Сочинение Мысль и язык
![]()
|
более тесной связи , чем со стихиями других групп Такое явление не первообразно Соединение восприятий в отдельные круги есть уже форма , придаваемая душой отдельным восприятиям , и в некотором смысле может быть названо самодеятельностью души , потому что хотя не обнаруживает ее свободы , но столь же зависит от ее собственной природы , сколько от свойства внешних возбуждений Конечно , слово « самодеятельность » требует здесь некоторого ограничения Нельзя себе представить таких действий души , которые бы не были вызваны внешними условиями , хотя , с другой стороны , нет и таких , которые бы вполне объяснялись посторонними влияниями В последнем смысле даже хаотическое состояние восприятий и свойства каждого из них порознь - творчество души ; в первом - даже самосознание и свобода воли - явления зависимые и несвободные Однако есть основание видеть более самодеятельности там , где внешние причины не прямо , а только посредством ряда состояний самого существа вызывают такое , а не другое его движение Соединение впечатлений в образы , принимаемые нами за предметы , существующие независимо от нас и без нашего участия , это соединение есть уже дело нашей души , впрочем не отличающее ее от души животного Положим , что зрение в первый раз дает человеку впечатления дерева на голубом поле неба Небо и дерево составляли бы для него одно разноцветное пространство , один предмет , и навсегда остались бы одним предметом , если бы при повторении тех же восприятий не изменялся фон , например , не шаталось дерево от ветра , не заволакивалось небо облаками Так как все это бывает , то восприятия впечатлений , производимых на глаз деревом , повторяясь каждый раз без заметных изменений или с небольшими , сливаются друг с другом , и при воспоминании воспроизводятся всегда разом или в том же порядке , образуют для мысли постоянную величину , один чувственный образ , а впечатления неба не сольются , таким образом , и при воспроизведении будут переменной величиной В одно время с впечатлениями зрения могут быть даны впечатления слуха и обоняния , например , я могу , глядя на растение , слышать шум его листьев и чувствовать запах его цветов ; но впечатления осязания и вкуса не могут быть вполне одновременны со впечатлением зрения , потому что я , ощупывая предмет , скрываю от глаз обращенную ко мне часть его поверхности и совсем не вижу предмета , который у меня во рту Самое зрение одновременно представляет нам только то , что разом обхватывается глазом ; но вместе с этим глаз и переходит к одной части поверхности , оставляя другую В таких случаях к одновременности восприятия , как основанию ассоциации , присоединяется непосредственная последовательность , так что , например , сначала одновременно получаются впечатления точек , составляющих видимую поверхность тела , затем тело осязается , чувствуется его вкус , запах , слышится звук его падения При этом чувственный образ предмета со многими признаками составится только тогда , когда (" овокупчость этих признаков будет относиться ко всем другим , как в приведенном выше примере выделения комплекса признаков из ряда однородных относятся постоянные впечатления от дерева к переменчивым впечатлениям фона , на котором оно обрисовывается Противополохность постоянного и изменчивого , образуемая слиянием однородных восприятий , здесь необходима , потому что без нее все восприятия одновременные и последовательные составил ') бы только один ряд , который , пожалуй , можно бы назвать чувственным образом ; они постоянно находились бы в тем состоянии , в каком , вероятно , находятся в тт " рвое время жизни ребенка Изолированный ряд восприятий не всегда повторяете ':! в том же порядке , хотя стихии его остаются те же Сначала , например , можно видеть горящие дрова , потом слыц ать их треск и чувствовать теплоту , или же сначала слышать трхк , а потом , уже приблизившись , увидеть пламя и почугствовать теплоту Это далеко не все равно , потому что единство чуественного образа зависит не только от тождества оставляющих его признаков , но и от легкости , с какой один признак воспроизводится за другим Если несколько раз да ^ был ряд признаков одного образа в порядке a h с d е и вслед за тем еще раз помучится признак я , то он легко вызовет в сознании все следующие за ним ; но если упомянутый ряд начнется с конца , то признак е сам по себе или вовсе не произведет признаков d с и пр ., или - гораздо медленнее Слова « Отче наш » напоминают на '.. всю мо ;. итЕу , но слово « лукавого » не заставит нас воспроизводить ее навыворот ( от нас ячбави и проч .) точно так , как признак с не дает нам целого образа а , h. с , d, с Хотя е могло повторяться сто ;1 ько же раз , ^^ о тько и а , но это последнее , по своему влиянию на все остальные , будто господствует над всем образом Если бы основания ассоииаиии положенные рядом и , Ь , с - ( в ютором смежные члены ah. be теснее связаны , чем удаленные друг от друга а и е ) при каждом повторении образа заменялись нов » чми ( Ь а с , с а Ь ...), то так скачать , господство передних членов , например , а , над всеми остальными было бы уничтожено к каждый мог бы с такой же быстротой воспроизводить ЕСС остальные Па деле , пдна ^ о , быва ет иначе , и это " ависчт сколько о '; того , что при восприятии нс исчерпываются все сочетания признаков столько и от другой причины В самом кругу изолированного образа при новых воспри .1 тиях одни черты выступают ярче от частого повторения , другие остаются в тени При СЛОРС « золото " нам приходит на мысль цвет а вес , звук м ^ гут вовсе нс прийти , потому что не всякий раз при виде золота мы взвешивали его и слышали его звук Образование такого же центра в изолированном кругу восприятий мы можем предложить и до языка В чем же после этого будет состоять излишек силы творчества человеческой души , создающей язык , сравнительно с силой животного , знающего только нечленораздельные крики , или вовсе лишенного голоса ? Ответ на это был уже отчасти заключен в предшествующем Внутренняя форма есть тоже центр образа , один из его признаков , преобладающий над всеми остальными Это очевидно во всех словах позднейшего образования с ясно определенным этимологическим значением ( бык - ревущий , волк - режущий , медведь - едящий мед , пчела - жужжащая и пр .), но не встречает , кажется , противоречия и в словах ономато - поэтических потому , что чувство , вызвавшее звук , есть такая же стихия образа , как устранимый от содержания колорит есть стихия картины Признак , выраженный словом , легко упрочивает свое преобладание над всеми остальными , потому что воспроизводится при всяком новом восприятии , даже ке заключаясь в этом последнем , тогда как из остальных признаков образа многие могут лишь изредка возвращаться в сознание Но этого мало Слово с самого своего рождения есть для говорящего средство понимать себя , апперципировать свои восприятия Внутренняя форма , кроме фактического единства образа , дает еще знание этого единства ; она есть не образ предмета , а образ образа , т е представление Конечно , знание того , что происходит в душе , и притом такое несовершенное знание , сводящее всю совокупность признаков к одному , может показаться весьма малым преимуществом человека , хотя , сравнительно с бессознательным собиранием признаков в один круг , - это знание есть самодеятельность по преимуществу ; но можно думать , что , именно только как представление , образ получает для человека тот высокий интерес , какого не имеет для животного , и что только представление вызывает дальнейшие , исключительно человеческие преобразования чувственного образа Прежде чем говорить о влиянии представления на чувственный образ , следует прибавить еще одну черту к сказанному выше об апперцепции : ее отличие от простой ассоциации , с одной стороны , и слияние - с другой , и ее постоянная двучленность указывает на ее тождество с формой мысли , называемой суждением Апперципи « Человек стремится придать предметам , действующим на него множеством своих признаков , определенное единство , для выражения коего [urn ihre (disser Einheit) Slelle zu vertreten] требуется внешнее , звуковое единство слова Звук не вытесняет ни одного из остальных впечатлений , производимых предметом , а становится их сосудом (wird lhr Trgger) и своим индивидуальным свойством , соответствующим свойствам предмета , в том виде , как этот предмет был воспринят личным чувством всякого , прибавляет к упомянутым впечатлениям новое , характеризующее предмет » (HuJ-nb.Veb. die Versch. 52). Это новое прибавляемое к предмету словом , есть не представление , а скорее то , что мы выше назвали внутренней формой звука руемое и подлежащее объяснению есть субъект суждения , апперципирующее и определяющее - его предикат Если , исключив ассоциацию и слияние , как простейшие явления душевного механизма , назовем апперцепцию , которая кажется уже не страдательным восприятием впечатлений , а самодеятельным их толкованием , назовем ее первым актом мышления в тесном смысле , то тем самым за основную форму мысли признаем суждение Впрочем , от такой перемены названий было бы мало проку , если бы она не вела к одному важному свойству слова Представление есть известное содержание нашей мысли , но оно имеет значение не само по себе , а только как форма , в какой чувственный образ входит в сознание ; оно - только указание на этот образ , и вне связи с ним , т е вне суждения , не имеет смысла Но представление возможно только в слове , а потому слово , независимо от своего сочетания с другими , взятое отдельно в живой речи , есть выражение суждения , двучленная величина , состоящая из образа и его представления Если , например , при восприятии движения воздуха человек кажет : « ветер !», то это одно слово может быть объяснено целым предложением : это ( чувственное восприятие ветра ) есть то ( т е тот прежний чувственный образ ), что мне представляется веющим ( представление прежнего чувственного образа ). Новое апперципируемое восприятие будет субъектом , а представление , которое одно только выражается словом , - будет заменой действительного предиката При понимании говорящего значение членов суждения переменится : услышанное от другого слова бу вызовет в сознании воспоминание о таком же звуке , который прежде издавался самим слушающим , а через этот звук - его внутреннюю форму , т е представление , и , наконец , самый чувственный образ быка Представление останется здесь предикатом только тогда , когда слушающий сам повторит только что услышанное слово Впрочем , такое повторение неизбежно в малоразвитом человеке . « Человеку , - говорит Гумбольдт , - арождено высказывать только что услышанное », и , без сомнения , молчать понимая труднее , чем давать вольный выход движению своей мысли Так , дети и вообще малограмотные люди не могут читать про себя : им нужно слышать результат своей умственной работы , будет ли она состоять в простом переложении письменных знаков в звуки , или же и в понимании читанного Непосредственно истинным и действительным на первых порах кажется человеку только ощутимое чувствами , и слово имеет для него всю прелесть дела Дитя сначала говорит только отрывистыми словами , и каждое из этих слов , близких к междометиям , указывает ка совершившийся в нем процесс апперцепции , на то , что оно или признает новое восприятие заодно с прежним , узнает знакомый предмет ( ляля ! мама !), или сознает в слове образ желаемого предмета ( папа , т е хлеба ). И взрослые говорят отдельными словами , когда поражены новыми впечатлениями , вообще когда руководятся чувством и неспособны к более продолжительному самонаблюдению , какое предполагается связной речью Отсюда можно заключить , что для первобытного человека весь язык состоял из предложений с ьыраженным в слове одним только сказуемым Опасно , однако , упускать из виду мысль Гумбольдта , что не следует приурочивать термины ближайших к нам и наиболее развитых языков ( напр ., сказуемое ) к языкам далеким от нашего по своему строению Мысль эта покажется пошлой тому , кто сравнит ее с советом не делать анахронизмов в истории , но поразит своей глубиной того , кто знает , как много еще теперь ( не говоря уже о 20- х годах ) филологов - специалистов , которые не могут понять , как может быть язык без глагола Говорят обыкновенно , что « первое слово есть уже предложение ». Это справедливо в том смысле , что первое слово имело уже смысл , что оно не могло существовать в живой речи в том виде , составляющем уже результат научного анализа , в каком встречается в словаре ; но совершенно ошибочно думать , что предложение сразу явилось таким , каково в наших языках Язык есть средство понимать самого себя Понимать себя можно в разной мере ; чего я в себе не замечаю , то для меня не существует и конечно не будет мной выражено в слове Поэтому никто не имеет права влагать в язык народа того , чего сам этот народ в своем языке не находит Для нас предложение немыслимо без подлежащего и сказуемого ; определяемое с определительным , дополняемое с дополнительным не составляют для нас предложения Но подлежащее может быть только в именительном падеже , а сказуемое невозможно без глагола (verbum finitum); мы можем не выражать этого глагола , но мы чувствуем его присутствие , мы различаем сказательное ( предикативное ) отношение (" бумага бела ") от определительного (" белая бумага "). Если б мы не различали частей речи , то тем самым мы бы не находили разницы между отношениями подлежащего и сказуемого , определяемого и определения , дополняемого и дополнения , то есть предложение для нас бы не существовало Очевидно , дитя и первобытный человек не могут иметь в своем языке предложения уже потому , что не знают ни падежей , ни лиц глагола , что говорят только отдельными словами Но эти слова , сказал Беккер , - глаголы , сказуемые , существенная часть предложения Это неверно : « цаца !», « ляля !», « папа !» названия не действий , а предметов , узнаваемых ребенком ; в этих словах может слышаться требование , и в таком случае они скорее могли бы быть переведены нашими дополнительными « Если представить себе , - говорит Гумбольдт , - создание языка постепенным ( а это естественнее всего ), то нужно будет принять , что это создание , подобно всякому рождению (Entstehung) в природе , происходит поначалу развития изнутри »^ Чувство , проявлявшееся в звуке , заключает в себе все в зародыше , ' . но не все в то же время видно в звуке '. Разумеется , если знаем , что содержание мысли , обозначаемой языком , идет от большого числа отдельных чувственных восприятий и образов , а звуки языка - от многих рефлексий чувства , то не станем думать , что язык вылупился из одного корня , как , по индийскому мифу , вселенная из яйца , но согласимся , что каждое первобытное слово представляло только возможность позднейшего развития известного рода значений и грамматических категорий Удерживая разницу между организмом , имеющим самостоятельное существование , и словом , которое живет только в устах человека , можем воспользоваться сравнением первобытного слова с зародышем : как зерно растения не есть ни лист , ни цвет , ни плод , ни все это взятое вместе , так слово вначале лишено еще всяких формальных определений и не есть ни существительное , ни прилагательное , ни глагол « Деятельности , - говорит Штейнталь , - лежащие в основании существительных , не глаголы , а прилагательные , названия признаков Признак есть атрибут , посредством коего инстинктивное самосознание понимает (erfasst) чувственный образ , как единицу , и представляет себе этот образ Как ум наш не постигает предмета в его сущности , так и язык не имеет собственных , первоначальных существительных и как сочетание признаков принимается нами за самый предмет , так и в языке есть только название признаков ». Действительно предметы называются в языке каждый по одной из примет , взятой из совокупности остальных : река - текущая ( кор рик , скр рич , течь |