Добро и зло. Добро и зло в этической психологии личности
![]()
|
ГЛАВА 3. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ЦИНИЧНОСТИ3.1. Феноменология цинизма и циничностиАктуальность проблемы духовно-нравственного становления личности в контексте психологического знания подтверждается значительным интересом видных психологов к данной тематике. В отечественной психологии выделение этической составляющей личности можно увидеть еще в работах С.Л. Рубинштейна[183]. Разрабатывая теоретические основы деятельностного подхода, он одним из первых включает человека в структуру его бытия в качестве субъекта, активно преобразующего существующую реальность. При этом автор определяет человека, прежде всего, как «этического субъекта», проявляющего себя в отношениях с другими людьми. В целом вопросы нравственного развития личности относятся к одной из самых важных, сложных и вечно актуальных проблем в жизни общества. Данная проблема носит междисциплинарный характер и находится на стыке философии, социологии, педагогики, психологии. В психологии идея духовного, включающая вопросы нравственного становления личности нашла свое продолжение в последующих работах исследователей (Б.С. Братусь[33,34, А.Л. Журавлев[73, В.П. Зинченко[82, В.В. Знаков[86, Д.А. Леонтьев[114, В.А. Пономаренко[158, Л.М. Попов[164, В.Д. Шадриков[220 и др.), обратившихся к тому комплексу проблем, который может быть сведен к такому новому направлению как этическая психология (Л.М. Попов[161]). Разработка вопросов психологии личности со стороны ее этической составляющей привела к необходимости выделения этического слоя личности в составе детерминантного комплекса психологической организации человека как субъекта развития и саморазвития (Л. М. Попов[161]). Этический слой, включающий в себя систему черт, представляющих отношение к окружающему миру конкретного субъекта, позволяет дать основные представления о его духовной ориентации и может характеризовать человека как субъекта с конструктивной или деструктивной направленностью. Одной из проблем нравственного становления личности выступает циничность, как одно из конкретных проявлений этического слоя, характеризующее поведение человека с позиций деструктивности. Проблема состоит в том, что такая черта личности как циничность становится все более распространенной среди людей различных возрастов и социальных групп. Она является одной из форм деструктивного поведения личности и требует не только философско-социологической констатации ее присутствия в людях, но и устранения из реального поведения людей. Первоначальной стадией исследования циничности стало ее рассмотрение как одного из компонентов этической составляющей личности на основе экспериментального изучения и поиска средств, технологий ее преодоления хотя бы с ограниченным контингентом испытуемых. Этимология понятия «цинизм» исходит от греческого слова Kynosarges, обозначавшего название холма и гимназии в Афинах, где происходили обучение и дискуссии философов кинической школы. Эта школа была основана еще Антисфеном в 6 веке до нашей эры. Представителями данной школы являлись такие известные философы, как Антисфен, Кратет, Диоген[90, 203,204] и др. Отличительной особенностью их подхода было то, что они проповедовали презрение к общепринятым нормам поведения, полную независимость человека от общества и возврат к естественному состоянию. Позднее, с переводом на латинский язык, греческое слово киник превращается в слово циник, которое и употребляется в современном тезаурусе. Сам же термин цинизм включает надругательство над тем, что составляет исторические достижения культуры человечества, глумление над нравственными принципами, осмеяние дорогих людям идеалов и попрание человеческого достоинства. Таким образом, под циником можно понимать человека, отличающегося презрительным отношением к обществу и отдельным индивидам, к их духовным, и в особенности нравственным ценностям, что выступает признаком деструктивной направленности в активности субъекта. Эта деструктивность проявляется через такие поведенческие формы, которые можно обобщить такой характеристикой как зло. Обращение к проблеме дихотомии злого и доброго начал в человеке показывает, что ее зарождение начинается еще на заре развития человечества, когда первые философы пытались постичь внутреннюю сущность индивида. Многие величайшие мыслители стремились раскрыть внутреннюю природу человека через призму его поступков и деяний, оцениваемых как положительные и отрицательные. Это привело к идее о положительных и отрицательных личностных качествах, что послужило причиной возникновения учений о характерах и чертах личности, составляющих их основу. Основываясь на многообразии человеческих поступков и их частом несоответствии и различиях, исследователи внутренней человеческой природы пришли к выводу о взаимосуществовании как позитивного, так и негативного, как конструктивного, так и деструктивного в человеке. Так Платон считал, что: «Даже в душе добродетельного и разумного человека может незримо дремать дикое, звероподобное начало, которое, отбросив всякий стыд и разум, стремится к удовлетворению своих вожделений»[153]. Итак, циничность является компонентом этического слоя личности и предполагает отрицание ценностей человеческого бытия. В то же время, именно ценности и ценностные ориентации определяют общий подход человека к миру и к себе, придают смысл и направление личностным позициям, поведению, поступкам. Таким образом, ценности выступают одним из компонентов системы отношений личности, отражающим направленность и содержание ее активности. С.Л. Рубинштейн пишет, что «…ценности - это не то, за что платим, а то, ради чего живем»[183]. Естественно, что в процессе жизни происходит постоянная переоценка ценностей, что является закономерным результатом процессов перестройки отношений человека с миром. Процессы же актуализации и низвержения ценностей обусловлены не только меняющимися ситуациями, но и развитием всей личной жизни человека. В психологии понятие личности отражает высшую интегральную характеристику, в структуру которой в качестве одной из ведущих компонент входит система отношений человека к окружающей действительности. Отношения человека представляют собой сознательную избирательную психологическую связь, основанную на опыте индивида с различными сторонами объективной действительности, выражаются в действиях, реакциях, переживаниях и формируются в процессах деятельности. И именно отношения, как показано в работах В.Н. Мясищева[136], определяют многосторонность и богатство личности. Более того, автор, говоря о разнообразии отношений, в качестве доминирующего, помимо отношения к предметам внешнего мира и отношения к себе, относит отношения человека к другим людям. Так как отношения это сила и потенциал, определяющие степень интересов, желаний и потребностей, то их можно отнести к движущим силам развития личности. Так моральное формирование личности в концепции отношений В.Н. Мясищева рассматривается через соотношение образцов - идеальных моделей поведения и реальных, то есть, собственных поступков. Человек, сопоставляет свои действия, как с образцами поведения, так и с оценкой этих действий. В свою очередь, это приводит к формированию оценочных отношений и служит основой возникновения требовательности, как к себе, так и к окружающим. В связи с совпадением предъявляемых требований, возникает уважение, как особый вид этического отношения к другому человеку. В противном же случае, могут сформироваться пренебрежение или презрение. Ананьев Б.Г.[9] и В.Н. Мясищев В.Н.[136] отмечают, что отношения превращаются в черты характера, когда приобретают такие характеристики, как устойчивость, выраженность и значимость, то есть становятся характерными для личности. Ведь именно определенность и устойчивость характера связывается с определенностью и устойчивостью отношений, при этом если часть черт выражает сами отношения (принципиальность, эгоизм, добросовестность), то другая часть представляет способ их осуществления (прямота, решительность, цельность). Необходимо отметить, что одной из точек соприкосновения в подходах различных авторов являются представления о должном морально-нравственном императиве, который регулирует поступки субъекта, его представления о подлинно человеческом отношении к себе и другим. Так как понятие личности включает вовлеченность в многообразную систему отношений с другими, то невозможно представить гармоничное существование человека без моральных и нравственных ориентиров, регулирующих его поведение. То есть этическую категорию долженствования можно сравнить с компасом, помогающим человеку как выбирать способы ориентации в различных ситуациях, так и адекватно понимать их. Анализ этической составляющей личности человека, как субъекта развития и саморазвития предполагает рассмотрение и дифференциацию двух центральных этических категорий — морали и нравственности. В качестве центральных различий можно выделить следующие. Существо морали состоит в оценке человеческого поведения, в предписании или запрещении конкретных действий и поступков. Именно поэтому мораль имеет свое выражение в моральном законе, который предписывает конкретные формы поведения. В отличие от морали, нравственность имеет всеобщий, универсальный и безусловный характер и, следовательно, не может быть выражена в конечных, конкретных нормах и формах поведения. Выполнение моральных норм может быть вынужденным и внешним по отношению к личности и поэтому соблюдение этих норм предполагает определенную награду, которая имеет вполне реальные формы: от похвалы и престижа до материальных и других благ. Нравственность же формируется вместе с личностью индивида и неотделима от его Я. Нравственное поведение самодостаточно, не предполагает каких-либо внешних наград и является внутренним и органичным [13, 205]. Таким образом, моральное и нравственное поведение предполагает разную психологическую основу. Если моральное поведение всегда опосредствовано внешней нормой и побуждается стремлением соответствовать ей (быть «хорошим» и не быть «плохим», получать заслуженное признание и т.д.), то главным побудителем нравственного поведения являются непосредственные чувства, отражающие внутренний строй личности и отношение к другим. Если моральное поведение побуждается стремлением соответствовать некоторому образцу и направлено на себя (на самоутверждение, самовыражение и самооценку), то нравственное поведение направлено на других людей и выражает отношение к ним. В то же время моральные и нравственные (опосредствованные и непосредственные) побуждения могут выражаться в сходных формах поведения, которые получили в психологии название просоциальных (гуманных или альтруистических). Чтобы выяснить истинную психологическую причину той или иной формы поведения, необходим специальный психологический анализ. Можно полагать, что непосредственное, нравственное отношение к другому является устойчивой характеристикой личности. Поэтому оно проявляется вне зависимости от конкретных обстоятельств. В отличие от этого поведение, опосредствованное моральной нормой, жестко детерминировано и предполагает ее соблюдение только в определенных обстоятельствах. Соответственно, преобладание нравственных побуждений может проявиться в возможности переноса просоциальных форм поведения на ненормативные ситуации, т.е. ситуации, требующие «расширения» знаемой нормы. Таким образом, мораль является результатом интериоризации личностью внешних регуляторов поведения в виде существующих в конкретно определенном сообществе норм, правил и общепринятых ценностей, следование которым позволяет индивиду адекватно входить в данное сообщество, являясь механизмом его адаптации к миру. Нравственность же человека выступает в качестве механизма экстериоризации его внутренних ценностей, сформированных в процессе личностного развития, критерием которых является не «одобрение-неодобрение» обществом, а доброжелательное отношение к людям и признание человека как высшей ценности. Цинизм как психолого-этический феномен можно представить в аспекте двух измерений. При первом подходе он будет пониматься как массовое явление вследствие доминирования циничной идеологии и культуры, определяющей ориентиры восприятия окружающей действительности в рамках определенной сообщности людей. Во втором же случае цинизм можно определить через такую черту, как циничность – психологический феномен, присущий конкретному индивиду, проявляющийся в особенностях его поведения. Человеческая история знала немало примеров, когда в общественном сознании доминировал цинизм, как один из эталонов отношения к миру, определявший поведение людей. Чтобы разобраться в подобном явлении, необходимо обратиться к социологическим теориям, объясняющим причины такого поведения. Среди них, выделяется концепция Э Дюркгейма[70] и Р. Мертона[129], которые полагали, что социальные изменения в обществе ведут к нежелательным последствиям и соответственно к трансформации в системе моральных норм данного сообщества. В продолжение этих идей, Е. И. Головахой и Н.В. Паниной[55] были проведены исследования цинизма, как массового явления и индикатора уровня нравственного развития населения, определяемого ими как социальный цинизм. В результате они пришли к выводу, что в качестве одной из основных причин широкого распространения цинизма среди людей могут выступать трансформационные процессы в обществе, ведущие к социальной дезориентации и потере видимых ориентиров, на которые необходимо равняться, которым нужно следовать. Поскольку под цинизмом следует понимать отрицание традиционных моральных устоев, то, следуя данной тенденции, человек защищается от попыток манипулирования его сознанием и от навязывания ему нежелательных форм поведения в подобные моменты развития общества. В результате, цинизм выступает как защитная реакция людей. Однако подобная реакция в целом негативно сказывается на всем обществе. Поскольку цинизм превращает человека в изолированного индивида, неспособного совместно с другими людьми противостоять нежелательным переменам в общественном устройстве [55]. Р. Дарендорф [66] считал, что основным последствием распространения в обществе цинизма выступает разрушение основ социального доверия, уважения и ответственности за свои поступки перед другими людьми - того социального капитала, который является решающим фактором роста общественного благосостояния и дальнейших перспектив устойчивого развития социума. Другим немаловажным фактором, формирующим массовый цинизм, как норму общественной жизни выступает идеология. В этом случае возникает необходимость обратиться собственно к пониманию идеологии, как состояния общественного сознания, формирующегося под воздействием конкретной реальности. Изучением идеологии занимались многие авторы, такие как А.С. Кравец[105], В. Краус[107], Ю.Н. Давыдов[64], Б.Ф. Поршнев[166], В.В. Журавлев[75], А.Г. Ковалев[104], А.К. Уледов[200], С.Л. Франк[205] и др. Хотя понятие идеологии достаточно широко, его можно ограничить следующим пониманием. Идеология как определенная система отношений с миром сводится к санкционирующей и направляющей программе развития и представляется как смыслообразующая и организующая константа социального бытия. В подобном контексте идеология выступает как способ жизнедеятельности индивидов в определенном сообществе, определяющий сущность их поступков и образа мыслей, а, следовательно, идеология, построенная на цинизме, и воспитывает индивида в духе цинизма. Любая идеология немыслима без психологии и обретает социальную активность и значимость при условии психологической мотивации. Исследователи отмечают неразрывную связь идеологии с общественной психологией. Так, А.Г. Ковалев[104] отмечает, что, с одной стороны, идеология выступает непосредственным отражением общественной психологии, представленной в обществе, а с другой – отражением психологии собственно идеологов. Однако и идеология влияет на формирование психологии людей, определяя их мотивы, установки, ценности и чувства. В связи с подобной диалектической взаимосвязанностью этих явлений возникает закономерный вопрос о медиаторах их взаимодействия. А.К. Уледов[200] считает, что таким звеном выступает мировоззрение. Если идеология - это система взглядов и представлений, концепций и теорий, а общественная психология - совокупность настроений, аффектов, мнений, установок субъектов, то мировоззрение представляет собой систему взглядов на объективный мир и место в нем человека, на отношение человека к окружающей его действительности и самому себе, а также обусловленные этими взглядами основные жизненные позиции людей, их убеждения, идеалы, принципы познания и деятельности, ценностные ориентации. В качестве субъекта мировоззрения реально выступают социальная группа и личность. Таким образом, мировоззрение есть отражение и общее понимание мира, человека, общества и ценностное отношение к ним, определяющее социально-политическую, философскую, духовную, нравственную, эстетическую, научно-теоретическую ориентацию человека. Однако содержание сознания превращается в мировоззрение тогда, когда оно приобретает характер убеждений. Мировоззрение выступает как связующее звено идеологии и психологии людей. Явление это отнюдь не автономно, поскольку формируется под влиянием общества и его приоритетов. Механизмами же формирования выступают суггестия, убеждения, подражание и стереотипизация. По мнению Н.А. Бердяева, «идол духовно не питает»[21]. Однако цинизм, как общественное явление явно противоречит с подобным высказыванием, так как идеология цинизма способна предоставить новую шкалу ценностей, в основании которой будет неприятие окружающей действительности. Поведение циника с его пренебрежительным отношением к окружающему его обществу вполне объяснимо. Отказ от старой общепринятой нравственной системы и, как следствие, снятие с себя моральной ответственности дает возможность цинику взять на себя функции нравственного цензора и оценивать все происходящее через призму собственного миропонимания. Его мировоззренческие установки начинают базироваться на вере в собственную способность понимания «правильного развития» общества и людей, понимания, что нужно делать для этого. При объяснении явления циничности, как личностного феномена, определяющего внешние проявления активности субъекта, на первый план выступает проблема деструктивных тенденций в развитии личности. Понятие деструктивность напрямую взаимосвязано с понятием агрессивность, которое может выступать одним из механизмов развития циничности. Многие исследователи полагают, что агрессивное поведение присуще человеку и является врожденным. Так, в теории К. Лоренца[119] раскрывается постоянная неосознанная мотивация к агрессивным поступкам у человека. При этом в описании сдерживающих начал основный акцент делается на внешние ограничители в виде норм и законов, а не внутреннее содержание сознания индивида. Однако, жизненные кризисы, возникающие при нестандартных и непредсказуемых ситуациях, ведут к ослаблению или нивелированию защитных механизмов, как внутренних так внешних. В результате начинают происходить неконтролируемые агрессивные реакции. Одним из первых к проблеме неосознанных процессов, ведущих к деструктивным тенденциям личностного развития, обратился З. Фрейд[207]. Он рассматривал современную цивилизацию как источник отказа от естественных влечений человека. В условиях сложившейся структуры культурных и социальных отношений, жесткой структуризации самого общества, закрепленной этическими нормам и правовыми регуляторами, эти влечения часто не могут реализовываться вовне и как следствие, происходит их подавление и вытеснение в сферы бессознательного. В свою очередь, это ведет к дисгармонизации личности и развитию ее разрушительных тенденций. Стремление к личному совершенствованию отнюдь не защищало общество от разнообразных деструктивных проявлений и в любой идеальной личностной модели существовала невидимая, внутренняя сторона - причина деструктивных тенденций. Э. Фромм[208] исследовал природу агрессии и заключил, что в ее основе лежит жажда удовлетворения потребностей (страстей), характерных для каждого человека. Стремление же к удовлетворению, которое может выражаться в форме жажды любви, разрушений, власти, является неотъемлемой чертой бытия любого индивида. В этом ракурсе Э. Фромм называет эти потребности экзистенциальными. Он замечает, что по существу они одинаковы, вопрос лишь в том, что в человеке станет преобладающим. Фромм пишет: «Что возьмет верх в человеке - любовь или жажда разрушения, в значительной степени зависит от социальных условий; эти условия влияют на биологически заданную экзистенциальную ситуацию и возникающие в связи с этим потребности»[208]. Именно удовлетворение экзистенциальных потребностей, страстей и стремлений является движущей силой активности субъекта, его деятельности. В то же время, отсутствие возможности к активности толкает человек к разрушительным действиям, превращает его в циника - человека, разочаровавшегося в окружающем мире. Стремление к достижению полноценности существования придает смысл жизни, наполняет ее энергией, а деструктивность выступает в качестве векторной характеристики искаженной и ущемленной жизни, атрибутом которой является невозможность реализации желаний и возможностей. Э. Фромм выделяет два основных момента, влияющих на вектор личностной активности. Первый, это потеря свободы (материальной, духовной, физической) и неумение воспользоваться своими возможностями и способностями. В связи с этим он отмечает, что способность творчески действовать порождает потребность в использовании этой способности, а неумение распорядиться ею оканчивается нарушением нормального развития и несчастьем»[210]. В качестве одного из существенных отличий современного общества мы можем выделить те возможности, которые даются человеку для реализации заложенных в нем потенций. Однако личность в этом обществе сталкивается с серьезным противоречием. С одной стороны, она стремится к свободе и независимости, а с другой, еще не совсем к этому готова и стремится к поиску коллективных форм существования. Поэтому идеи, моральные ценности, социальные стандарты - все то, что способствуют чувству общинности и сосуществования приобретают для индивидов особый смысл и играют ключевую роль в нормальном функционировании социальных структур. Однако другим, не менее существенным отличием современного общества выступает его индивидуализация и как следствие, тенденция к отчуждению. Таким образом, в этом мире личность сталкивается с необходимостью найти свое место, свою социальную систему, где бы она оказалась востребованной и смогла самореализоваться. Отсутствие же такой возможности способствует отчуждению и, как следствие, прогрессированию моральных противоречий и деструктивных тенденций. Недаром в диспозициональном подходе циничность понимается как качество, наиболее часто проявляемое при доминировании такой личностной черты как отчужденность. Данное понимание было предложено Р. Кеттелом [214], который продолжил учение Г. Олпорта о чертах как о ядре структуры личности. На основе факторного анализа автором были выделены функциональные единицы или факторы. Эти факторы были представлены как наиболее постоянные и самостоятельные психологические характеристики (исходные черты), определяющие базис личности и включающие определенный набор черт. Стоит отметить, что наиболее подверженной деструктивным переживаниям является молодежь. Так, Л.С. Выготский[49] отмечал, что любой индивид в процессе своего взросления проходит определенные стадии социализации, когда социум играет ключевую роль в формировании личности. Однако, при огромном несовершенстве и противоречивости современного общества, ребенок может интериоризировать мощный отрицательный заряд проблем и пороков этого общества. Противостояние же внутреннего Я и внешних воздействий способно дисгармонизировать личность и вызвать конфликты, причем как внешние, так и внутренние. Они же, в свою очередь могут привести к тяжелым психологическим последствиям и деструктивному поведению - как несогласию с окружающей действительностью. Н.В. Жутикова[76], рассматривая формирование циничности, отмечает, что данная черта начинает формироваться с подросткового возраста. При этом к числу причин, вследствие чего это происходит, она относит ряд явлений. Во-первых, это чувство несправедливости, которое подросток начинает испытывать, когда взрослые преднамеренно пресекают те его формы активности, которые можно связать с самовыражением. Во-вторых, причиной развития циничности может быть разочарование в тех людях, которых подросток идеализировал. В-третьих, цинизм может зародиться в отношениях подростка с его родными, игнорирующими его как личность. В четвертых, формирование циничного отношения происходит при осознании подростком собственной элитарности и возникновении у него чувства превосходства над другими, вследствие высокого положения его родителей. Внутреннее недовольство и раздражение от самого себя может выливаться в ненависть - как персонифицированную в образе личности, государства, расы и т.п., либо, относящуюся к миру вообще. Именно эта ненависть во многом и есть основа и базис агрессии, проявляющейся в разнообразной деструктивной активности, одной из форм которой и является циничность личности. В этом отношении, хочется добавить высказывание А. Моруа[188], определившего, что «цинизм опасен, прежде всего, потому, что он возводит злобу в добродетель». Однако, ненависть неоднородна. Например, Э. Фромм[208] выделял два вида ненависти: рациональную и иррациональную. Рациональная форма ненависти представляет собой реакцию личности на угрозу ее собственной свободе, угрозу жизни или идеям. Возникая в качестве реакции на угрозу, она нейтрализуется с ее исчезновением. Иррациональная же ненависть представляет собой более сложный феномен. Автор писал: «Она является чертой характера, постоянной готовностью ненавидеть, до поры до времени сдерживаемой человеком, который всегда враждебно настроен, а не ответной реакцией на внешние раздражитель. Так же как и реактивная ненависть, иррациональная ненависть может возникать в ответ на реальную угрозу, однако чаще она возникает беспричинно, используя любой повод, чтобы излиться, при этом рационализируется как реактивная ненависть».[210] Проблема иррациональной ненависти затрагивается и в работах немецкого философа Ф. Ницше[139]. Он определяет подобное состояние, как ressentiment, то есть психологическое самоотравление, переживание негативной эмоциональной реакции, выливающееся в неосознанное, растущее, устойчивое, переходящее в разряд автономно действующих чувство неопределенной враждебности и озлобления. Соответственно этому Ницше отводит ressentiment огромное многообразие качеств характера, составляющих широкий спектр этической составляющей личности и включающей: злопамятство, злоба, зависть, ревность, злонамеренность и многое другое. Но эти качества не принимают состояния ressentiment до тех пор, пока не усугубляются ощущением бессилия. А в этом огромную и доминирующую роль играет социальный фактор. К.А. Свасьян, в отношении этого пишет: «реактивация злобы обусловлена ассиметрией между внутренними притязаниями и реальным положением в обществе, покоящейся на непременном постулате сравнивания себя с другими»[189]. Так, Н.А. Бердяев считал, что слабый, психически неуравновешенный и эгоистичный человек способен очень себя не любить, при этом не прощать другим подобного отношения к себе и злобствовать против других, потому как не нравится себе. Подобная мораль ressentiment приводит к извращению таких базовых категорий, как добрый и злой, поскольку происходит переосмысление и перемешивание этих категорий, где доброе начинает восприниматься как злое, а злое как доброе. Помимо иррациональной ненависти, в качестве другой важной составляющей причин генерации циничности могут служить депрессивные состояния человека, вызванные несоответствием личностных психологических установок и притязаний с существующими реально условиями. Личность с лишенным равновесия сознанием может столкнуться с серьезными проблемами, поскольку лишается способности жить в гармонии как с внешним миром, так и миром внутренним. Основную роль здесь начинает играть временной аспект. Если человек испытывает подобные состояния (агрессия, депрессия) в течение незначительного периода, то это может способствовать мобилизации его психических сил для предотвращения различных жизненных коллизий. Однако, при чрезмерности, неадекватности и продолжительности подобных состояний начинает возрастать вероятность развития деструктивных тенденций в поведении личности. Итак, обобщая вышеизложенное, можно определить, что циничное отношение личности к миру может выражаться через внешние и внутренние факторы. К внешним факторам могут относиться перестройка общества, стагнационные процессы или кризисы. К внутреннему фактору мы можем отнести состояние ressentiment, характеризуемое психологическим самоотравлением, выражаемым через негативные эмоциональные реакции индивида. Циничность представляет собой феномен, который характеризуется деструктивной активностью субъекта. Деструктивные переживания, принимающие форму циничного восприятия окружающего мира, во многом обусловлены такими противоречиями, как столкновение потребностей человека с окружающей действительностью и невозможность самореализации личностью заложенных потенций, вследствие чего ею переживается ощущение личной и социальной неадекватности. Не получая возможности самореализации, изначально конструктивная внутренняя энергия человека трансформируется в деструктивную, проявляясь в различных деструктивных явлениях, одним из которых является и его циничность. Осознавание человеком несовершенства окружающего мира и себя, безусловно, не означает формирование такой черты, как циничность, но оно может выступить одним из доминирующих факторов, своего рода катализатором. Однако, при абсолютно равных условиях, один становится циником, а другой нет. Следовательно, при рассмотрении механизмов развития цинизма на первый план выходит проблема изучения характера отношения человека к своему бытию По Кьеркегору[109], каждый человек, независимо от того, счастлив он или нет, болен или здоров, благополучен или нет, несет в себе отчаяние, потому как он существо духовное и постоянно находится в поисках путей и способов самореализации и нахождения себя, своего Я в этом мире. Опасение бессмысленности и бесполезности существования является одним из немаловажных факторов активности субъекта, подвигая его к деятельности. Однако при появлении чувства неполноценности в собственной дееспособности и состоятельности может привести к дисгармонизации внутреннего мира личности. Кроме того, индивиду тяжело воспринимать собственную неполноценность адекватно, принимая это как данность. Подобное положение способно деструктивно сказываться на внутреннем мире человека. Личность перестает быть личностью как таковой, теряя свое Я. Поэтому, для восстановления гармонии, как с внешним миром, так и внутри собственных переживаний, человеку необходимо совершение действий, пробуждение его активности. Векторная же направленность подобной активности в сторону конструктивно-позитивной или деструктивно-негативной деятельности и поступков зависит как от внешних условий окружающей действительности, так и о внутренней сформированности личности. Необходимо отметить, что в силу постоянной потребности человека в самореализации, развитии, удовлетворение всех личностных установок для полного соответствия этому миру невозможно в силу их многообразия, непредсказуемости и несовершенства мира. Следовательно любой человек сталкивается с кризисами своей жизни, когда он начинает ощущать неадекватность своих действий и не получает желаемых и запланированных результатов. Характер же факторов, способных привести к подобным проблемам имеет двойственную природу. С одной стороны, объективные условия, как неадекватная внешняя ситуация, исключающая возможность положительного результата, а с другой – субъективные - несоответствие личностных и моральных установок. Однако в обоих случаях, в результате наступает состояние деструктивного переживания сложившейся обстановки. И здесь возникает закономерный вопрос, почему одни становятся циниками, а другие - нет. В качестве источника развития человека выступает противоречивая взаимосвязь внутренних и внешних факторов - что присутствует в индивиде как данность на настоящий момент и что привносится извне. При осознании собственных недостатков человек чувствует себя достаточно комфортно в условиях адекватного существования в окружающем его мире людей. Однако, как только он начинает выбиваться за рамки реальности и перестает быть «равным среди равных», появляется чувство неудовлетворенности собой, своими личностными особенностями. Начинается ломка системы ценностей личности и индивид оказывается в ситуации выбора, когда необходимо предпринять какие-то действия. В этом случае возможны несколько вариантов развития. Первый вариант состоит в реализации возникших потребностей, вставших на пути жизнедеятельности человека, то есть неудовлетворенность наличным уровнем развития становится источником активности субъекта, выступая в качестве ведущей силы саморазвития индивида и реализации заложенных в нем возможностей. Второй вариант возникает тогда, когда в силу определенных обстоятельств человек не имеет возможности развиваться в соответствии с требованиями, предъявляемыми ему наличной ситуацией, и индивид становится перед выбором. Либо он может признать ответственным себя за свои неудачи и искать иную стратегию, которая бы позволила ему адекватно адаптироваться в новой жизненной реальности без девальвации ценностей своего Я. С другой стороны, человек может выбрать иную стратегию, которая будет заключаться в том, что он полностью переложит ответственность на внешний мир, и, поставив себя над рамками окружающей его реальности, восстановит собственное внутреннее равновесие через позицию противостояния. Безусловно, первый выбор, который заключается в признании собственной ответственности достаточно сложный и требует от человека немалых психических усилий. Гораздо проще освободить себя от внутренних переживаний, переложив эту ответственность на внешний мир, освободив, таким образом, свой внутренний мир от ненужных мучений. В этом случае человек, перекладывая вину на окружающий мир и воспринимая его слишком несовершенным и порочным, оправдывает собственную несостоятельность и невостребованность. При этом происходит как восстановление авторитета собственного Я, так и появляются новые смыслообразующие цели собственного существования, ориентированные на противоборство с несовершенной действительностью. Как заметил Ф. Ницше, для такого человека «…единственным исходом остается возможность осудить весь этот мир… и измыслить в качестве истинного мира новый мир, потусторонний нашему»[139]. В этом отношении можно упомянуть Ю.Н. Давыдова[65], который отметил, что всякое антисоциальное действие, сколь гнусным и бессовестным оно ни было «все-таки нуждается в известном самооправдании, в том, чтобы в чьих-то глазах - пусть это будут, на худой конец, глаза самого преступника, - оно выглядело не как подлость и пакость, а как «жесткая необходимость», «отчаянная храбрость» или осуществление «высшего права»». Для циника подобная уверенность очень необходима, так как ему – человеку, не нашедшему места в системе этических координат, требуется создание не только собственной «морали», нравственных постулатов и собственного понимания добра и зла, но нахождение способов их обосновать. Таким образом, активная деструктивность, как утрата личностью духовных основ бытия и проявляющаяся через циничное отношение к миру, представляет собой неспособность соотнесения индивидом внутреннего (личностных качеств) и внешнего (окружающей реальности) на процессы самореализации. А. Маслоу[125] также выделяет циничность как следствие нереализованности индивида. Рассматривая личность как единое, уникальное и организованное целое, в качестве движущих механизмов ее постоянного и непрерывного развития, автор выделяет систему иерархически построенных потребностей, удовлетворение которых ведет к самоактуализации человека. Самоактуализация же представляет собой всестороннее и непрерывное развитие творческого и духовного потенциала человека, максимальную реализацию заложенных в нем потенций, адекватное восприятие себя, окружающих, мира и своего места в этом мире. В русле подобного видения личности, А. Маслоу связывает формирование циничности с депривацией человеком потребностей и метапотребностей (ценностей самоактуализации). При этом цинизм в его понимании стоит рядом с недоверием, скептицизмом, полным эгоизмом, отвращением, потерей доверия к ценностям и гневом. В качестве основного механизма развития циничности А. Маслоу выделяет разрушение веры в такие метаценности как Добро, Истина и Справедливость. Проведенный анализ позволяет нам сформулировать следующие выводы: 1. Категория цинизма раскрывается через качество, которое характеризует отрицание общепринятых человеческих ценностей, составляющих духовное богатство. При этом происходит отрицание, как мира людей, так и мира их ценностей. В глазах циника другие предстают в качестве объектов, не заслуживающих принятия их позиции, их мнения, их внутреннего мира. 2. Феномен цинизма как характеристики, определяющей психологические особенности поведения людей в определенном сообществе, возникает в рамках определенной культуры в форме идеологической обусловленности и определяет нормы жизнедеятельности людей. В этом случае, в основании причин подобных явлений лежат трансформационные процессы, вызывающие коренные изменения в общественном устройстве и кризисы, что влечет изменения в сознании людей. Таким образом, цинизм выступает как способ приспособления людей к новым условиям существования. 3. Феномен цинизма, как индивидуально-психологической характеристики личности выступает следствием высокого уровня развития такой личностной черты, как циничность. В основе развития циничности лежат механизмы переоценки внутренних ценностей и создания собственных этических ориентиров при отсутствии возможностей самореализации личности для поддержания внутреннего личностного равновесия. 4. Циничность, как черта является одним из конкретных проявлений этического слоя личности в составе детерминантного комплекса психологической организации человека как субъекта развития и саморазвития (Л.М. Попов) и характеризует такое поведение человека, где доминантой является его тенденция к деструктивному поведению. 5. Деструктивная форма поведения личности, характеризуемая наличием циничности, препятствует росту ее духовности. Циничность часто выступает в форме «иррациональной ненависти» (Э. Фромм), которая определяет деструктивную активность субъекта в его взаимоотношениях с миром, следствием чего выступает разочарование в окружающем мире и готовность к разрушительным действиям. |