Барт - SZ. Статья Г. К. Косикова Издание второе, исправленное урсс, Москва 2001
![]()
|
Скрытность, проявляемая супругами де Ланти относительно их происхождения, их прошлого и связей в четырех странах света, не должна была бы сама по себе долго вызывать удивление в Париже. Ни в одной, пожалуй, другой стране не восприняли в такой мере, как во Франции, аксиому Веспасиана. Здесь золотые монеты, даже испачканные кровью и грязью, ни в чем не уличают и все собою представляют. Лишь бы только высшему обществу был известен размер вашего состояния, и вас сразу же зачислят в разряд тех, чье богатство равно вашему; и никто не потребует у вас грамот о дворянском происхождении, ибо все знают, как дешево они стоят. В городе, где социальные проблемы разрешаются при помощи алгебраических уравнений, у авантюристов есть прекрасные шансы на успех. Даже если предположить, что эта семья вела свой род от цыган, она была так богата и блистала таким обаянием, что высшее общество имело все основания отнестись снисходительно к ее маленьким тайнам. *РЕФ. Гномический код (Non olet, розовые страницы словаря) и мифология парижского Золота. **СЕМ. Интернациональность. ***ГЕРМ. Загадка 3 (происхождение де Ланти) : загадывание (тут есть какая-то тайна) и обман (возможно, семейство Ланти ведет свой род от цыган). ****ГЕРМ. Загадка 2 (происхождение богатства) : загадывание (неизвестно, откуда взялось богатство). XIX. Признак, знак, деньги В старину (сообщает текст) деньги «уличали»: выступая в роли признака, они точно указывали на тот или иной факт, на его причины и на его природу; в наше же время они «представляют» (всё): деньги — не что иное, как эквивалент, монета, способ репрезентации, одним словом — знак. Общим свойством знака и признака является их принадлежность к определенному способу фиксации. При переходе от землевладельческой монархии к монархии промышленной общество переменило Книгу, сменило Грамоту (дворянскую) на Счет (подсчет состояния), рескрипт — на ведомость, но при этом сохранило зависимость от определенного типа письма. Различие же, противопоставляющее феодальное общество обществу буржуазному, а признак — знаку, состоит в следующем: признак имеет происхождение, тогда как знак — нет; перейти от признака к знаку значит разрушить последний (или исходный) рубеж — идею происхождения, основания, устоев; это значит включиться в процесс бесконечной игры эквивалентностей и репрезентаций — процесс, который ничто не способно ни задержать, ни остановить, 60 ни направить, ни освятить. Безразличие парижан к происхождению денег символизирует отсутствие у этих денег всякого происхождения; не пахнущие деньги — это деньги, не подчинившиеся главному требованию, исходящему от признака, — требованию, согласно которому происхождение должно быть освящено: эти деньги выхолощены, словно кастрат; для Парижского Золота аналогом физиологического бесплодия служит неспособность иметь происхождение, невозможность духовной наследственности: знаки (монетарные, сексуальные) подобны душевнобольным, потому что, в отличие от признаков (задававших смысловой режим в прежнем обществе), в их основе отсутствует некая изначальная, неустранимая, неподкупная, неискоренимая инаковость составляющих их компонентов: в признаке то, на что указывается (аристократия), имеет иную природу, нежели то, что указывает (деньги): их смешение невозможно; в знаке же, который является краеугольным камнем репрезентации (а не обусловленности и созидания, в отличие от признака), обе стороны способны меняться ролями; означаемое и означающее находятся в процессе бесконечных взаимопревращений: то, что было куплено, может быть вновь продано, означаемое может стать означающим и т. п. Будучи наследником феодального признака, буржуазный знак — это воплощенный метонимический сдвиг. (27) Но, к несчастью, атмосфера загадочности, окружавшая семью де Ланти, подобно романам Анны Радклиф, давала все новую пищу любопытству. *ГЕРМ. Загадка 3 (откуда произошли де Ланти?) : загадывание. **РЕФ. Литература (Анна Радклиф). (28) Наблюдательные люди, то есть люди, интересующиеся тем, в каком именно магазине вы купили ваши канделябры, и справляющиеся у вас о том, сколько вы платите за квартиру, если эта квартира им нравится, заметили, что на празднествах, концертах, балах и раутах, устраиваемых графиней, время от времени появляется какая-то странная личность. *Код Романистов, Моралистов, Психологов : наблюдения наблюдательных людей. **3десь загадывается (возникает ощущение странности) и тематизируется (речь заходит о каком-то новом персонаже) еще одна загадка (ГЕРМ, загадка 4 : тема и загадывание). (29) Это был мужчина. *На самом деле старик не мужчина: налицо, стало быть, обман читателя со стороны дискурса (ГЕРМ. Загадка 4 : обман). XX. Затухающие голоса Кто говорит? Принадлежит ли прозвучавший голос науке, делающей логическое умозаключение от рода («человек») к виду («мужчина») и намеревающейся в дальнейшем специфицировать сам вид, на этот раз в образе «кастрата»? А может быть, это голос феноменолога, который называет лишь то, что непосредственно видит, 61 в данном случае — мужское, в целом, одеяние старца? Нет никакой возможности установить происхождение высказывания, связать его с чьей-либо точкой зрения, но именно эта невозможность оказывается одним из критериев, позволяющих оценить множественность текста. Чем труднее установить происхождение высказывания, тем выше степень множественности текста. В современном тексте голоса сливаются так, что между ними исчезают любые границы: здесь говорит дискурс, точнее, сам язык — и ничего более. В классическом тексте, напротив, у высказываний, по большей части, есть происхождение; установить их отца или владельца не составляет никакого труда: иногда это сознание (персонажа или автора), иногда — та или иная культура (анонимность, между прочим, это тоже определенного рода происхождение и определенный голос — тот голос, которым, к примеру, говорит гномический код); случается, однако, что в этом классическом тексте (весьма, впрочем, озабоченном проблемой происхождения высказываний) голос вдруг начинает глохнуть, словно утекая сквозь какую-то брешь в дискурсе. И вот тогда лучший способ представить себе классическую множественность — вслушаться в текст как в полифонию переливающихся голосов, которые звучат на разных волнах и время от времени внезапно затухают, причем само это затухание позволяет высказыванию неприкаянно блуждать от одной точки зрения к другой: эта тональная неустойчивость (в современном тексте доходящая до полной атональности) делает письмо подобным муаровой поверхности, поблескивающей переливами эфемерных происхождений. (30) Впервые он появился среди гостей, наполнявших дом де Ланти, во время концерта. Казалось, его привлекло сюда доносившееся из зала чарующее пение Марианины. *СЕМ. Музыкальность (сема как бы подсказывает истину, потому что старик в прошлом певец, но у нее еще недостает сил, чтобы раскрыть эту истину полностью). (31) — Мне как-то вдруг стало холодно, — сказала, обращаясь к своей соседке, дама, сидевшая недалеко от дверей. Незнакомец, стоявший около дамы, удалился. — Как странно! — воскликнула дама после его ухода. — Мне стало жарко. Вы, может быть, сочтете меня сумасшедшей, но я не могу отделаться от мысли, что холод шел от этого господина в черном, который только что стоял здесь. *СЕМ. Холод (закрепленное поначалу за Садом, это подвижное означаемое перемещается теперь на старика). **СИМВ. Антитеза : холод/тепло (знакомая уже нам Антитеза Сада и Зала, одушевленного и неодушевленного, появляется здесь снова). (32) Вскоре страсть к преувеличениям, свойственная людям высшего света, породила и собрала вокруг таинственной личности незнакомца самые забавные загадки, самые нелепые определения и самые смехотворные домыслы. *РЕФ. Суетность 62 **ГЕРМ. Загадка 4 (Кто такой старик?) : ложные ответы : анонс. Как элемент герменевтического кода Ложный Ответ отличается от Обмана тем, что дискурс откровенно признает его ошибочность. (33) Если он не был вампиром, злым духом, пожирающим тела погребенных, искусственным человеком, подобием Фауста или Волшебного стрелка, то, во всяком случае, он, по словам любителей всего сверхъестественного, обладал свойствами всех этих человекоподобных существ. *ГЕРМ. Загадка 4 : ложный ответ № 1. **СЕМ. Сверх-мир и Ультра-время (старик — это сама смерть, которая одна не умирает: в образе неумирающей смерти есть дополнительная смысловая нагрузка, избыток смерти). (34) Попадались время от времени немцы, принимавшие всерьез все эти изысканные насмешки, в которых выливалось злословие парижан. *РЕФ. Этническая психология : парадигма эпохи : наивный немец/насмешливый парижанин. (35) Между тем незнакомец был просто-напросто стариком. *ГЕРМ. Загадка 4 : обман (незнакомец — не «просто-напросто» старик). **Рассказчик (или дискурс?) пытается свести загадочность к чему-то простому; он становится на сторону буквы, отвергает любые ссылки на басню, миф или символ и, посредством тавтологии (старик был стариком), делает ненужным язык как таковой: рассказчик (или дискурс) обзаводится здесь собственным воображаемым, построенным на принципе асимболии (СЕМ. Асимболия). (36) Кое-кто из молодых людей, имеющих обыкновение каждое утро несколькими изящными фразами разрешать судьбы Европы, видели в незнакомце какого-то великого преступника, обладателя несметных богатств. Романисты описывали жизнь этого старика, приводя удивительнейшие подробности о зверствах, якобы совершенных им во время службы у принца Майсорского. Банкиры, как люди более положительные, считали правдоподобной иную басню. — Ясно, — говорили они, со снисходительным видом пожимая толстыми, плеча ми, — этот старичок — просто «генуэзская голова»! *ГЕРМ. Загадка 4 : ложные ответы №2, 3 и 4 (ложные Ответы восходят к культурным кодам: циничные молодые люди, романисты, банкиры). **СЕМ. Богатство. (37) — Не откажите, сударь, в любезности, если мой вопрос не покажется вам нескромным, объяснить, что вы подразумеваете под «генуэзской головой»? — Это человек, получающий огромную пожизненную ренту; от его здоровья и жизни зависят, должно быть, доходы всей этой семьи. Верно, что между богатством бывшей знаменитости и состоянием Ланти существует некая связь, однако сомнительно, чтобы нежная заботливость этого семейства по отношению к старику питалась корыстными интересами; все вместе создает экивок (ГЕРМ. Загадка 4 : экивок). (38) Я помню, что однажды у мадам д'Эпар слышал, как какой-то магнетизер утверждал, будто этот старик, при внимательном исследовании всех исторических данных, оказывается, если поместить его под стекло, не кем иным, как знаменитым Бальзамо, или, иначе говоря, Калиостро. По словам этого современного алхимика, сицилийский авантюрист, избежав смерти, забавляется тем, что выделывает золото для своих внуков. Судья в Феретте, говорят, в лице 63 этого странного незнакомца опознал графа де Сен-Жермен. *ГЕРМ. Загадка 4 : ложный ответ № 5. **СЕМ. Ультра-время. Здесь можно расслышать две побочные (ослабленные) коннотации: выражение под стекло заставляет вспомнить об отвращении, которое у многих вызывает мумия, набальзамированный, законсервированный труп; что же до золота алхимиков, то это опустошенное, не имеющее происхождения золото (подобное золоту спекулянтов). (39) Все эти глупости, произнесенные лукавым и насмешливым тоном, таким характерным в наши дни для общества, лишенного всяких твердых веровании, поддерживали смутные подозрения насчет семьи де Ланти. *РЕФ. Психология народов : насмешливый Париж. **ГЕРМ. Загадка 3 : загадывание и тематизация (налицо загадка, и объектом ее является семейство Ланти). ***ГЕРМ. Загадка 4 : ложный ответ № 6. В герменевтической последовательности Ложные Ответы образуют некий блок (элементарную конфигурацию, или подпрограмму, согласно кибернетической терминологии); сам этот блок подчиняется риторическому коду (коду изложения) : анонс (№ 32), шесть ложных ответов, резюме (№ 39). XXI. Ирония, пародия Возвещенный самим дискурсом, иронический код в принципе есть не что иное, как эксплицитное цитирование «другого»; он всегда что-то афиширует и уже самим этим фактом разрушает поливалентность, которой можно было бы ожидать от дискурса, построенного на принципе цитирования. Поливалентный текст до конца сохраняет свою конститутивную двойственность лишь в том случае, если уничтожает границу между истиной и ложью, если не приписывает своих высказываний (даже в целях дискредитации) общепризнанным авторитетам, если он подрывает доверие к самой идее происхождения, отцовства, собственности, если он уничтожает любой голос, пытающийся придать тексту единство («органическое»), одним словом, если он, подобно безжалостному мошеннику, стирает те кавычки, которые, как считается, по законам порядочности должны окружать любую цитату, и тем самым юридически распределяет фразы между различными владельцами, подобно земельным участкам. Причина в том, что поливалентность (обличаемая иронией) представляет собой один из способов попрания прав собственности. Задача состоит в том, чтобы перебраться через стену, отделяющую голос от письма, ибо письмо отвергает всякое указание на собственность, а значит, по самой своей сути, не может быть ироничным; по крайней мере, в его ироничности никогда нельзя быть уверенным (такая неопределенность характерна для некоторых великих текстов, подобных текстам Сада, Фурье или Флобера). Возникая ради субъекта, притворяющегося, будто он дистанцируется от всех чужих языков для того, чтобы как можно надежнее утвердить себя в качестве субъекта собственного дискурса, пародия, которую можно назвать иронией в действии, есть не что иное, как воплощение классического слова. Во что 64 превратилась бы пародия, не заявляй она о себе как о таковой? Вот проблема, встающая перед современным письмом: каким образом преодолеть стену высказывания, стену происхождения, стену собственности? (40) Да и сами члены этой семьи, благодаря какому-то странному стечению обстоятельств, давали пищу всем этим разговорам в свете уже одним тем, что окружали какой-то таинственностью свое отношение к старику, жизнь которого тщательно укрывали от всякого расследования. *ГЕРМ. Загадка 4 : загадывание. «Тайна», которой окружена личность старика будет конкретизирована в ряде столь же загадочных поступков. (41) Появление незнакомца за пределами комнат, отведенных ему в особняке де Ланти, всякий раз вызывало у членов семьи большое волнение, точно это было бог весть какое важное событие. Только Филиппа, Марианина, госпожа де Ланти и один старый слуга пользовались привилегией помогать незнакомцу ходить, вставать, садиться. Каждый из них внимательно следил за малейшим его движением. *СИМВ. Стан женщин. **ГЕРМ. Загадка 4 : загадывание (загадочное поведение). (42) Казалось, что это — волшебник, от которого зависят счастье, жизнь или благополучие всей семьи. *СЕМ. Чары. Это означаемое можно было бы рас сматривать как индикатор истины, учитывая, что кастрат, подобно сверхъестественному медиуму, обладает способностью очаровывать: таков был, к примеру, кастрат Фаринелли, который своим каждодневным пением (всегда, на протяжении многих лет — один и тот же мотив) исцелял или, по крайней мере, облегчал жестокую меланхолию Филиппа V Испанского. (43) Руководствовались ли они страхом или привязанностью? Члены высшего общества не могли найти никаких указаний, которые помогли бы им разрешить этот вопрос. *ГЕРМ. Загадка 4 : загадывание и блокировка ответа. (44) Этот таинственный дух дома де Ланти, иногда по целым месяцам скрывавшийся в глубине какого-то неведомого святилища, как бы украдкой и неожиданно для всех появлялся в парадных гостиных, подобно старинным волшебницам, которые, сойдя со своих крылатых драконов, являлись, чтобы омрачить празднества, на которые их забыли пригласить. *СЕМ. Чары. **РЕФ. Волшебные сказки. (45) Только самым тонким наблюдателям удавалось в таких случаях уловить беспокойство хозяев, с необычайным искусством скрывавших свои чувства. *ГЕРМ. Загадка 4 : загадывание (загадочное поведение). (46) Случалось, что наиболее непосредственная из всех, Марианина, в разгаре кадрили, бросала на старика, за которым неустанно следила в толпе, взгляд, полный ужаса, или Филиппа, быстро скользя сквозь толпу, направлялся к нему и оставался подле него, внимательный и нежный, оберегая его так, как будто малейшее прикосновение или дуновение грозило разбить это странное существо. Графиня старалась подойти к нему всегда словно нечаянно; все ее движения и лицо в таких случаях выражали одновременно нежность и подобострастие, покорность и властную требовательность, она произносила несколько 65 слов, и старик почти всегда подчинялся ее желанию: давал увести или, вернее, унести себя из бального зала. *СЕМ. Хрупкость и Детскость. **ГЕРМ. Загадка 4 : загадывание (загадочное поведение). *** Поскольку старик — кастрат, а кастраты не имеют пола, его следовало бы назвать в среднем роде, однако во французском языке среднего рода нет, и дискурс, когда он не хочет лгать, называет кастрата с помощью двусмысленных существительных: морфологически это существительные женского рода, хотя семантически они растяжимы и способны одновременно охватывать как мужской, так и женский род: таково слово créature, «существо» (и ниже: cette organisation féminine, «это женское телосложение») (СИМВ. Средний род кастрата). (47) В отсутствие госпожи де Ланти граф пускался на всевозможные ухищрения, чтобы приблизиться к нему: но старик, по-видимому, неохотно слушался его, и граф обращался с ним, как с избалованным ребенком, все капризы которого мать удовлетворяет, страшась неожиданной вспышки. *ГЕРМ. Загадка 4 : загадывание (загадочное поведение). **Граф исключается из стана женщин: его неуклюжие и неэффективные действия противопоставляются тактичному и успешному поведению женщин: г-н де Ланти (глава семейства) не принадлежит к потомкам Замбинеллы. Однако символическая дистрибуция уточняется здесь еще раз: действенная власть, власть Отца, принадлежит именно женщине (г-же де Ланти); власть же мужчины (г-на де Ланти) бестолкова и не вызывает уважения; это — материнская власть (СИМВ. Ось кастрации). (48) |