Решение 36р от 09. 06. 2007 Москва 2008 ббк 60. 5 Р 74 Учебное пособие подготовлено при поддержке Рособразования по аналитической ведомственной целевой программе Разви
![]()
|
Стратегия кейс стади в исследовании социальных служб Понятие кейс стади применительно к методам сбора данных вошло в словарь российской социологии в начале 1990-х годов. В этот период значительных трансформаций в корне изменялась не только социаль- ная и экономическая структура общества, но и способы понимания и объяснения социальной реальности. Падение железного занавеса вы- звало новую волну интереса к исследованиям советского и постсоветско- го общества. Стала очевидной необходимость более глубокого осмысле- ния отдельных сфер жизни советского человека, остававшихся вне ос- новного интереса традиционной российской социологии или нуждаю- щихся в реинтерпретации. Некоторое смещение внимания с макроуров- ня политических схем в приватную сферу оказалось возможным в со- циологии, истории, политологии, гендерных исследованиях тогда, когда стало приемлемым и востребованным широкое применение качествен- ных методов, а именно: включенного наблюдения, нарративного и био- графического интервью, дискурсивного анализа текста. Для изучения низового уровня социальной политики, где опериру- ют такие агентства и акторы, как социальные службы и социальные ра- ботники, полезным оказывается использование этнографических кейс стади. Сразу отметим, что применение понятия «этнография» относится к трем разным сферам научного знания: дисциплине, жанру и методу 1 Этнография хорошо известна российскому читателю в качестве научной дисциплины, занимающейся исследованием образцов традиционной культуры, быта народов, удаленных от индустриальной цивилизации территориально и во времени. Этнографический подход к социологиче- скому исследованию повседневной жизни современного города, метод сбора данных и жанр представления результатов сегодня вкупе с други- ми качественными методами распространяется в отечественной соци- альной науке. Отличительный признак этнографического исследования – скрупулезное внимание к деталям, рассмотрение особенностей какого- либо процесса или института посредством включенного наблюдения, глубинных интервью, анализа документов. Применяемые к изучению внутренней жизни учреждений, эти инструменты сбора данных подра- зумевают аналитический интерес к структурам повседневной жизни, организационной культуре во всей совокупности ее проявлений. Прин- ципиальное отличие этой методологии – в той сокращенной дистанции между своим и чужим миром, между социологом и информантом, кото- рая выступает условием естественности ситуации исследования, основой доверия и благожелательного отношения со стороны членов сообщест- ва. Но в то же время для исследователя, применяющего этнографиче- ские методы, такая методология является источником каждодневных испытаний, личностных переживаний и этических дилемм. Обсудим этнографические кейс стади социальных служб, когда осо- бое внимание уделяется повседневной деятельности организаций. Этно- графия организации является по преимуществу кейс стади (case study) и 1 См. об этом подробнее: Романов П., Ярская-Смирнова Е. «Делать знакомое не- известным…» Этнографический метод в социологии // Социологический жур- нал. 1998. № 1/2. С. 145–160. Организационные исследования 109 обладает типичными для этого типа исследования методологическими допущениями. Заметим, что такие исследования проводятся на одном объекте – случае (case), каким является некое сообщество, отдельно взя- тое социальное явление, класс действий или область деятельности. Изу- чение случая опирается на анализ частных единиц анализа – личных биографий, отдельных предприятий, населенных пунктов, типов по- требления или трудовой деятельности. Эти случаи оказываются инте- ресными в большей степени, чем индикаторы, или переменные, состав- ляющие схему сбора «сырых» данных в количественных исследованиях. Организации или другие случаи, выбранные для анализа, можно срав- нивать между собой, составлять классификации. Отчет по разным типам кейс стади содержит описания и рекомендации, в которых акцент дела- ется не на расчете уровня доверия к данным, а на возможности того или иного события, типа социальной практики, способа социального взаи- модействия. С учетом специфики этих полевых практик и особенностей представления результатов в отчете, статье или книге, сложилась опре- деленная система укрепления надежности данных, известная под тер- мином «триангуляция» 1 . Имеется в виду коллективный способ сбора и анализа данных, когда в группе обязательно присутствие исследовате- лей разного пола, расы, возраста, чтобы избежать односторонних ин- терпретаций, вызванных возможными предубеждениями ученого. В литературе представлены различные типы кейс стади. Например, Л. Стенхауз 2 выделяет эвалюаторное (направленное на оценку эффек- тивности), образовательное и этнографическое кейс стади. Р. Йин предла- гает свою классификацию, в которой называет такие типы, как аналитиче- ское (объяснительное) и описательное кейс стади 3 . Описательная стратегия заключается в поиске ответов на вопрос «как», и ее задача состоит в под- робном описании некоторого социального явления или института. В свою очередь, объяснительная стратегия отвечает на вопрос «почему» и осущест- вляет поиск причин и факторов, оказывающих влияние на ситуацию. В этом случае кейс стади не просто позволяет уточнить факты и упорядо- чить массу деталей, но способствует формулированию теории. Сегодня методология кейс стади является разработанным и широко применяемым в социальных науках инструментарием. В отечественной науке она нашла применение сравнительно недавно, но уже стала источни- ком новых идей и интересных открытий. Перспективным направлением в развитии этой полевой стратегии является исследование организаций. Дос- таточно хорошо известен опыт применения подобных методов к исследо- ванию промышленных предприятий 4 , крестьянского подворья 5 История применения методологии кейс стади зарубежными социо- логами включает целую традицию исследования социальных служб и социальной политики, включая организационную социологию, анализ 1 Романов П. Социальная антропология организаций. Саратов: СГТУ, 1999. 2 Stenhaus L. An introduction to curriculum research and development. London: Heinemann, 1975. 3 Yin R. K. Case study research design and methods. Thousand Oaks; London; New Dehli: Sage, 1994. 4 Козина И. Особенности стратегии case study при изучении производственных отно- шений на промышленных предприятиях России // Предприятие и рынок: динамика управления и трудовых отношений в переходный период. М.: РОССПЭН, 1997. С. 30–60. 5 Ковалев Е. М., Штейнберг И. Е. Качественные методы в полевых социологиче- ских исследованиях. М.: Логос, 1999. 110 Часть 3 организационного поведения и прикладной политологии. Опираясь на кейс стади и методы невключенного наблюдения, П. Блау осуществил свое исследование организационных процессов, где продемонстрировал многие достоинства и недостатки этой методологии 1 . Он весьма осторож- но отметил, в частности, что несмотря на то, что выборка в таких исследо- ваниях не является случайной и количество единиц исследования неве- лико, все же на основе сравнения данных возможно сделать определен- ные обобщения по поводу деятельности формальных организаций. В на- шей полевой работе мы тоже исходили из этого предположения и полага- ем, что полученные данные позволяют трактовать рассматриваемые ор- ганизации как типичные примеры учреждений, воплощающих социаль- ные отношения, характерные для современной российской ситуации. В контексте обсуждения методологии Блау приводит и ряд основ- ных трудностей, связанных с применением наблюдения как основного метода сбора данных. Исследование формальных организаций неиз- бежно сталкивается с такими трудностями, как «хоуторнский эффект» (возможное влияние наблюдателя на деятельность того субъекта, за ко- торым наблюдают), и поиск типичности в череде наблюдаемых соци- альных взаимодействий. Иными словами, необходим некоторый навык, чтобы определить, какое из взаимодействий считать важным, типич- ным и существенным с точки зрения исследования. Эти соображения были положены в основу целого ряда исследований организаций, отно- сящихся к системе социального обеспечения. Так, в своем исследовании отделов регистрации в социальных службах нескольких британских городов Э.С. Холл уделил особое вни- мание вопросам методологии, в частности проблеме «хоуторнского эф- фекта» 2 . Холл замечает, что если на ранних стадиях исследования при- сутствие исследователя и оказывает определенное влияние на организа- ционный контекст, то с течением времени значение этого эффекта осла- бевает и перестает быть сколько-либо существенным 3 . Британский ис- следователь проводил свое исследование достаточно долго, и работники социальной службы перестали воспринимать его как нечто непривыч- ное: «я работал в отделе более года, прежде чем занялся непосредствен- но практиками регистрации клиентов, и к тому времени воспринимался, в значительной степени, как элемент меблировки». В нашем проекте в ряде случаев мы были лишены такой роскоши, как символическое пре- вращение в деталь интерьера, ввиду того, что полевые исследователи работали в проекте лишь по совместительству и не могли уделить столь- ко времени проведению этнографического наблюдения, сколько бы хо- телось. Однако шестеро наших коллег работали в исследуемых органи- зациях, что в некоторой степени делало их инсайдерами в отношениях с информантами. Другие исследователи задействовали свой социальный 1 Blau P. M. The dynamics of bureaucracy: a study of interpersonal relations in two agencies. Chicago: Chicago University Press, 1963. 2 Название этого феномена восходит к практике «Хоуторнского проекта» (1927– 1932), где социальные психологи и организационные антропологи из Чикагского университета под управлением Э. Мейо применяли метод наблюдения и впервые описали трудности, связанные с его использованием. «Хоуторнский эффект» хорошо описан в отечественной литературе, например: Батыгин Г. С. Лекции по методологии социологических исследований. М.: Аспект-Пресс, 1995. 3 Hall A.S. The point of entry: a study of client reception in the social services. London: Allen and Unwin, 1974. Организационные исследования 111 капитал от предыдущего общения с администрацией и сотрудниками учреждений по поводу практики студентов, написания совместных про- ектов или повышения квалификации. Кейс стади имеет общие корни с методом индивидуальной социальной работы со случаем (case work), который до сих пор практикуется в качестве важной диагностической процедуры для идентификации условий жизни и проблем клиента. Начиная с 1970 года, за рубежом стратегия кейс стади оказалась востребованной в управлении социальными службами при оцен- ке их эффективности. Результаты такой работы, проводимой независимы- ми экспертами из академических учреждений, содержали не только пози- тивные оценки, но и критику, а также обширные рекомендации по улучше- нию деятельности отдельных направлений. Эти отчеты довольно часто публиковались и становились предметом публичного обсуждения в связи с реформами в социальной политике и поиском оптимальных способов ад- министрирования в этой сфере. В Великобритании значительное внимание уделялось изучению социальных служб на местном уровне. Среди работ этого периода заслуживают внимание исследования отдельных видов со- циальных сервисов и направлений социальной работы, например, с паци- ентами психиатрических клиник, пожилыми, а также с лицами, совер- шившими нетяжкие преступления и отбывающими условный срок заклю- чения. Учитывая многообразие форм социальной поддержки, необходимо принимать во внимание и развитие негосударственных организаций соци- альной сферы. Контекст и случаи Концепция кейс стади опирается на определенные представления о природе случая и на аналитическую стратегию, ставшую логическим каркасом для сбора и интерпретации данных. В качестве случая здесь предстают, по сути дела, несколько социальных феноменов, каждый из которых обладает как собственной уникальностью, так и достаточной степенью типичности. Кейс стади, а особенно этнографический вид это- го исследования, – это всегда динамическое балансирование между де- тальной описательностью, фокусирующейся на особенностях той или иной социальной практики, и стремлением выйти на объяснения каких- либо более широких закономерностей. Необходимо стремиться сделать результаты работы полезными для тех, кто изучает разные аспекты постсоветской социальной политики и социальных сервисов в практиче- ских и академических целях, что можно сделать, пытаясь преодолеть уникальность, присущую этнографическим нарративам. Этого можно достичь разными способами, например, помещая в каждое описание элементы теоретического и исторического обзора данного типа органи- зации, профессии, направления социальной политики. На наш взгляд, такой анализ позволяет, с одной стороны, подняться над единичным фактом и поместить его в более целостную, но не статичную, а подвиж- ную картину постсоветской социальной реальности, а с другой стороны, продемонстрировать черты исторической преемственности, проявляю- щейся в самых разнообразных формах. Какие случаи могут стать предметом прикладного социального ис- следования? Договоримся, что случай представляет собой отдельный 112 Часть 3 фрагмент социальной реальности, рассматриваемый в пространственно- временном измерении и воплощенный в том или ином направлении социальной политики, организационном контексте определенного уч- реждения и действиях конкретных специалистов. Мы можем выбирать случаи в контексте места и времени, учитывая фокус исследования и уровень рассмотрения социальной проблемы. Например, проблема со- циального статуса и социальной защищенности пожилых людей может рассматриваться как в сравнительно-историческом ключе, так и под микроскопом – здесь-и-теперь – в контексте конкретной организации. Через этот случай конкретной организации мы выходим не только на специфику и эффективность социальной политики, но и на проблему пожилых людей в современной России. Рассматривая школу-интернат для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата в качестве такого случая, мы можем увидеть, как относятся к инвалидам в нашем обществе, откуда рекрутируются взрослые инвалиды в дом престарелых, а рассматривая социальную политику в отношении инвалидов, мы ана- лизируем ресурсы и барьеры современной ситуации в этой области 1 Случаи не просто взяты в пространственно-временном контексте, они еще дают образ, метафору этого контекста. В исторической перспективе изучение социальной политики от- ражает конкретный временной срез со всеми своими особенностями и свойствами 2 . Мы подразумеваем здесь изменчивость социально- экономических обстоятельств, особенно ярко проявляющуюся в усло- виях трансформационного периода, с одной стороны, а с другой – тот факт, что любой момент в истории развития какого-либо института предстает перед нами отягощенным (или наоборот, обогащенным, в зависимости от точки зрения) предыдущим опытом. Этот опыт влияет на настоящее и будущее развитие, включает в себя знания поколений людей, вовлеченных в деятельность этой институции и передаваемых из поколения в поколение, а также идеологии, практики работы, осо- бенности организационной культуры, выражаемые в физическом ок- ружении – стенах, мебели, устройстве кабинетов и пространственной организации учреждений. История учреждений, коллективов и от- дельных людей тесно сплетена с историей их физического окружения, и все это является тем наследием, за которое сражаются действующие лица, чему они присваивают наименования, переустраивают, реконст- руируют и создают заново в целях установления своего порядка. Вот почему, разрабатывая кейс стади, необходимо изучать и пре- доставлять читателям исторический срез проблемы. «Случаи» или об- разцы социальной политики по отношению к семье, пожилым, детям или инвалидам позволяют, опираясь на конкретные факты, проанали- 1 Социальная политика и социальная работа в меняющейся России / под. ред. П. Романова и Е. Ярской-Смирновой. М.: ИНИОН РАН, 2002; Советская социаль- ная политика 1920–1930-х годов: идеология и повседневность / Под ред. П.В. Ро- манова и Е.Р. Ярской- Смирновой. М.: ООО «Вариант», ЦСПГИ, 2007. – 432 с. 2 Советская социальная политика: сцены и действующие лица, 1940 – 1985 / Под ред. Е. Р. Ярской-Смирновой и П.В. Романова. М.: ООО «Вариант», ЦСПГИ, 2008. – 376 с. Социальная политика в современной России: реформы и повседневность/ Под ред. П.В. Романова и Е.Р. Ярской-Смирновой. М.: ООО «Вариант», ЦСПГИ, 2008. – 456 с. Организационные исследования 113 зировать те структурные элементы, которые накладываются на живую ткань повседневного опыта людей. Одна из особенностей работы исследователя социального сервиса – очень трудно сохранять актуальность исследований в стратегии кейс стади, содержащих ускользающий образ времени. Материалы исследо- вания фиксируют социально-исторические факты, подвергая их систе- матической обработке и документированию. Эти материалы предостав- ляют пищу для сравнения, и другие работы, сделанные в этой области коллегами из других социальных служб, городов, могут содержать про- тиворечия, по поднятым в отдельном исследовании вопросам. Эти но- вые материалы и противоречия расширяют границы изучаемой реаль- ности, в политическом аспекте они позволяют обсуждать нововведения с учетом уже представленного контекста или предлагая свое видение си- туации. Важно учитывать особенности методологии этнографического кейс стади современного общества и затруднения, связанные с попыт- ками фиксировать постоянные социальные изменения. Еще одно измерение «случая», который рассматривается в иссле- дованиях социальной работы, – географическое. Поскольку исследо- вание обычно осуществляется в некотором конкретном населенном пункте, оно может содержать указания на культурный и географиче- ский контекст. Многое в развитии социальной политики в регионе за- висит от приоритетов местной власти – губернаторов, политической или экономической группы интересов, отдельных руководителей ве- домств, корпораций, экономического состояния региона. Кроме того, в одних регионах необходимо отметить наличие традиционных систем соседской поддержки, совершенно отсутствующих в других, а традици- онная роль сообществ в целом по-разному проявляется в городе и селе, различаются и уровень жизни, и содержание и способ формулирова- ния социальных проблем. Этнокультурные особенности управления и социальной поддержки тоже проявляют себя по-разному. Все это зада- ет тот специфический контекст, в котором развивается социальная ра- бота, возникают определенные типы профессиональных качеств и ор- ганизационной культуры. В этом отношении результаты любого ис- следования в стратегии кейс стади, с одной стороны, являются осо- бенными, характерными лишь для одного города, а с другой – ти- пичными, содержат в себе узнаваемые повсюду детали, и отсюда по- является возможность экстраполировать наблюдения и выводы на другие регионы. Процедура полевого исследования Несмотря на то, что организация, в которой проводятся кейс ста- ди, хорошо знакома исследователям, как и сотрудники тех служб и ве- домств, с которыми нужно тесно взаимодействовать в ходе выполне- ния проекта, первым важным условием сбора данных является выра- ботка у себя этнографической дистанции 1 . Это подразумевает попытки смотреть на привычные практики так, словно бы они были чужими, под- 1 Романов П., Ярская-Смирнова Е. «Делать знакомое неизвестным…»: Этнографиче- ский метод в социологии // Социологический журнал. 1998. № 1/2. С. 145–160. 114 Часть 3 мечая такие их особенности и свойства, которые в обычных обстоятельст- вах кажутся естественными. Чтобы этого достичь, необходимо разрабо- тать гид интервью, в который войдут вопросы по разным аспектам повсе- дневной деятельности социальных служб и управления социальной поли- тикой в регионе. Гид интервью представляет собой гибкий вопросник, где были отражены темы беседы, которые могли фокусироваться самим ин- тервьюером в зависимости от хода разговора. Кроме того, необходим под- готовительный инструктаж-тренинг с исследователями, принимающими участие в сборе данных, разработанные специальные инструкции. Стратегия такого интервью подразумевает довольно высокий уро- вень рефлексии у интервьюера, способного контролировать ход беседы, гибко подходить к последовательности вопросов и получению дополни- тельной информации, которая имеет отношение к целям исследования, но появляется неожиданно. Однако собрать ее – непростое дело, во мно- гом зависящее от того, насколько интервьюер сумел установить довери- тельные отношения с информантом, как была построена беседа и от множества других нюансов. В целях рассмотреть одновременно уникальность и типичность со- циальной политики на местном уровне, исследование можно разбить на три этапа, каждый из которых отличался своими целями, задачами и стратегией сбора полевых материалов (рис. 5). Рис. 5 Схема проекта по исследованию социальных служб На первом этапе мы можем поставить задачу описать общий контекст развития социальной политики в России и, в частности, на региональном уровне. Основными методами сбора данных здесь будет интервью с управ- ленцами, поиск ключевых информантов, сбор разрозненных данных из документов и средств массовой информации. Одновременно может идти поиск тех организаций социальной защиты населения, которые бы в буду- щем стали объектами детального этнографического кейс стади. На втором этапе начинается сбор информации в нескольких орга- низациях с применением методов этнографии. И, наконец, на третьем этапе следует наметить проведение кропотливой работы по написанию отдельных отчетов, сведению разрозненных материалов в единый текст, его редактированию, систематизации полученных данных и III этап. Анализ данных, уточнение и кон- троль за изменениями в организациях и на региональном уровне II этап. Серия этнографических кейс стади в отдельных органи- зациях социальной сферы I этап. Серия неформализо- ванных интервью с админист- рацией социальных служб Организационные исследования 115 подготовке материалов исследования к публикации. Каждый из этапов может занимать от месяца до полугода и более, что определяется не только требованиями методологии – этнографическая работа отнима- ет много времени, если исследователь ставит своей целью больше уз- нать организационную субкультуру и ближе познакомиться с повсе- дневными практиками трудовой деятельности. Масштабы исследова- ния могут быть достаточно большими, что потребует привлечения к проекту многих участников и значительных усилий по организации полевой работы, а также приведет к некоторому увеличению длитель- ности исследовательской работы. Этнографический этап работы, связанный с проведением кейс стади, предваряется подготовительным сбором разноплановых материалов. Во- первых, необходимо изучить документы, отражающие усилия местных вла- стей по развитию и управлению местной социальной политикой – это ве- домственные отчеты, программы развития, статистика. Во-вторых, важно просмотреть материалы местной и центральной печати, в которых просле- живается динамика репрезентаций социальных проблем в средствах массо- вой информации. В-третьих, провести интервью с представителями мест- ной администрации, руководителями социальных служб. Пристальный взгляд организационного этнографа, направленный на повседневную деятельность сотрудников рассматриваемых органи- заций, на те пласты информации, которые не доступны иначе, как при непосредственном участии в каждодневной работе специалистов и уч- реждений, обязывает исследователей соблюдать этические принципы, среди которых важную роль играет анонимность. Важно гарантировать анонимность участникам исследования, в том числе, например, по- средством того, что изменять в публикациях название города и не ука- зывать имена сотрудников и названия организаций, хотя это может вступать в некоторое противоречие с принципом этнографической де- тализации контекста. В планировании, проведении и анализе результатов полевого ис- следования нужно ориентироваться в потоке окружающей вас инфор- мации при помощи выбранных теоретических перспектив, хотя в про- цессе исследования теоретические перспективы могут быть пересмот- рены. В частности, выбор социально-конструкционистских, постструк- туралистских и феминистских подходов позволяет усомниться в тех знаниях, представлениях и установках, которые принимаются как должное, как неотъемлемый и неизменный фон повседневной дея- тельности людей. Это поможет распознать историко-культурную спе- цифику изучаемого контекста, а также признать неразрывную связь между знанием и социальным действием. Тогда информанты в поле- вом исследовании предстанут не пассивными объектами наблюдения, а активными субъектами, которые участвуют в производстве смыслов социальной работы и социальной политики, с одной стороны, а с дру- гой – попадают в тесные рамки этих же конструктов, испытывая на себе давление социальных установок. В этом процессе важная роль принадлежит языку организации, дискурсу социальной политики, ко- торые необходимо подвергать деконструкции и пересмотру. Фемини- стская позиция, кроме того, помогает вскрыть конфликт властных от- ношений, характерных для исторического момента и определенной 116 Часть 3 социальной структуры, распознать многообразные системы и факторы неравенства. Здесь следует учитывать особенности организационного контек- ста, в частности, те властные отношения, которые влияют на позицию респондентов. В организационных исследованиях активно применя- ются методы наблюдения, анализа документов, интервью. Исследова- ния организаций могут быть представлены следующими примерами: анализ проблем взаимодействия специалистов и клиентов в Центре планирования семьи, Центре помощи женщинам, семье и детям; изу- чение трудовых отношений и управления в частном бизнесе; социаль- но-психологическое самочувствие пациентов в медицинском учрежде- нии. Выясняя явные и скрытые установки сотрудников, ценности ор- ганизационной культуры, механизмы власти и контроля, степень удовлетворенности клиентов, исследователи могут проводить оценку эффективности, вырабатывать рекомендации по повышению качества обслуживания. Первые беседы с сотрудниками помогают определить, кто в органи- зации может быть полезен в качестве источника информации, кто ста- нет ключевым информантом, и какого рода документы существуют. Фи- гура исследователя и особенности его личного опыта становятся весьма значимыми факторами в этой ситуации. Очень часто исследования внутренней жизни организаций ведутся по методу этнографического кейс стади, или изучения конкретного случая, каким выступает отдель- но взятое учреждение или предприятие. Полевое этнографическое исследование в качественной парадигме является более гибким и менее структурированным, чем количествен- ное исследование. В организационных исследованиях применяется ме- тоды включенного наблюдения, которое требует известного научного и житейского опыта для того, чтобы определять, какие из ситуаций явля- ются значимыми для исследования и почему. Для того чтобы адекватно воспринимать многообразие организационных контекстов, нужно вы- работать у себя адаптивность и гибкость, оставаясь при этом самим со- бой. В качественном полевом исследовании применяют навыки тща- тельного наблюдения и слушания, записи по памяти и, вообще, регу- лярные записи. До вхождения в поле новичок практикует наблюдение за обычными деталями ситуации и записывает их. Внимание к деталям и записи по памяти могут совершенствоваться по мере накопления практики. Каждодневные записи и личный дневник – это хорошая практика обучения путевым заметкам. Полевое исследование в качественной традиции начинается с общей темы, а не с детальных гипотез. Исследователь не должен зацикливаться на каких-то первоначальных, может быть ложных, концепциях. Он должен быть хорошо подготовлен, но открыт новой информации. Как считает Л. Ньюман, вход в поле скорее сродни очистке лука, чем открыванию двери, поскольку социальные отно- шения обговариваются и формируются через процесс работы в по- ле 1 . Переговоры имеют место с каждым новым членом группы до тех 1 Neuman L. W. Social research methods: qualitative and quantitative approaches, 2 nd ed. Boston etc.: Allyn and Bacon, 1991. См.: Возможности использования качест- Организационные исследования 117 пор, пока не разовьются стабильные отношения, позволяющие до- биться доступа к полю и, установив доверие, получить информацию и ослабить враждебные реакции. Исследователю придется снова и сно- ва обговаривать и объяснять, что он делает. Еще одна подготовка к роли полевого исследователя – это познание себя. Работа в поле мо- жет иметь сильное воздействие на идентичность исследователя и ее / его мировоззрение, трансформировать личность исследователя. Что делает исследователь в поле? 1 1. Наблюдает за обычными событиями и повседневной дея- тельностью, а также за необычными событиями. 2. Непосредственно контактирует с людьми и на личном опы- те переживает процесс повседневной социальной жизни в поле. 3. Приобретает точку зрения человека, который находится внутри изучаемой среды, и в то же время сохраняет аналитиче- ский подход или дистанцированность, присущую аутсайдеру. 4. Использует разнообразие техник и социальных навыков в гибкой манере, как того требует ситуация. 5. Производит данные в форме детальных письменных за- меток, диаграмм, карт, фотографий, которые обеспечивают очень подробную информацию. 6. Видит события как единое целое и по отдельности, но всегда в их социальном контексте. 7. Понимает и развивает в себе эмпатию к членам группы (по- ля), а не просто регистрирует «холодные» объективные факты. 8. Замечает как явные (признанные, сознательные, прогово- ренные), так и скрытые (менее признанные, подразумевае- мые, непроговоренные) аспекты культуры. 9. Наблюдает текущие социальные процессы, не огорчаясь, не вмешиваясь, не навязывая точку зрения аутсайдера. 10. Справляется с сильным личным стрессом, чувством неоп- ределенности, этическими дилеммами и двусмысленностью. Знание социального контекста в той или иной мере присутствует у социолога изначально. Невозможно представить социального исследо- вателя, полностью отстраненного от той реальности, в которую он по- гружается, совершенно незнакомого с исследуемыми проблемами. Од- нако полная вовлеченность в контекст мешала бы воспринимать свое как чужое или, по образному выражению М. Хаммерсли, «делать зна- комое неизвестным», то есть выявлять в знакомой рутине известных связей характерные элементы, типизирующие данную культурную среду и придающие ей определенную специфику. Являясь «аборигенами», мы часто проходим мимо каких-то событий, которые людям со стороны мо- гут показаться важными и интересными. Поэтому такое значение имеет опыт постоянных обсуждений с коллегами, обладающими другим жиз- ненным опытом. Лишь со временем и тренировкой возникает особое венной методологии в гендерных исследованиях: Материалы семинаров / Под ред. М. Малышевой. М.: МЦГИ, 1997. 1 Там же. 118 Часть 3 чувство отстраненности, помогающее исследовать мир организации из- вне, даже будучи в постоянном непосредственном контакте с ним. Осо- бенную актуальность исследовательская дистанция имеет в аспекте изу- чения властных отношений в организациях. Такого рода взаимодейст- вия скрыты подчас от непосредственных участников, однако постоянно и неумолимо нормируют их жизнь. Позиция отстраненности подразумевает следующее: ставить под сомнение обычные вещи и замечать обычные детали или смотреть на обычные вещи глазами аутсайдера. Отстраненность помогает исследо- вателю видеть привычное по-новому, а это обнаруживает те аспекты окружения, которые сознательно не осознают члены группы. Позиция отстраненности стимулирует исследователя к тому, чтобы пересмот- реть свой собственный социальный мир. Погружение исследователя в другое окружение нарушает привычный ход мысли и поступков. Поле- вому исследователю необходимы навыки общения и личное обаяние, чтобы установить дружеские отношения. Устанавливая дружеские от- ношения, исследователь верит всему и ничему одновременно, так как подвергает каждый факт рефлексии. Как только полевой исследова- тель достигает понимания точки зрения члена группы, она переходит к следующему этапу – думать и действовать, исходя из позиции члена группы. В полевом этнографическом исследовании очень важно обращать внимание на жаргон организаций, групп или субкультур 1 . Люди, кото- рые взаимодействуют друг с другом в течение какого-то времени, разра- батывают общие символы и терминологию. Новые слова появляются благодаря особым событиям, предположениям или отношениям. Жар- гон (иначе говоря – свой язык) имеет большое значение для понимания ценностей группы и те способы, какими члены группы постигают мир. Материалы в полевом исследовании фиксируются, обычно в виде поле- вых заметок. Этика полевого исследования требует, чтобы информанты или те люди, о которых говорится в публикациях на основе собранных данных, дали свое согласие на обнародование их подлинных имен, на- звания организации и города, где эта организация находится. Часто ис- следователи прибегают к зашифровке всех наименований, используя псевдонимы, чтобы достичь анонимности информации. Исследователь, кроме того, должен решить, в какой мере он расскажет о себе и об иссле- довании в той группе, где собирает данные. В ходе исследования организаций широко используются докумен- тальные материалы. Очень важно при использовании этих источников понять, как и для каких целей они создавались, какие скрытые мотивы двигали их авторами, а также искать то, что не нашло отражение в офи- циальных сводках. Документы, используемые в исследовании организа- ций, приобретают значимость на фоне устных свидетельств очевидцев, их воспоминаний и индивидуальных интерпретаций. 1 Neuman L. W. Social research methods: qualitative and quantitative approaches, 2 nd ed. Boston etc.: Allyn and Bacon, 1991. См.: Возможности использования качест- венной методологии в гендерных исследованиях: Материалы семинаров / Под ред. М. Малышевой. М., 1997. Организационные исследования 119 Исследования «бюрократии низового уровня» Понятие «бюрократии низового уровня» было впервые использо- вано Майклом Липски, проводившим исследования среди работников школ, полиции и отделов социального обеспечения, правовых и других служб. У этих работников в самых различных промышленно развитых странах есть сходства как в характере выполняемых ими обязанностей, так и в отношении условий работы. Работа сотрудников социальных служб в низовых структурах организационной иерархии характеризует- ся высокой автономией и постоянным стрессом от перегрузки и эмо- ционального характера выполняемых обязанностей. М. Липски обсуж- дает характер решений, принимаемых низовой (уличной) бюрократией и их эффект в обществе, и приходит к выводу, что по мере возрастания сложности организации возрастает вероятность ошибок в осуществле- нии услуг и реализации власти низовыми чиновниками 1 Исследования показывают, что к настоящему времени завершает- ся кристаллизация бюрократических структур, оперирующих в сфере социальной работы. Это означает, что темпы трансформации служб постепенно сокращаются, а практики контроля становятся все более стабильными, общепринятыми, независимо от профиля деятельности и места, где они осуществляются. Сложившиеся практики отражают и специфику социальной защиты в современных условиях, и особую ор- ганизационную культуру, и разнородное влияние международного опыта в сфере социальной работы, примеряемого в качестве моделей развития на федеральном и областном уровне. Это наследие является весьма противоречивым. Одним из атрибутов организационной культуры является язык. Как правило, достаточно длительное выполнение совместной деятель- ности способствует «изобретению» таких словечек, терминов, идиом, которые являются маркером принадлежности к определенному «цеху» или коллективу. Особенности языка помогают опытным членам соци- альной группы узнать «своих», а для новичков, в ходе усвоения куль- турного контекста использование профессионального языка способст- вует более полной идентификации со «своими», принятие их норм и правил действия. Для социального ученого язык учреждения позволя- ет подвергнуть деконструкции идеологию профессии, те ее черты, ко- торые обычно воспринимаются как должное и не обсуждаются. Кроме того, термины, в которых описываются социальные проблемы, явля- ются не только продуктом социальных отношений, но и инструментом их конструирования. Поэтому в последние годы во многих странах клиенты и профессионалы стали бороться против дискриминирующе- го языка дефектологии, психиатрии, социальной работы, в том числе тех ее направлений, которые имеют дело с инвалидами – людьми с особыми потребностями или пожилыми. Эти усилия не напрасны и не случайны, они связаны с развитием социальной работы в направлении гуманизации и демократизации. В связи с этим полезно проанализи- ровать повседневный язык, каким говорят о клиентах, о профессии, 1 Lipsky M. Street-level bureaucracy: dilemmas of the individual in public service. New York: Russell Sage Foundn., 1980. 120 Часть 3 организации и рутине практической деятельности, анализировать, как выглядит рабочее место и как осуществляются взаимодействия между разными социальными акторами. Тот факт, что социальная работа слишком часто воспринимается на самом нижнем уровне социальных служб не в качестве специфической профессиональной деятельности, но в виде своего рода оплачиваемого продолжения семейных бытовых обязанностей, имеет разнообразные следствия, отражающиеся на трудовой деятельности. В некоторых слу- чаях это позитивный знак, который указывает на преодоление дистан- ции и социально-классовых барьеров, отделяющих реципиентов соци- альной помощи от всего общества. Но в целом в такой позиции больше недостатков, чем преимуществ. Во-первых, разрушается дистанция ме- жду социальным работником и клиентом, что открывает возможность установления между ними слишком близких (как негативных, так и по- зитивных) отношений. Это препятствует спокойному, ровному выпол- нению служебных обязанностей, «домашние» модели отношений со знакомыми и родственниками переносятся в сферу профессии. Во- вторых, начинают доминировать бытовые этические нормы по отноше- нию к клиентам и профессии, что выражается, например, в пренебре- жении к сохранению тайны личности при обсуждении проблем клиен- тов с третьей стороной. В свое время британская исследовательница Д. Ворхем говорила, что социальные работники в основном проявляют равнодушие к про- блемам администрирования 1 . Она выражала сожаление, что эти слу- жащие не рассматривают администрирование как творческий процесс и как неотъемлемую часть практики социальной работы. Многие соци- альные работники и политики чувствуют, что одна из важнейших по- требностей и проблем социальной работы сегодня – это развитие более способных, динамичных лидеров, которые могут помочь в формулиро- вании и реализации мер социальной политики, планов и решений, влияющих на население прямым или непрямым образом, с одной сто- роны. С другой стороны, сегодня вузовские преподаватели социальной работы, так же как и практики, отстаивают мнение, что все студенты факультетов социальной работы нуждаются в большем объеме знаний и умений в сфере администрирования перед тем, как покинуть учебное заведение, чтобы они могли сделать больший вклад в обеспечении со- циальными сервисами незащищенные группы населения. Вопросы и задания 1. Как складывались организационные исследования в сфере соци- ального обеспечения за рубежом? 2. Как понимается эффективность социального менеджмента? 1 Warham J. An introduction to administration for social workers. London: Routlege and Kegan Paul, 1975. Организационные исследования 121 3. Какие вам известны типы социальных служб? 4. Раскройте суть исследовательской стратегии кейс стади. В чем со- стоят особенности этнографической полевой работы? Как понима- ется контекст и что такое «случай» в исследовательской стратегии кейс стади? 5. Предложите свою идею исследования организации – социальной службы, школы-интерната, интерната для престарелых, негосу- дарственной организации социальной сферы. 6. Как понимать выражение «бюрократия низового уровня»? Рас- скажите об исследованиях в этом направлении. Литература Буравой М. Углубленное кейс-стади // Рубеж. 1997, №10-11. С. 154-147. Васильева Т.С. Основы качественного исследования: обоснованная теория // Методология и методы социологических исследований. М.: Ин- ститут социологии РАН, 1996. С.56-65. Веселкова Н.В. Методические принципы полуформализованных ин- тервью //Социология: 4 М. 1995. № 5-6. С.28-48. Веселкова Н.В. Полуформализованное интервью // Социологический журнал. 1994. №3. С.103-110. Возможности использования качественной методологии в гендерных исследованиях / Материалы семинаров / Под ред. М. Малышевой. М., 1997. Сайт Московского центра гендерных исследований http://gender.ru/ Готлиб А.С. Введение в социологическое исследование: качественный и количественный подходы. Самара. Изд-во Самарского ун-та, 2002. Девятко И.Ф. Методы социологического исследования. Екатеринбург. Изд-во Уральского ун-та, 1998. Киблицкая М.В. Масалков И.К. Методология и дизайн исследования в стиле кейс стади. М.: МГУ, 2004. Ковалев Е.М., Штейнберг И. Е. Качественные методы в полевых со- циологических исследованиях. М.: Логос, 1999. Козина И. Особенности стратегии case study при изучении производст- венных отношений на промышленных предприятиях России // Предпри- ятие и рынок: динамика управления и трудовых отношений в переходный период (опыт монографического исследования). М.: РОССПЭН, 1997. С. 30–60. Козлова Н.Н. Методология анализа человеческих документов // Со- циологически исследования. №1, 2004. с. 14-27. Ньюман Л. Неопросные методы исследования // Социс. 1998. № 6. С. 119–129. Рейнхарц С. Феминистское мультиметодное исследование // Гендер- ные исследования. №5 (2/2000). С. 190-210. Ричман Д. Социальный порядок палаты для психопатов // СОЦИС. №6, 1999. С.113-122. Романов П.В. Власть, управление и контроль в организациях: антро- пологические исследования современного общества. Саратов: СГУ, 2003. Романов П.В. Методологическая эволюция социально-антрополо- гических исследований организаций //Журнал социологии и социальной антропологии. №4, 1999. Романов П.В. Микроуровень социальной реальности: возможности меж- дисциплинарного подхода // Социологические исследования. №3, 2002. 122 Часть 3 Романов П.В. Процедуры стратегии, подходы «социальной этногра- фии» // Социологический журнал. 1996. № 3/4. С.138-149. Романов П.В. Социология менеджмента и организаций. Ростов-на- Дону: Феникс, 2004. 288 с. Романов П.В. Стратегия кейс-стади в исследовании социальных служб // Социологические исследования. №4, 2005. С.101-110. Романов П.В. Феминистская этнография: метод сбора данных и поли- тика интерпретаций // Гендерные исследования. №4, 2001. с. 322-335. Романов П.В. Формальные организации и неформальные отношения: кейс стади практик управления в современной России. Саратов: Саратовский госуниверситет, 2000. Романов П., Ярская-Смирнова Е. «Делать знакомое неизвестным…»: Эт- нографический метод в социологии // Социологический журнал. 1998. № 1/2. С. 145-160. Семенова В.В. Качественные методы: введение в гуманистическую со- циологию. М.: Добросвет, 1998. Советская социальная политика 1920–1930-х годов: идеология и по- вседневность / Под ред. П.В. Романова и Е.Р. Ярской- Смирновой. М.: ООО «Вариант», ЦСПГИ, 2007. – 432 с. Советская социальная политика: сцены и действующие лица, 1940 – 1985 / Под ред. Е. Р. Ярской-Смирновой и П.В. Романова. М.: ООО «Вари- ант», ЦСПГИ, 2008. – 376 с. Социальная политика в современной России: реформы и повседнев- ность/ Под ред. П.В. Романова и Е.Р. Ярской-Смирновой. М.: ООО «Вари- ант», ЦСПГИ, 2008. – 456 с. Социальная политика и социальная работа в изменяющейся России. Под ред. Е.Р. Ярской-Смирновой, П.В. Романова. М.ИНИОН РАН, 2002. Страус А., Корбин Д. Основы качественного исследования: обосно- ванная теория, процедуры и техники. М: УРСС, 2001. Цинман Ж. Школа-интернат для детей с нарушениями опорно- двигательного аппарата // Социальная политика и социальная работа в изменяющейся России /Под ред. Е. Ярской-Смирновой и П.Романова. М.: ИНИОН РАН, 2002. С.237-441. Ядов В.А. Стратегия социологического исследования. М.: Добросвет, 2001. Ярская-Смирнова Е.Р., Романов П.В. Социальная защищенность городской монородительской семьи // Мир России. Т.XIII. № 2, 2004. С.66-95. |