Культурология - Под ред. Ю.Н. Солонина, М.С. Кагана.. Солонин Ю. Н., доктор философских наук, профессор, декан философского фта спбГУ, зав кафедрой философии культуры и культурологии Каган
![]()
|
Виды субкультур Субкультуры бывают различных видов. Одни оп ределяются особенностями исторического разви тия, другие — способами и формами культурной идентификации конкретных людей. Остановимся на основном спектре современных субкультурных вариаций. Этнические субкультуры. Для иллюстрации обратимся к двум современным российским мегаполисам — Москве и Санкт-Петер бургу. Здесь живут и трудятся огромное множество людей, причем наряду с русскими «по крови и паспорту», составляющими боль шинство, по Тверскому бульвару и Невскому проспекту ходят и представители других национальностей, не в меньшей степени счи тающие себя коренными москвичами и питерцами. Сегодня едва ли возможно перечислить все этнические группы, которые избрали местом своего постоянного жительства Москву или Санкт-Петер бург. Очевидно, что жизнь русской части населения этих городов отличается от жизни москвичей и питерцев-ассирийцев, цыган и пр. Одни этнические сообщества активно объединяются, создают зем лячества, имеют отчетливо выражаемые отличительные признаки, другие же, напротив, предпочитают не акцентировать внимание на своей инородности. Многие живут крайне обособленно. Ассирий цы, составляющие одну из древнейших этнических групп, извест ных в истории с библейских времен, несмотря на малочисленность, очень ревностно относятся к своим традициям: не утрачивают язы- 12.5. Субкультура и контркультура 283 ка, постоянно встречаются друг с другом, вместе отмечают свои празд ники, практически не ассимилируются. Между тем отличить асси рийца от неассирийца на улице практически невозможно. Чего не скажешь о другом народе —цыганах: они всегда заметны в толпе. Степень «закрытости» у цыган гораздо меньшая, чем у современ ных ассирийцев. Этнически субкультуры больших городов и со прикасаются, и не соприкасаются между собой. В нынешних усло виях они, как правило, не мешают друг другу развиваться по -соб ственным законам, хотя в каждом отдельном субкультурном комплексе практикуются различные кодексы морально-нравственных импера тивов. Корпоративные субкультуры^. Различные социальные группы различаются не только характером работы в общей системе разде ления труда, но и «стилями жизни». Жизнь ученого отлична от жизни журналиста, бизнесмена — от шоумена, продавца — от официанта, дворника — от шофера и т.д. Манера одеваться, привычка прово дить свободное время, набор поведенческих регламентов, мысли и чувства, материальные и экзистенциальные ценности, даже выбор места жительства подчас в большой мере зависят от того, к какой социальной прослойке принадлежит человек. Корпоративный прин цип лежит в основании многих субкультурных образований, кото рые редко вступают в конфронтацию друг с другом, предпочитая мирно сосуществовать, не нарушая пркоя. Религиозные субкультуры. Ярко выраженным примером суб культуры в современном мире могут считаться религиозные сек ты. Эти культовые объединения нередко называют авторитарными. Во главе их стоят, как правило, харизматические личности. Стро жайшая дисциплина, единомыслие, нетерпимость к другим культур ным традициям, асоциальная направленность требований — все это доставляет массу хлопот власти. Очень часто секты вступают в открытую конфронтацию с доминирующей культурой. К таким суб культурам применяются строгие законодательные меры, которые тем не менее не дают желаемого результата. Не все субкультур ные образования, выстраивающиеся по религиозному принципу, аг рессивны. Многие мирно соседствуют с другими. В российских го родах, где большинство исповедует православное христианство, та кие субкультуры часто представлены приверженцами других религиозных доктрин. Мусульмане, например, отмечают свои празд ники, читают Коран на арабском, совершают паломничество к Каабе и пр., считаясь при этом россиянами и идентифицируясь с россий ской культурной традицией. Возрастные субкультуры. Различные возрастные категории так же имеют отчетливую тенденцию образовывать субкультурные ком- 286 , Глава 12. Типологические характеристики культур оказывает существенное влияние на дальнейшую культурную эво люцию. Мир никогда не остается прежним после того, как возника ет и открыто заявляет о себе контркультура. Облик официальной культуры также изменяется. Цель любого контркультурного образования можно обозначить как стремление показать несостоятельность доминирующих уста новок. Всякая контркультура, даже если она не занимает в итоге доминантные позиции, стремится создать новый универсальный сло варь, использовать новые термины в культурном взаимодействии, прочертить новые каналы культурной коммуникации и в конеч ном счете создать нового человека и новую социальную реаль ность. Подобное удается редко: официальная культура, как правило, обладает большим потенциалом устойчивости, чем контркультура, опирается на разветвленную систему общественного принуждения. Противостояние раннего христианства и эллинистической культу ры, гуманизма и христианства длилось веками. Даже тогда, когда контркультуры восторжествовали, вытеснив конкурентов, последние все равно остались — в виде незримо присутствовавших субкуль турных комплексов, продолжавших оказывать огромное влияние на культурное развитие. Такими они сохраняются до сих пор. 12.6. Массовая и немассовая культуры Без всяких преувеличений можно утверждать: мы живем в эпоху массовой культуры. Достаточно оглянуться вокруг, присмотреться к окружающему нас миру, чтобы признать непреложность данного факта: на телевизионных экранах, на подмостках сцен, в радиоэфи ре, на рекламных уличных щитах, во время работы и отдыха, в сло вах случайных попутчиков, в нашей собственной речи... везде пра вит бал и задает тон вездесущий масскульт. От него негде скрыть ся. Радикальные социально-политические изменения, произошедшие в нашей стране в течение неполных последних двух десятилетий, столкнули российское общество с теми культурными формами, ко торые ранее были известны ему понаслышке. В советском обще стве они оценивались как очевидные свидетельства деградации «заг нивающего капитализма». Теперь массовая культура — беда и на шего дня: вчерашнего, сегодняшнего и, несомненно, завтрашнего. Отношение к массовой культуре и у нас, и за рубежом чаще всего негативное, что не совсем справедливо. Как мы увидим далее, мас скульт — это, скорее, вынужденная мера, неизбежная в нынешних социально-исторических условиях, нежели вредоносный побочный продукт «неправильного» развития. 12.6. Массовая и немассовая культуры 287 О массовой культуре говорят и пишут бесконечно много. Кто только ни старается «заклеймить позором» или, напротив, «пропеть дифирамб» этому явлению: ученые, публицисты, артисты, политики, художники. Между тем до сегодняшнего дня как в обществе, так и в гуманитарном знании, в том числе в культурологии, остаются непроясненными существенные моменты теоретического и практи ческого плана. Нет единого мнения относительно того, что считать массовой культурой и как определять ее временные границы: при сутствовала ли она во всех исторических типах культуры или в их большинстве, выступая субкультурным или контркультурным об разованием, либо это признак только нашей эпохи? В самом деле, что можно считать маисовой культурой? Комиксы, триллеры, «дамские» романы, музыкальную «попсу», низкопробный «ширпотреб» и прочие образцы «низкого жанра», которые колют гла за ревнителей «высоких стилей»? При таком подходе массовая куль тура является набором определенных видов, жанров, направлений, стилей, иначе говоря, форм, простых и примитивных. Но как в этом случае относиться к тому обстоятельству, что многое из того, что еще совсем недавно входило $ разряд масскульта, сегодня числится сре ди великих откровений человеческого духа? Творчество А. Вяльце- вой, Э. Фицджеральд, Э. Пресли, мюзикл «Вест-сайдская история» или, например, романы А. Кристи сегодня считаются «классикой». В то же время растиражированные и смотрящие на нас рекламные щиты с изображением леонардовской Джоконды едва ли поднимаются выше «дешевого ширпотреба». Миграция культурных форм из одного раз ряда в другой (из массового в немассовый и наоборот) происходит непрерывно. Одни предметы, имена, жанры, формы оказываются «вдруг» великими, на все времена созданными откровениями, другие же, име ющие вроде бы «безупречную репутацию», напротив, низвергаются и начинают успешно циркулировать по каналам масскульта. Поэтому, чтобы определить хотя бы в общих чертах, чем же отличается массовая культура от других форм культуры, обратимся не к фактам (примерам, направлениям, видам и жанрам), а к услови ям, попадая в которые тот или иной феномен становится масскульто- вым, и прежде всего к агенту (презентанту.) массовой культуры — массе. Масса и массовое Категория массы как объединения некоторого сознание количества людей не самая распространенная в гуманитарном знании. Если другим понятиям, ис пользуемым для обозначения различных человеческих множеств, та ким как «народ», «нация», «этнос», «класс» и пр., посвящено необозри мое количество работ, то «массе» в данном отношении не повезло. 2.88 Глава 12. Типологические характеристики культур Это тем более удивительно, что на всем протяжении XX в. «массо вость» была расхожим эпитетом, одной из самых распространенных метафор разнообразных социальных практик Причем невозможно однозначно сказать, негативно или позитивно окрашивалось это сло во. В одних случаях, например, когда кандидат на пост главы государ ства заявлял, что, заняв вожделенный пост, он будет всемерно печься о процветании народных масс, предполагалось, что масса обладает «каче ством» высшей социальной пробы. В то же время немало гневных тирад обрушивалось на головы «поделыциков от искусства», растра чивавших свой божественный дар в угоду запросам «массы»! Впервые о массе как о самодостаточной, автономной и.заслу живающей пристального внимания социальной форме заговорили в конце XIX в. Слово, разумеется, использовали и ранее, но в качестве синонимического эквивалента в ряду других: «народ, толпа, масса, класс» обозначали примерно одно и то же. Понятие массы ввели психологи. Они придали ему неукоснительный социологи ческий статус: «масса» обозначала феномен со строго определен ным набором характеристик. В середине 90-х гг. XIX в. вышла вызвавшая много шума работа французского психолога, антропо лога и археолога', автора трудов по теоретическому и эксперимен тальному естествознанию Г. Лебона «Психология народов и масс». В ней он писал: «В психологической массе самое странное следу ющее: какого бы рода ни были составляющие ее индивиды, каки ми схожими или несхожими ни были бы их образ жизни, занятие, их характер и степень интеллигентности, но одним только фак том своего превращения в массу они приобретают коллективную душу, в силу крторой они совсем иначе чувствуют, думают и по ступают, чем каждый из них в отдельности чувствовал, думал и , поступал» 1 . По мнению-Лебона, масса изменяет человека следую щим образом: 1) объединяясь в некое множество, люди чувству ют прилив необыкновенной мощи; силы, обычно обуздываемые, раскрепощаются, человек не в силах устоять от соблазна их вып-1 леснуть; 2) человек в массе мгновенно заражается общей эмоци ей, причем нередко в жертву общему приносится личный инте рес; 3) человек в массе становится удивительно внушаемым, ли шается своей «суверенной воли». Вердикт, выносимый Лебоном массе,-отрицателен, и прежде всего потому, что масса оппозицион на индивиду, а именно индивидуальность выступает безусловным позитивным началом в новоевропейской культуре. Индивид «по глощается» массой, масса ввергает человека в такое состояние, в 1 Лебон Г. Психология народов и масс. СПб., 1995. С. 64. 12.6. Массовая и немассовая культуры 289 котором он добровольно отказывается от своей индивидуальнос ти. Спустя десять лет после выхода книги Лебона австрийский психолог, родоначальник психоанализа 3. Фрейд в свой статье «Психология масс и анализ человеческого Я» пришел к неутеши тельному выводу о том, что утрата индивидуальности, возвраще ние в доиндивидуальное состояние является актуализацией арха ических пластов психики, свойственной всем людям. Позднее ученые различных профессиональных ориентации обра щались к анализу феномена массы, и в целом их выводы находились в русле лебоновско-фрейдовской традиции: масса — это специфи ческая форма общности людей, которой свойственны агрессивность, стадная архаичность, деструктивность, примитивность стрем лений, пониженная интеллектуальность и повышенная эмоцио нальность, спонтанность, готовность подчиниться волевому ок рику, переменчивость, неукорененность и пр. Повторим, челове ком массы может стать всякий вне зависимости от собственной индивидуальной истории: ни ум, ни опыт, ни заветы предков, ни даже личный интерес не гарантируют того, что однажды, оказав шись в соответствующей ситуации, человек не превратится в озве ревшего проводника деструктивных импульсов массы. Однако для того чтобы создалась возможность объединения лю дей в массовые множества, необходимо, чтобы в обществе отчет ливо проявился «человек массы» как носитель особого типа со знания — массового сознания. Анализу характерных черт такого человека посвящена вышедшая в 1930 г. работа испанского мысли теля X. Ортеги-иТассета «Восстание масс». Эта книга, почти сразу после выхода из печати переведенная на все европейские языки, породила широкий научный и культурный резонанс, не утихающий до сего дня. Термин «масса» философ не привязывает ни к какому социальному классу. Человек массы — это характеристика надсо- циальная, существующая «поверх» традиционных классов. Главным определителем человека массы служит усредненность: «Масса — это посредственность». Самое же неприятное состоит в том, что в наше время, по мнению X. Ортеги-и-Гассета, именно такие «зауряд ные души» доминируют. Вознесение «усредненного человека» — результат тех социально-культурных сдвигов, которые произошли на рубеже XIX и XX столетий. Наряду с положительными сторона ми исторического прогресса — подъемом техники, созданием но вых потребительских благ, обеспечением более комфортных форм жизни и пр. — проявились и негативные. «Славу и ответствен ность за выход широких масс на историческое поприще несет XIX 10 Культурология 290 Глава 12. Типологические характеристики культур век» 1 . По мнению испанского мыслителя, три великих достижения XIX в. одновременно с положительными последствиями породили и отрицательные — либеральную демократию, экспериментальную науку и промышленность. Именно они определили психологичес кие штрихи сегодняшнего массового человека: «безудержная экс пансия собственной натуры... врожденная неблагодарность ко все му, что сумело облегчить ему жизнь» 2 , нежелание трудиться, эгоис тичность. Масса — это «состояние духа»: ее «больше всего заботит собственное благополучие и меньше всего — истоки этого благо получия... средний человек и для себя не видит иной обязанности, как убежденно,домогаться, единственно по праву рождения» 3 . Ор- тега-и-Гассет уверен, что единственно привычная (и желанная!) для подобного антропологического типа поза •— это поза развалившего ся в кресле пресыщенного хама, перед которым заискивающе лебе зит услужливый халдей со словами: «Чего изволите?». Когда же наступают на «суверенные права» массового человека, не предо ставляют благ, на которые он притязает «единственно по праву рож дения», то он становится агрессивен, прибегает к на'силию. Таким образом, человек массы — это особый социально-пси хологический тип. Воплощающий его «всегда довольный сам со бой, своим обедом и женой» обыватель — продукт предыдущего социально-исторического развития". Появление человека массы было запрограммировано. Он столь же присущ современной цивилиза ции, как и прогрессивные завоевания. Примитивность, убогость мысли, посредственность, узость интеллектуального горизонта, духовная ог раниченность, воинственная нетерпимость к иному, самовлюблен ность и прочие неблаговидные черты совмещаются в нем с уве ренностью в том, что «он имеет право» на обладание всеми блага ми, добытыми человечеством в прошлом и в настоящем, что ему должны их предоставлять по первому требованию. Именно такой «антропологический тип» культивируется последние полтора века. Поразительнее же всего, акцентирует внимание Ортега-и-Гассет, что подобный психологический тип желателен. Позиция «избалованно го ребенка» делает его хорошо управляемым: он внушаем, его лег ко шантажировать и, используя попеременно то «пряник», то «кнут», подталкивать в нужном направлении. При всех очевидных издерж ках и немалых хлопотах, которые доставили европейским странам людские массы, не раз ниспровергавшие правительства, когда после дние были не в состоянии предоставить им «хлеба и зрелищ», огра- 1 Ортега-и-Гассет X. Эстетика. Философия культуры. М., 1991. С. 316. 2 Там же. С. 319. 3 Там же. С. 320. 12.6. Массовая и Иемассовая культуры 291 ничейный и посредственный человек массы для всякой власти бо лее удобен, чем выдающийся человек, которым намного труднее управлять. Массовая Вернемся к массовой культуре и попытаемся ее культура определить исходя из вышеизложенного анализа категорий «масса» и «массовое сознание». Прежде всего, массовая культура — это не количественный показатель. За числять тот или иной феномен прошлого или настоящего в разряд массовой культуры, исходя из массовости его распространения, не верно. Сам по себе культурный факт (событие, форма, ситуация), рас сматриваемый изолированно от окружающего социального контек ста, ничего нам о себе не скажет. Столь же неправомерно подходить к анализу массовой культуры с позиции «предустановленной иерар хии», т.е. рассматривать масскультовые феномены как нечто «низо вое», подчиненное, второстепенное, «недоразвитое», предкультурное, тем более — простое и незамысловатое. Масскульт — это не культура социальных «низов», и не культура тех ситуаций, что в данный мо мент трактуются в качестве «низа» жизни. Не меньшим заблужде нием является и чрезвычайно распространенная привычка связы вать массовую культуру с определенными формами. Таким образом, массовая культура —- это состояние, а еще точнее, культурная ситуация, соответствующая определенной форме социального устроения, иначе говоря, культура «в присут ствии Масс». Она является эволюционным этапом, к которому ново европейская культура подошла на рубеже XIX—XX вв. и который стал преобладающим во второй половине XX в., так или иначе уст ранив всех конкурентов. Для того чтобы можно было говорить о наличии массовой культуры, необходимо, чтобы на историческую арену явился ее презентант •— историческая общность, именуемая массой, а также чтобы доминирующее значение обрел соответству ющий тип сознания — массовое сознание. Масса и массовое созна ние связаны и не существуют изолированно друг от друга. Они выступают одновременно и «объектом», и «субъектом» масскуль- та. Именно вокруг массы и массового сознания закручивается его «интрига». • Соответственно, лишь там, где мы обнаружим зачатки данных социальных и ментальных установок, мы вправе говорить о присут ствии массовой культуры. Поэтому как история, так и предыстория масскульта не выходят за рамки новоевропейского прошлого. На род, толпа, крестьяне, этнос, пролетарии, широкие городские «низы», любая другая доновоевропейская историческая общность и соответ- |