Уважение закона принадлежит законодательному сословию
![]()
|
реи в фо2^^^^^^ГРетеНедр-""Жжения, допущенные С AM метоДологического '-нил сAo^:^:Pce^zzzBbm'так как °н «мимития. Радько Т. Н. t*0 что А°™атическаяРюрТп^ .-'хотяиг^ТехГч^^^ ![]() 61 КИСШОШИЙ ![]() К сожалению, этот спор, закончившийся довольно неприятной личной полемикой, прямо не привел к полной ясности не только решения, но и постановки вопроса. Этому помешал целый ряд методологических погрешностей и ошибок, допущенных обеими сторонами, от которых в пылу спора ни та, ни другая сторона не хотела отказаться. Но косвенно этот спор расчистил методологическую почву для выработки путей и приемов дальнейшего построения научного знания о праве. Кроме научно правильного исходного положения, выдвинутого СА. Муромцевым о методологическом своеобразии догматической юриспруденции, высказанные в этом споре различные соображения о задачах научного познания права дают основание прийти к заключению, что наряду с чисто социологической задачей — исследовать законы возникновения и раз вития права — существует гораздо более важная научно-теоретическая задача — исследовать те причин ные соотношения, которые обусловливают самое существо права. В дальнейшем, однако, представители социально-научного учения о праве разрабатывали 514 только социологические проблемы о причинах и силах, ведущих к образованию и развитию правовых учреждений. Исследованию этих вопросов посвящены наиболее ценные труды М.М. Ковалевского; это же научное направление отстаивает и Ю.С Гамбаров. К праву, как явлению естественного порядка, обусловленному известными причинными соотношениями, можно подойти и с другой стороны. Для этого нужно методически правильно поставить исследование его психической природы. Можно было ожидать, что сторонники психологической теории права, которые подвергли резкой критики современные научные направления юриспруденции и поставили своей задачей коренным образом пересмотреть вопрос о методах научного познания права, внесут методологическую ясность в постановку этой проблемы. Но, как мы видели выше, достичь полной методологической ясности в этом вопросе им помешала зависимость их от методов догматической юриспруденции, породившая пристрастие лишь к логическим обобщениям и классификациям. Только в последнее время Л.И. Петражицкий более определенно заговорил о необходимости исследовать «причинные свойства права» [...]. В.М. ХВОСТОВ I.M. ХВОСТОВ -■ввввиищ Таким образом, к правительственной или административной деятельности относится все, что не входит в область законодательства и суда. Эта деятельность государства необходима, как бы широко ни было развито законодательство. Закон всего не может предусмотреть, да и не должен брать на себя этой задачи, чтобы не стеснить свободного развития жизни. Поэтому закон устанавливает общие рамки для жизни государства, но в пределах этих рамок должна действовать администрация, и притом действовать не только сознательно и разумно, но часто и свободно, т. е. по собственному усмотрению и инициативе (заключение международного договора, объявление войны). Поэтому было бы неправильно сводить всю деятельность администрации к одному только исполнению законов и называть ее исполнительною деятельностью. Напротив, в области управления следует различать исполнение, как простое осуществление предписаний закона, и правительственную деятельность в тесном смысле, как инициативу и распоряжение в рамках закона, дающие руководство внешней и внутренней политике государства. Соответственно этому правительством именуют ся те органы государства, в руках которых сосредото чено высшее руководство этой инициативой и распо ряжением [...]. Опыт и научная критика показали, что, с одной стороны, принцип разделения властей в полной чисто те проведен быть не может, а с другой — есть и помп мо этого принципа много других средств для обесш' чения законности управления. Тем не менее нельзя ЕЙ отметить, что до известной степени, действительно, эти три функции стремятся локализироваться в особых и независимых друг от друга органах, и такое разделе ние принципиально желательно ввиду различного хи рактера деятельности власти при отправлении эти и функций. В особенности важно проведение принцпмн разделения властей относительно власти судебной, которая должна быть вверена особым органам, не м висимым от органов законодательных и админист| I тивных. Дело в том, что деятельность судебная е< I деятельность по существу связанная, подзаконном тогда как в деятельности законодательной, а отчасти и правительственной преобладает элемент свободного усмотрения; рискованно поручать применение и охранение права тем самым органам, которые и создают право, или органам, привыкшим решать вопросы текущей администрации на основании соображений целесообразности. | Местное и центральное управление До сих пор мы говорили о разграничении функций верховной власти с точки зрения тех различных форм, в которых выражается ее деятельность. Теперь следует бросить взгляд на территориальные границы действия власти отдельных органов государства. С этой точки зрения принято различать государства централизованные и децентрализованные. Под именем государства централизованного мы разумеем такое, где вся полнота власти совмещается в центральном правительстве и отсюда распространяется на всю территорию государства через подчиненные органы, вся задача Которых состоит только в передаче и исполнении распоряжений центрального правительства. Напротив, государство децентрализованное есть такое, где местным органам предоставлена известная свобода и самостоятельность в решении вопросов, касающихся ппюй местности [...]. Важно различать два основные типа децентрали- 1 hi и и: децентрализацию бюрократическую и децент- Млизацию, построенную на принципе местного само- , ц| миления. Другими словами, государство можетпро- • инь принцип децентрализации двояким путем: оно и дает сильную и относительно самостоятельную меть правительственным органам местного управле- ■, или же предоставляет местным жителям через ■средство своих собственных органов заведовать стиыми делами. В последнем случае мы и имеем |Л»у\ собою местное самоуправление, органы которо- 1У»йствуют под контролем и при содействии общего- |||111Т1>матия. Радько Т. Н. ||рственных установлений, но в то же время отве- 545 в.н. хвостов I.M. ХВОСТОВ чают и перед избирателями. Местное самоуправление возможно в весьма разнообразных формах и с различными оттенками. Эти подробности не могут входить в курс общей теории права [...]. 1 Автономия [...] Знакомясь с государственным устройством, мы отметили, что во всяком государстве необходима децентрализация в той или иной степени, так как центральная власть не может входить во все детали местной жизни и даже не может знать всех местных особенностей. То же самое наблюдение относится и к области законодательства. Верховная власть не только не может управлять всеми местными делами, но она не может и своим законодательством обнять всей полноты народной жизни. Всегда встречаются вопросы местного или специального содержания, которые лучше всего могут быть регулируемы нормами, исходящи ми от местных специальных органов, а не от центральной законодательной власти. Отсюда вытекает необходимость в известных слу« чаях так называемой автономии. Этим именем назыв.1 ется право отдельных общественных союзов или ум реждений в пределах государства регулировать свою внутреннюю жизнь своими собственными нормами, Эти нормы бывают двух видов: они или облечены и форму предписаний власти, стоящей во главе автоном» ного союза, и тогда составляют так называемое статут , тарное право, или же возникают путем обычного твор« , чества в пределах автономного союза (нем. Observanz), j Такого рода автономное творчество может, конечно, покоиться только на разрешении верховной власти, которой подчинены все союзы в государстве, и дону* стимо лишь в тех пределах, которые установлены вер-1 ховною властью. Если эти нормы имеют силу юридИ' ческих норм, обязательных для членов данного союЛ наравне с другими нормами права, то и эту силу они черпают из того же разрешения верховной власти*! 54В Последняя может отменить свое разрешение и тогд| I юридически автономное творчество прекратиться. Такой автономией 2 РаВа ДОлжно мер, городские и сельские обществ**10*0*' НапРи' даже правительством создаваемые/ Земства' иногда реждения, вроде университетов и т д?А]РЖИМЫе У4' I Общая теория права [право внутригосударственное и международное- шип Iположительное и естественнее] т ' т Хвостов В.М. Общая теория права [-] Под именем права разуМеютгя то нормы нашего поведения котопыГ с°Циальные дительностью в высшей степени °ТЛИЧаЮтся пРину-этих норм состоит в том что они ринуАИтельность господствовать над членами человечек ТГДеНЦИЮ независимо от согласия каждого «° обЩежития этим нормам. Член союза, отказываю ННК подчиняться ся этим нормам, может быть вынужЛГ0* ПОВИНОвать- мисредствами, находящИмисяв р^!?*ЭТОМУ Разны- »а свое неповиновение праву 0н™°ряжении права; Доже своею жизнью. может поплатиться Само собой разумеется, что нопмы чв, Поведения могут получить такую си Человеческого Чае, когда за ними стоит какой-нио>Г^Ь В ™М СЛУ" нын авторитет, наделенный достаток 0би<епРизнан-Чтобы сообщать эту силу своим в^^^УТ"^* Такой силой одарена верховна 1'"-'- Ье. Поэтому мы в ^стоящее ВпР?ЛаСТЬ В госУАар- рть понятия права и государства привыкли счи таем за право те нормы поведения*?6''™111- Мы ^ защиту государственной власти ™ТОрыеВЗяты »итета претендуют на господств?! В °ИЛу 6е ав" )Н независимо от их желания пол, Д Членами со- Мниим [...]. подчиняться этим ве- Le.' ]OnuZl^^a4SylZlTTС°бОЮ СЛОЖНое Щ I государстве. Поэтому они o6W Прочный поРя- ""™ государства к членамSZaT *" Т°ЛЬК° К/.7 ОЮза и членов со- 547 8.М. ХВОСТОВ В.М. ХВОСТОВ ![]() ![]() Таковы Те нормы, которые определяют положение высших органов в государстве, их права и обязанности, например, положение монарха. Не существует наказаний, карающих за нарушение этих норм. Тем не менее, это -. нормы юридические, ибо они также поставлены под авТоритет верховной власти и составляют необходимое завершение общей системы принудительных норм социального поведения, из которых состоит право. II.i I, in Таким образом, известную часть юридических норм мы признаем таковыми лишь потому, что они исходят оттого же авТ0рИТета, от которого исходят все юридические нормы, т. е. от верховной власти, и составляют необходимое 'завершение системы принудительных норм. Сюда относятся все нормы, определяющие уст ройство самой верховной власти. Какую же, однако, практическую ценность имеют подобные нормы, если за ними не стоит никакого органа, который следил ом за их исполнением и карал бы за их нарушение? Этв нас привоАйт к другому важному признаку права Юридические нормы суть такие, которые не толы<" обязательны для подданных, но считаются обязател* ными и для верховной власти. Их связующая сил! обоюдна: оНи связывают и подданных, и ту власть, которая взяла их под защиту. Это значит, что верхом ная власть, раз только она признала известную норму нормой права, обязуется сама сообразоваться с ней и не отступать от нее, пока эта норма не будет измена!" или отменела установленным для этого порядком. Тол ко при этом условии нормы права действительно ш i сут в жизнь государства устойчивость и порядок. П1 данные ДОд^ы знать наперед, с какими велениям государства Им придется считаться в своих действии и должны бьр^ уверены в том, что эти веления не бул' 54В меняться произвольно. Только при соблюдении веря■ ною властью собственных предписаний можно рассчитывать на развитие в подданных уважения к закону и чувства законности. Развитие же такого чувства в конце концов выгодно и для самой верховной власти, ибо, чем оно сильнее, тем реже будут встречаться со стороны подданных случаи нарушения права, тем реже самому государству придется прибегать к карательным мерам относительно подданных. В этом и состоит различие так называемого правового государства от деспотии [...]. До сих пор мы говорили только о праве, применяющемся в пределах государства. Но право выходит и за эти пределы. В отношениях между самыми государствами, суверенными и друг от друга независящими, также установились известные правила поведения. Отчасти эти правила вытекают из соглашений между государствами, отчасти же они освящены стародавними международными обычаями. Эти правила не только касаются мирных сношений между государствами, но они стремятся подвергнуть известной регулировке даже способы разрешения междугосударственных споров вооруженной силой, т. е. войну. Все эти нормы, Определяющие порядок мирных и военных отношений между государствами, составляют область так называ-(шого международного права. За этими нормами не стоит уже, по-видимому, внешний авторитет; нарушение их не обложено никакими наказаниями; при исполнении международных договоров действует так Называемая clausula rebus sic stantibus, дозволяющая (Каждому контрагенту отступить от дальнейшего соблюдения трактата, раз это соблюдение признается вредным для жизненных интересов государства; нет, наконец,, той организованной силы, которая могла бы заста-1И1 г, суверенное государство вступить в международное Мщение или воспрепятствовать ему из него выйти. I г.шовление такой высшей организованной силы 1м ло бы противно самой идее международного пра-Йй, ибо уничтожило бы суверенитет отдельных госу-Црств и сделало бы из международного общения дппое государство. Всеми этими чертами право «ждународное отличается от внутригосударствен- 549 |