Инфекции. ИНФЕКЦИИ. В. В. Макаров, А. К. Петров, Д. А. Васильев основы учения
![]()
|
Лечение животных при АЧС не проводится. Все находившиеся в эпизоотическом очаге животные подлежат ликвидации. Профилактика и контроль. Специфическая профилактика при АЧС не разработана, никаких вакцин в тривиальном представлении не существует. В качестве общей профилактики в благополучных странах осуществляется жесткая политика в отношении импорта свиней и продуктов свиного происхождения с обязательной утилизацией пищевых отходов с воздушного и морского транспорта, прибывающего из неблагополучных стран, обязательным обеззараживанием (стерилизацией) пищевых отходов. Это особенно актуально сейчас в условиях максимально приватизированного сельскохозяйственного производства и охотохозяйства, пресловутых санкций, беспредельно криминализированных частной торговли и импортно-экспортных операций. При вспышках основные мероприятия - зонинг [обозначение (маркировка) инфицированной и контролируемой зон, карантин], трасинг (контроль передвижения свиней), стемпинг аут, т.е. быстрый убой всех свиней и обязательная утилизация трупов и навоза в инфицированной зоне (важнейшее мероприятие!), тщательная очистка и дезинфекция, детальное эпидемиологическое исследование с выявлением вероятных источников заноса инфекции («извне»), выявления и радикального пресечения возможных путей дальнейшего ее распространения («изнутри»), эпидемиологический надзор в неблагополучной зоне и окружающем регионе. В неблагополучных странах - недопущение контактов между свиньями, в том числе их свободного выпаса. Африканская чума свиней в РФ. АЧС была занесена в РФ с территории Грузии и распро странилась на юге РФ (2007-2008 гг.). Далее последовало интенсивное развитие неблагополучия в европейской части страны с вовлечением домашних и диких кабанов, становлением крупных энзоотических зон в южных, западных и центральных федеральных округах (с 2012 г.). Заболеваемость домашних свиней в хозяйствах всех категорий и форм собственности возникала преимущественно экзогенно, эпизоотический процесс имел характер спорадических вспышек разной интенсивности, без «привязанных» к отдельным инцидентам доказанных эпизоотических связей, за счет непреднамеренного или контрафактного непредсказуемого заноса инфекции извне с контаминированными объектами (скрыто инфицированные свиньи, продукты свиного происхождения, транспорт, пищевые отходы). В дальнейшем заболеваемость прогрессивно концентрируется среди диких кабанов. Этому во многом способствуют климато-географические и социально-экономические особенности неблагополучных зон с аномально высокой популяционной плотностью этих животных, преимущественно закрепленными охотничьими угодьями, широко развитой сетью приватных охотничьих и природоохранных организаций, искусственно, зачастую нелегитимно, поддерживающих их жизнеобеспечение и размножение (рисунок 9). В 2012-2013 гг., уже не заносная, а индигенная заболеваемость кабанов иррадиировала во все стороны, особенно в западном и северо-западном направлениях (Смоленская, Псковская, Новгородская, а также Ярославская, Московская, Ивановская, Владимирская области), и превысила таковую домашних свиней. В 2013-2014 гг. заболеваемость кабанов сместилась на юго-запад ЦФО (Брянская, Орловская, Калужская, Тульская области) и далее за пределы страны (Белоруссия, Польша, Прибалтика, Украина, Молдавия, в 2017 г. - Чехия, Румыния) (см. рисунок 7). Судя по интенсивности регистрации АЧС среди диких кабанов (локализация, хронология, последовательность вспышек), можно предполагать, что в этом секторе ЦФО сформировался природный очаг инфекции как новое для ![]() Рисунок 9. Хронология вспышек АЧС среди домашних свиней и диких кабанов в РФ: количество и линейные тренды. РФ биоэкологическое явление в полном соответствии с канонами учения Е.Н. Павловского, с реальными типо- и топологическими характеристиками, с паразитарной системой «дикие кабаны + вирус АЧС» замкнутого, двучленного, простого типа с западным вектором его возможного преимущественного развития. За десятилетний период неблагополучия с 2007 по 2017 гг. АЧС получила распространение в сорока административных регионах РФ. Зарегистрировано более 1200 эпизоотических вспышек среди домашних свиней и диких кабанов в соотношении 1,5 к 1, потери составили свыше миллиона голов. В 2016-2017 гг. продолжающийся рост напряженности ситуации характеризовался формированием крупных территориально разобщенных развивающихся эпизоотий с регистрацией десятков вспышек (от 5-10 до 40 и более) среди домашних свиней и кабанов в центре страны (Московская, Рязанская, Ивановская, Владимирская и Нижегородская области), среднем Поволжье (Волгоградская, Саратовская и сопредельные области) и Республике Крым. АЧС возникла в удаленных от устойчиво неблагополучного центра РФ трех регионах Сибири (Иркутская, Омская и Тюменская области, Красноярский край) и на Южном Урале (Челябинская и Курганская области). В сопредельных западных странах, начиная с первых случаев регистрации АЧС, в период 2013-2017 гг. возникло свыше 5200 эпизоотических вспышек. В Прибалтике и Польше - подавляющее большинство случаев среди диких кабанов, на Украине - среди домашних свиней и кабанов, в Молдавии - среди домашних свиней. Ситуация представляется крайне угрожающей в плане дальнейшего распространения на запад, в частности, на территорию Германии, где численность домашних свиней составляет до 30 млн и исключительно высока плотность населения диких кабанов. Борьба с АЧС в РФ регламентируется новыми «Ветеринарными правилами осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней», утвержденными Приказом МСХ РФ от 31 мая 2016 г. Правила предусматривают мероприятия как в домашнем свиноводстве, так и в популяциях диких кабанов. Согласно «Плану действий по предотвращению заноса на территорию Российской Федерации африканской чумы свиней и ее распространения на территории Российской Федерации», утвержденному Правительством РФ в 2016 г., АЧС предполагается ликвидировать в 2020 году. Литература. Бурба Л. Г. Патоморфология, вопросы патогенеза и дифференциальной диагностики африканской чумы свиней. Дисс. докт. вет. наук. - М. - 1969. - 422 с. «Ветеринарные правила осуществления профилактических, диагностических, ограничительных и иных мероприятий, установления и отмены карантина и иных ограничений, направленных на предотвращение распространения и ликвидацию очагов африканской чумы свиней». Режим доступа: http://www.fsvps.ru/fsvps-docs/ru/iac/asf/laws/instruction-213.pdf (дата обращения 15.01.2017). ГОСТ 28573-90 «Свиньи. Методы лабораторной диагностики африканской чумы». Режим доступа: http://vsegost.com/catalog/49/4921.shtml (дата обращения 15.01.2017). Макаров В.В. Африканская чума свиней. 2012. Режим доступа: http:// www.fsvps.ru/fsvps-docs/ru/news/asf/asf_makarov/asf_makarov.pdf (дата обращения 15.01.2017). Макаров В. В., Грубый В. А. Африканской чумы свиней: эпизоотический полиморфизм и контроль. Режим доступа: http://www.fsvps.ru/ fsvps-docs/ru/iac/asf/publications (дата обращения 15.01.2017). «План действий по предотвращению заноса на территорию Российской Федерации африканской чумы свиней и ее распространения на территории Российской Федерации». Режим доступа: http://www.consultant.ru/ cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=LAW&n=205372&fld=134&dst=10000 7,0&rnd=0.34322030769706924#0 (дата обращения 15.01.2017). Россельхознадзор. Режим доступа: http://www.fsvps.ru/fsvps/asf (дата обращения 15.01.2017). A Veterinary Practitioners Guide to Foreign Animal Disease Recognition Welcome. Режим доступа: http://www.cvm.tamu.edu/fadr/ (дата обращения 15.01.2017). Montgomery R. On a form of swine fever occurring in British East Africa // J. Comp. Pathol. - 1921. - 34. - P. 59-191. Контрольные вопросы. Приведите правильное определение АЧС как нозологической формы. Приведите характеристику вируса АЧС. В чем его основные эпизоотологические особенности? Опишите краткую историю и основные особенности эпизоотологии АЧС. Чем характеризовались распространение и борьба с АЧС в 1970-х гг.? Какова текущая эпизоотическая обстановка по АЧС? Опишите кратко современный нозоареал инфекции. Какие животные восприимчивы к АЧС? Как происходит заражение животных и территориальное распространение инфекции? Что служит преимущественным источником инфекции при АЧС? Опишите формы течения АЧС, патогенез, симптомы и патоморфологию болезни. Какие признаки АЧС являются патогномоничными? Почему важна дифференциальная диагностика АЧС? Какие методы применяются для идентификации вируса АЧС и какие серологические тесты для определения антител? Какова роль диких кабанов в текущей эпизоотологии АЧС? Какие нормативные документы регламентируют борьбу с АЧС в РФ? Нет болезни мучительнее и ужаснее, как водобоязнь. Когда впервые мне довелось увидеть бешеного человека, я дней пять ходил, как шальной, и возненавидел тогда всех в мире собачников и собак. А. П. Чехов БЕШЕНСТВО Бешенство (Rabies) — фатальный прогрессирующий энцефалит вирусной этиологии всех млекопитающих. Это заболевание с необратимым поражением ЦНС и самым высоким уровнем летальности, одно из наиболее злокачественных среди прочих инфекционных болезней. До недавнего времени клиническая гидрофобия — бешенство у людей — была неизлечима. Страх перед бешенством колоссален и обоснован: ежегодно в мире погибают более 1 млн животных и до 70 тыс. человек (то есть каждые 15 минут умирают два человека, каждые сутки — около 200). Сформировался своеобразный феномен «эпидемии собачьих укусов». Каждый год во всем мире после травмирующих контактов с потенциально зараженными бешенством животными от 9 до 12 млн человек подвергаются постэкспозиционным антирабическим обработкам (в том числе в РФ 250-450 тыс.) с общими затратами свыше 2 млрд. долларов. Бешенство до сих пор остается широко распространенной глобальной угрозой, регистрируется в двух третях стран мира, половина населения Земли проживает в эндемичных районах. Африка и Южная Азия — территории с самым высоким риском смертности человека, на которые приходится 95 % мировой статистики; 80 % смертей регистрируется в сельской местности с низким уровнем медико-санитарного просвещения и обслуживания. Здесь классическое собачье бешенство контролируется в наименьшей степени, и более 95 % гидрофобии человека обусловлены именно укусами бешеных собак. Ликвидация гидрофобии означает, прежде всего, контроль бешенства животных — резервуаров и источников инфекции. Возбудитель. Вирус бешенства — прототипный представитель рода Lyssavirus, семейства Rhabdoviridae (рисунок 10). Род объединяет семь таксономически определенных генотипов (видов) лиссавирусов и дополнительно еще шесть недавно выделенных в Евразии и Африке. Классический вирус бешенства (все штаммы и изоляты: «уличные», эпизоотические, выделенные от наземных животных и рукокрылых, вакцинные, «дикования») отнесен к первому генотипу и обозначается как RABV. Принципиально важно, что первичным или единственным паразито-системным хозяином и природно-очаговым резервуаром всех лиссавирусов (за одним сомнительным исключением) являются рукокрылые — летучие мыши-кожаны и летучие лисицы-крыланы. Кроме RABV многие из лиссавирусов, например, европейские (EBLV-1 и 2) и австрлийский (ABLV), способны вызывать фатальную инфекцию человека, неотличимую от классического бешенства, зарегистрирована их патогенность для других млекопитающих. В таких случаях диагностика заболевания человека и животных традиционно ограничивается классическим фатальным энцефаломиелитом аналогично инфекции RABV, хотя при инфекции лиссавирусами новых генотипов возможны и иные клинические проявления. RABV способен к репродукции в культуре перевиваемых клеток НГУК- 1, в некоторых клеточных культурах после адаптации. Чувствительны при интрацеребральном заражении белые мыши (особенно сосунки) и другие лабораторные животные (кролики, морские свинки, хомячки). Все лиссавирусы сохраняются при низких температурах (до -70 °С), разрушаются липидными растворителями, относительно мало устойчивы к физико-химическим факторам инактивации (нагреванию, УФ-облучению, щелочам, йоду, детергентам). Эпизоотологические данные. В настоящее время бешенство и другие лиссавирусные инфекции распространены всесветно. К вирусу классического бешенства восприимчивы все млекопитающие. По данным ретроспективного эпидемиологического анализа, в СССР и РФ в период с 1945 по 2015 гг. бешенство зарегистрировано у млекопитающих 53 видов (9 видов домашних и сельскохозяйственных, 44 вида диких), что составляет 14 % от общего количества видов млекопитающих обитателей на территории страны. Заболеваемости были подвержены животные шести отрядов: насекомоядные (1 вид), непарнокопытные (2), рукокрылые (5), грызуны (10), парнокопытные (12), хищные (23 вида). Заболеваемость животных и человека, вызываемая другими лиссавирусами рукокрылых, включая RABV, казуистична, хотя зарегистрированные эпидемические индекс-случаи в Западной Европе, на Украине и в РФ свидетельствуют о нозогенном потенциале этого резервуара бешенства. Передача инфекции при естественном бешенстве в рамках паразитарных систем разных типов происходит инъекционным способом посредством укуса для достижения интраневральной инокуляции вируса. Способ в эпизоотическом смысле сравнительно малоэффективен, что обусловливается целым рядом специфических факторов: непродолжительностью патологической и клинической агрессии бешеного животного — источника инфекции, его анатомическими возможностями хищника для осуществления трансдермального заражения, экскрецией и концентрацией вируса именно в слюне, «эффективным» укусом как физическим действием и т.п. По данным эпизоотологических наблюдений, в современной ситуации по бешенству в центре РФ шансы заражения при контакте с инфицированным животным составляли 1 к 4. Другие вероятные пути заражения исключительно казуистичны и имеют лишь клиническое, но не эпизоотологическое и эпидемиологическое значение: это ингаляция концентрированных аэрозолей RABV в закрытых пространствах обитания летучих мышей-носителей, передача вируса во время трансплантации органов и тканей, донорами которых были больные в инкубационном периоде, контакт с инфицированными трупами животных (заготовка шкурок, таксидермия), загрязнение инфицированной слюной или нервной тканью открытых ран, скарификаций слизистых оболочек, царапин. Территориальное распространение бешенства обусловливается особенностями фенологии и этологии паразитосистемного хозяина (в РФ это лисица) и имеет векторный характер — для животных это лисы, для людей — лисы, собаки, кошки, енотовидные собаки, волки. Эпизоотический процесс проявляется в виде отдельных (территориально и хронологически) редких, спорадических, в подавляющем большинстве единичных случаев с индексом очаговости около 1.0, хотя каждый случай должен рассматриваться как отдельный эпизоотический прецедент. Паразитарная система. Биоэкологические элементы существования лиссавирусов организованы в каноническую паразитарную систему «вирус + хозяин» замкнутого, двучленного простого типа с соответствующими типо- и топологическими характеристиками. В целом лиссавирусной паразитарной системе присущ экологический полиморфизм в зависимости от экотипа инфекции, представляющего комбинации природно-очагового, городского экотипов или их сочетаний («+/- », «-/+», «+/+»). Существующие варианты системы представляют стереотипные структуры паразито-хозяинных взаимоотношений, в частности: «вирус бешенства RABV + рыжие лисицы (Vulpesvulpes, red fox)» — природно-очаговое бешенство диких и домашних животных, случаи гидрофобии человека в Европе (сейчас, главным образом, в восточной части континента), спорадическая инцидентность бешенства песцов («арктических лисиц»); «вирус бешенства RABV + дикие плотоядные (серые лисицы Urocyoncinereoargenteus, еноты, скунсы)» — природно-очаговое бешенство диких и домашних животных в Северной Америке; «вирус бешенства RABV + домашние плотоядные (главным образом, безнадзорные собаки-парии)» — классическое бешенство домашних животных и десятки тысяч случаев гидрофобии людей ежегодно в Южной Азии (главным образом, в регионе Индокитая, Турции), многочисленные инциденты в Африке; • «вирус бешенства RABV + рукокрылые (в основном вампиры-гематофаги и насекомоядные)» — природно-очаговое паралитическое бешенство в Северной и Южной Америке; • «вирусы RABV, африканские лиссавирусы Лагос и Дювенхейдж, EBLV- 1 и 2, ABLV + рукокрылые (насекомо- и фруктоядные)» — единичные случаи летального энцефалита в Америке, Африке, Европе, Австралии, соответственно. Сложившиеся стереотипы паразитарной системы лиссавирусов характеризуются выраженной топологической оригинальностью и самостоятельностью. В свою очередь они группируются в два паразито-системных типа — (i) наземную природно-очаговую и классическую инфекцию с вирусом бешенства RABV и (ii) воздушно-наземную природно-очаговую инфекцию с лис- савирусами рукокрылых, включая RABV. Природная очаговость. На протяжении обозримой многовековой естественной истории на территории РФ и сопредельных стран происходили кардинальные изменения роли животных разных видов в эпизоотическом процессе бешенства. Так, с 1940-х гг. в Европе началось и к 1970-м гг. завершилось формирование преобладающего, нового для региона природно-очагового «лисьего» экотипа болезни, пришедшего на смену и альтернативного классическому (пастеровскому) городскому «собачьему» экотипу, с радикальным изменением биологических свойств вируса вследствие его адаптации к паразитарной системе нового типа. Прежде всего, это выразилось в значительном снижении вирулентности лисьего варианта RABV, супрессии канонических клинических признаков и летальности (хронизация течения заболевания у лисиц, низкая вирулентность для собак). Сравнительная современная эпизоотическая ситуация в регионе представлена на рисунке 11. Природно-очаговое бешенство, распространенное ранее в Западной Европе и сейчас преобладающее на территории Европейской части РФ (см. рисунок 11), с ведущей ролью в качестве резервуара и источника инфекции рыжей лисицы, характеризуют эпизоотические цепи двух типов — (i) преимущественного эстафетного типа «лиса^лиса^лиса^-... и т.д.» и (ii) тупикового типа «лисажегостальные животные (сельскохозяйственные, дикие, домашние плотоядные) и человек». Цепная передача трехчленного типа, как правило, «лиса^собака, кошка, енотовидная собака^человек», наблюдается крайне редко и особенно опасна только для людей. Бешенство лисиц в хронической форме по продолжительности течения охватывает весь фенологический цикл: поздняя осень-начало зимы — период спаривания, весна — щенение, весна-лето — воспитание потомства, конец лета-осень — расселение молодняка. По эпизоотической цепи первого типа реализуется передача от матери потомству инфекции, активизированной родовым стрессом. Инфицированный молодняк на последнем этапе годичного цикла в процессе миграции встречается в самых разнообразных природных условиях (дачные участки, пастбища, охота, разного рода рекреации) с животными негостальных групп и людьми, что обусловливает возможность заражения и выраженную осеннюю сезонность заболеваемости последних. Заболеваемость негостальных животных многочисленных видов (сельскохозяйственные и мелкие домашние животные, енотовидные собаки, волки, белки и проч.) и человека выражается в форме тупиковых инфекций, не имеющих значения в циркуляции лиссавирусов. Это особенно относится к бешенству мышевидных грызунов, среди которых в последние десятилетия заболевание не регистрируется, и спекулятивная концепция «грызунового резервуара и источника» бешенства окончательно закрыта. Заболеваемость собак и кошек, традиционно самого «горючего» материала при классическом городском «собачьем» экотипе бешенства, и при «лисьем» экотипе достаточно высока; в центральном регионе РФ в последние годы около 40 % регистрируемых случаев приходится на животных-компаньонов. Именно их бешенство чаще всего служит «эпидемическим мостом», то есть амплифи- катором и источником инфекции для людей при контактах самого различного рода (владельцы, хендлеры, охотники и т.п.). Тем не менее, в современных условиях существование самостоятельных антропургических очагов «собачьего» бешенства нереально по следующим причинам: • все собаки как главный фактор антропургических очагов подлежат вакцинации (или, по крайней мере, должны подлежать), и в наших ориентировочных рандомизированных исследованиях показано, что в городских популяциях (в Москве) доля собак с протективным уровнем антирабических антител достигает 50 %; • восприимчивость собак к современному эпизоотическому вирусу «лисьего» экотипа в 100 тысяч раз ниже (!) по сравнению с классическим уличным вирусом; • клиническое течение «лисьего» бешенства у собак совершенно отлично от классического, без агрессивного компонента, и инъекционный (bate scratch) способ передачи не осуществим в естественных условиях. Формирование энзоотий природно-очагового бешенства непосредственно зависит от плотности населения лисиц. Средневзвешенный размер территории, необходимой для нормального жизнеобеспечения одной лисьей семьи, составляет 10 км2 (окружность диаметром 3,6 км). Как увеличение, так и уменьшение этого показателя служит лимитирующим фактором, причем увеличение плотности восприимчивой популяции — главное условие активизации эпизоотического процесса. Енотовидная собака, волк, куница и другие дикие плотоядные именно из-за этого условия — во много раз более низкой популяционной плотности — не могут обеспечить циркуляцию вируса и поддерживать продолжительную активность природного очага бешенства даже в качестве случайных хозяев. Существование ранее в странах Западной Европы и сейчас на территории РФ бешенства природно-очагового экотипа усугубляется одновременным развитием необычного экологического «феномена городской лисицы» (urban fox phenomenon) — синантропизацией этих животных с освоением городских пространств. Причина — тотальное нарушение естественных условий их обитания и доступность кормовых источников в среде обитания человека. В западноевропейских странах, свободных от бешенства, феномен, несмотря на широкое распространение, имеет значение исключительно с позиций коммунальной гигиены. В то же время в центре РФ, на фоне прогрессирующего неблагополучия, проблема «лисьего» бешенства в крупных и малых городах приобретает угрожающее значение с вероятной перспективой формирования сопряженных природно-антропургических очагов и дальнейшей ретрансформации природно-очагового, «лисьего» экотипа инфекции в городской, «собачий». |