с самой природой, и при капитализ- ме он впервые преодолевает свои природные рамки и начинает произ- водить больше, чем ему требуется. Производительный труд, приравнен- ный к биологической активности, уподоблялся, таким образом, есте- ственной силе размножения и выживания. Именно эта биологическая природная сторона труда в Новое время усилиями Д. Юма и Дж. Лок ка, а позднее А. Смита и К. Маркса вывела трудового человека и тру довое сообщество из природной ограниченности. Из этого следует, что самоорганизация возникает только на Западе в XVII веке, когда идея общественного прогресса создает преобладание инновации над традицией и подталкивает к формированию квазипри- родного процесса саморегуляции. Новое понимание труда реализовалось в возникшей в Новое время ры ночной хозяйственной системе, начавшей развиваться по принципу саморегулирующейся и саморазвивающейся системы общества. Как уже было отмечено, экономическая деятельность является пер- вой системой целерациональной деятельности, то есть деятельности, которая ориентирована на достижение целей при рациональном, разу- мном и законном выборе средств. Стремление к эффективности вело к разрастанию экономики и ее целерациональности в качестве механиз- ма рационализации общества в целом. 1 Арендт Х. Vita active или о деятельной жизни. СПб, 2000. С. 103–160. 238 Вторая великая трансформация: между двух глобализаций ( 1914–1989) Распространению новых капиталистических форм хозяйствования, как мы уже говорили выше, способствовало государство. Роль государ- ства в капиталистическом обществе состояла не только в формировании, как это ни парадоксально, рынка, «модульного чело века», но и в транс- формации различных социальных страт в одну большую группу — на- цию, которая культурно гомогенна, имеет об щий язык и по всему ее пространству распространяет единое стандартизированное знание. Однако на этапе Второй великой трансформации обнаружились сбои в саморегуляции общества. Ослабление рыночной экономики было ис- точником этого процесса, с точки зрения Поланьи, а в терминах Степина взаимосвязь между органическим, неорганическим телами общества и культурной составляющей не имела достаточных прямых и обратных связей. Однако в данном случае нас интересует реальный рост органи- зованности общества вместо прежней самоорганизации. б) Техника как вторая целерациональная система капитализма Серьезные изменения в организации общества были обусловлены рас- пространением индустриального производства товаров. Как отмечает Дж. Арриги в новой книге «Адам Смит в Пекине. Линии развития в XXI веке», ссылаясь на серьезные исследования, начиная с Адама Смита до наших дней, Китай XVIII века был богат и в этом не отставал от Европы. Внутренний рынок Китая был много больше британского. И только ин- ду стриальная революция помогла Европе увеличить эффективность эко- номики и добиться расширения рынка за пределы своих стран. Сле- довательно, промышленная революция сыграла гигантскую роль в эко- номическом развитии Запада в ходе Первой великой трансформации 1 Уже в конце XIX века появились технически организованные си- стемы, которые стали впоследствии основой организованного капита- лизма: произошла вторая индустриальная революция, были заложены основы научного управления (менеджмента). Для организованного ка- питализма были характерны тейлоризация (которую Вагнер сравнива- ет по значимости с микроразделением труда в концепции Смита), фор- дизм, экономический протекционизм, новые формы коммуникации и связи, например телефоны. «Так называемой волной инноваций позд- него XIX века были внесены трансформации в социальную практику, которую я предлагаю назвать переходом от ограниченной либеральной современности к организованной современности», которая отличалась установлением порядка и определенности, стабильности и предсказуе- 1 Arrighi G. Adam Smith in Beijing. Lineages of the Twenty-First Century. |