Исследования Американской академии по проблемамглобальной безопасности
![]()
|
НЕРЕШИТЕЛЬНЫЕ РЕФОРМЫ НА ФОНЕ ВИЗАНТИЙСКИХ ИНТРИГ И ДЕФОЛТА Подписанный в сентябре 1996 года мирный договор между Россией и Чечней стал убийственным свидетельством полного поражения российской армии. Кремль сменил руководство "си( ловых структур" (в том числе Коржакова и Грачева) и предоста( вил новому харизматическому и решительному главе Совета бе( зопасности Александру Лебедю свободу действий в разрешении самых безотлагательных проблем. Однако момент славы Лебедя оказался на редкость коротким. После его неожиданного отстра( нения от должности в середине октября 1997 года армия под ру( ководством нового министра обороны генерала Игоря Родионова начала переоценку своих институциональных интересов 24 Военное поражение в Чечне должно было бы послужить мощ( ным катализатором процессов, связанных с самооценкой и само( совершенствованием, поэтому трудно поверить, что столь мало интеллектуальной энергии и организационных усилий было на( правлено верховным командованием на то, чтобы извлечь уроки из этого опыта. Возможно, оно боялось разоблачения собствен( ной некомпетентности: в самом деле, гораздо удобнее муссиро( вать тезис о "предательстве политиков", чем признать свое пора( жение 25 . Возможно также, что генерал Родионов видел свою опору лишь в устаревших советских стереотипах и посему пред( почел перелицовывать старые постулаты о противостоянии Запа( ду, нежели разрабатывать собственные идеи обновления. Родионов никогда бы не решился занять такую позицию, если бы этому не способствовала политическая обстановка, весь( ма кстати созданная первой волной расширения НАТО. Сторон( 24 См. Benjamin S. Lambeth. The Warrior Who Would Rule Russia: A Profile of Aleksandr Lebed (Santa Monica, CA: RAND, 1997). 25 Исследование этого психологического феномена накануне второй чеченской войны см. в: Чечня и состояние российской армии. – Военный вестник, № 6 (Москва: МФИТ, октябрь 1999), http://www.mfit.ru/defensive/ vestnik/vestnik6_1.html Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 63 ники Ельцина хотели бы представить дело так, будто больной президент, оставаясь "убежденным приверженцем интеграции", был "вынужден изменить тон своих высказываний" с учетом сдвигов в общественном мнении 26 . А военная верхушка сразу же поспешила извлечь выгоду из возможности, которая ей пред( ставилась в связи с изменением тона президентской риторики. Родионов не был ястребом от идеологии – его главной целью было принятие программы модернизации обычных вооружений России, и на угрозу расширения НАТО он ссылался для подкреп( ления своей позиции. Такой подход позволял ему избегать клано( вых войн с другими "военно(бюрократическими ведомствами" – войн, которые он, располагая немногочисленными сторонниками в Кремле, почти не имел шансов выиграть. Программа Родионова была нацелена на разрешение многих проблем армии, но она от( личалась одним серьезным недостатком: для ее осуществления требовался огромный объем капиталовложений, которые по при( чине оскудения государственной казны просто неоткуда было взять. Родионова умело ошельмовали и заменили значительно более сговорчивым маршалом Игорем Сергеевым 27 Приоритеты Сергеева в основном определялись его необык( новенно удачной карьерой в ракетных войсках стратегического назначения. Выжидая удобного момента, новый российский ми( нистр обороны наблюдал за тем, как Андрей Кокошин, в прошлом научный работник, написавший множество статей о националь( ной стратегии безопасности США, разрабатывает свой собствен( ный план военной реформы. Когда(то, будучи заместителем министра обороны Грачева, Кокошин осуществил умеренно ус( пешную программу перемен. После неожиданного назначения секретарем влиятельного Совета обороны у Кокошина появился реальный шанс добиться радикальной модернизации высшего 26 См. Coit D. Blacker. Russia and the West, in Michael Mandelbaum, ed. The New Russian Foreign Policy (New York: Council on Foreign Relations, 1998), pp. 167(193, at p. 169. 27 Секретарь Совета безопасности Юрий Батурин, который сыграл ключевую роль в подрыве позиций министерства обороны, канул в полити( ческое небытие сразу после отставки Родионова. Объяснение связи этих событий см. в книге "Эпоха Ельцина" (Москва: Вагриус, 2001), гл. 10; о горь( ких рассуждениях Родионова по поводу его прерванного пребывания на посту министра см. Игорь Коротченко. Перестройку армии нужно начи( нать с сержантов (интервью с Игорем Родионовым). – Независимое воен ное обозрение, 17 января 2003 г. Павел Баев 64 командования вооруженных сил. Поначалу ему сопутствовала удача: в середине 1997 года Ельцин утвердил пакет реформ, пре( дусматривавший сокращение численности вооруженных сил (в частности, числа кадрированных дивизий [то есть дивизий, имев( ших всего 20–25% личного состава регулярной дивизии]) и неко( торые меры по реструктуризации, уже давно бывшие предметом обсуждения (например, объединение ПВО и ВВС) 28 . Однако даль( нейший прогресс был прерван российским финансовым крахом августа 1998 года. Последовавший за ним экономический спад породил глубокий политический кризис, во время которого Коко( шин несколько раз совершил неудачный тактический выбор 29 Последовавшая затем отставка Кокошина позволила Серге( еву выступить со своим вариантом реорганизации министерства обороны. По мнению Сергеева, первоочередная задача состояла в том, чтобы нарастить российский потенциал стратегического сдерживания и создать единое командование стратегическими ядерными силами. Этот план изобиловал недостатками, но его, однако, сочли выполнимым при условии предельной концентра( ции скудных ресурсов страны (которые, по существу, сократи( лись вдвое вследствие обвала рубля в августе 1998 года). Для пущей убедительности Сергеев вновь обратился к оценкам ис( ходивших от НАТО угроз. С началом в марте 1999 года натов( ских бомбардировок Сербии, которые вызвали шквал антизапад( ной риторики в Москве (в том числе слова президента о "третьей мировой войне"), Сергееву представилась прекрасная возмож( ность претворить свой план в жизнь 30 . Однако на фоне действий 28 Хотя некоторые авторы со ссылкой на меня утверждают, что я оха( рактеризовал это как "монументальное решение" (см. Michael Specter. Russia’s Military: Hungry, Angry, and Broke. – International Herald Tribune, July 29, 1997), в действительности я имел в виду далекоидущие планы по оптимизации военной машины. 29 О влиянии Кокошина на российскую военную мысль см. Jacob W. Kipp. Forecasting Future War: Andrei Kokoshin: Scholar and Bureaucrat (Fort Leavenworth, KS: U.S. Army Foreign Military Studies Office, 1998), http:// call.army.mil/fmso/fmsopubs/issues/kokoshin.htm 30 На специальном совещании Совета безопасности, состоявшемся 29 апреля 1998 года, его члены приняли три секретных указа о наращива( нии ядерного потенциала России; в одном из них якобы предписывалось начать разработку нового тактического ядерного оружия. См. Сергей Со кут. Первоочередные государственные интересы России. – Независимое военное обозрение, 7 мая 1999 г. Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 65 НАТО обнаружилась и шокирующая неадекватность всей воен( ной доктрины России, а это с неизбежностью означало, что от амбициозных замыслов Сергеева придется отказаться. План Сергеева страдал двумя основными недостатками. Во( первых, стратегические "мускулы" бесполезны в мире, где нараста( ют нетрадиционные угрозы безопасности. Второй и более серьез( ный недостаток заключался в том, что Сергееву не хватило времени, а может быть, и мужества представить принципиально важную вторую часть своего плана, предусматривавшую сокраще( ние и модернизацию обычных вооруженных сил России: это обя( зательно вызвало бы лобовое столкновение с Генеральным шта( бом 31 . Вынужденные исполнять частично совпадающие функции, два гиганта – министерство обороны и Генеральный штаб – по( стоянно враждовали друг с другом. Однако на этот раз ко всему прочему примешивался и новый фактор: столкновение культур. Руководимое Сергеевым министерство обороны, напичканное "ра( кетчиками", не слишком занимали малые войны или миротворчес( кие операции; превыше всего оно ставило военно(бюрократиче( ские ценности 32 . Генеральный штаб, возглавляемый закаленным в боях ветераном чеченской войны генералом Анатолием Кваш( ниным, притягивал к себе "воинов", вознамерившихся отстро( ить заново обычные вооруженные силы, и, по(видимому, не был заинтересован в модернизации армии 33 Еще одна опасность, возникшая во второй половине 1990(х го( дов, заключалась в ползучем регионализме. Усиленное пораже( нием России в Чечне, это явление свело на нет вызванное той же войной стремление к централизации. Тенденция к региона( лизму, развивающаяся вследствие недостатка финансовых средств и внимания со стороны министерства обороны, приво( 31 Сочувственное изложение истории тяжелых битв, которые вел Сер( геев, см. в: Александр Гольц. Последний шанс технократа. – Итоги, 25 июля 2000 г. 32 Значительная часть опыта, накопленного в ходе "миротворческих операций" разного масштаба, проводившихся с 1992 по 1994 год, была ут( рачена после того, как в начале 1995 года заместитель министра обороны Георгий Кондратьев подал в отставку в знак протеста против вторжения в Чечню. Подробнее об этом см. главу, написанную Роем Эллисоном для на( стоящей книги. 33 Положительную точку зрения на деятельность Квашнина на своем посту см. в: Михаил Ходаренок. Отнюдь не вредитель. – Независимое во енное обозрение, 22 марта 2002 г. Павел Баев 66 дит к растущей зависимости войсковых частей от довольствия, поставляемого региональными политическими властями 34 . Эта тенденция, хотя и оставалась ограниченной, воплощала в себе "неконтролируемый и, по(видимому, не поддающийся управле( нию распад центральной власти", который в августе 1998 года, казалось, вел к краху всей страны 35 . Впрочем, кризис породил и новые импульсы к объединению, в особенности среди полити( ческих элит, признававших существование очевидной и посто( янной опасности нового государственного дефолта. В целом "мирная пауза" во время второго президентского срока Ельцина представляла еще одну упущенную возможность проведения глубокой структурной военной реформы. Россий( ская армия не смогла обновиться не просто потому, что у нее не было последовательной доктрины или ясной цели, и не только потому, что находилась во власти бюрократической инерции. Недостаток бюджетного финансирования должен был бы под( толкнуть военных к поискам нового, но этого не случилось. По мере того как политическое руководство все усерднее подыски( вало наследника, высшее военное командование оставалось вер( ным традиционной установке, согласно которой главным про( тивником страны является Запад. В этом вопросе глубоко укоренившиеся предрассудки и личная заинтересованность ру( ководителей сложились воедино и взаимно усилили друг друга. Военное руководство продемонстрировало, что оно лишь в огра( ниченной степени способно извлекать уроки как из своих уни( зительных поражений, так и из осознания собственной склон( ности к внутренним раздорам в период полного отсутствия политического руководства. Впрочем, в то же самое время рос( сийское общество, казалось, вновь выразило готовность вклады( вать средства в укрепление вооруженных сил. 34 Как указывает Мартин Николсон, "бедность вооруженных сил уве( личивает зависимость местных командиров от денежного и продуктового довольствия, а также жилья, предоставляемого региональными элитами". См. Nicholson. Towards a Russia of Regions. Adelphi Paper no. 330 (London: International Institute for Strategic Studies, 1999), p. 67. 35 См. Gail Lapidus. State Building and State Breakdown in Russia, in Archie Brown, ed. Contemporary Russian Politics: A Reader (Oxford: Oxford University Press, 2001), pp. 348(354, at p. 350. Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 67 ДВИЖЕНИЕ ПРОЧЬ ОТ РЕФОРМ Стремительное восхождение Владимира Путина к высотам власти часто объясняют тем, что оно произошло вследствие ма( нипуляции сознанием вконец запутавшихся граждан со сторо( ны политтехнологов. Однако в действительности его взлет все( цело связан с хорошо рассчитанным и умелым использованием военной силы. Впрочем, и завышенные ожидания вооруженных сил, и определенные опасения по поводу ремилитаризации госу( дарства и общества, бытовавшие в быстро таявших либеральных кругах, выглядели к концу первого президентского срока Пути( на в значительной степени безосновательными. Действительно, на удивление мало было сделано за этот период для оживления военных структур России, а якобы достигнутая в Чечне победа обернулась кровавым кошмаром. Данный раздел начинается с оценки российских взглядов на существующие угрозы. Затем в нем рассматриваются отноше( ния Путина с военным руководством, за которыми следует об( зор некоторых новых черт в дислокации российских вооружен( ных сил и возможностей по переброске войск. Тупики доктрины и неверная оценка угроз За первые годы, проведенные Путиным в Кремле, произош( ла серьезная переоценка угроз безопасности Российской Феде( рации и было разработано множество программных документов, причем примечательно, что между первым и вторым практиче( ски не существовало связи. Определяя свои цели, Путин старал( ся исходить из существующих доктрин, в том числе из Концеп( ции национальной безопасности 1997 года 36 . Однако ни военная доктрина, ни концепция национальной безопасности, ни все прочие дополняющие документы, в том числе Военно(морская доктрина, принятая в мае 2001 года, не содержали конструктив( ного анализа революционных изменений, произошедших в ус( ловиях обеспечения безопасности России. Таким образом, в них 36 Глубокое исследование Концепции национальной безопасности 1997 года содержится в: Raymond Aron. The Foreign Policy Doctrine of Postcommunist Russia and Its Domestic Context, in Mandelbaum. The New Russian Foreign Policy, pp. 23(63. Павел Баев 68 не могло быть и ценных указаний по переоснащению военной структуры страны. В самом деле, разрыв между тем, как в них понималась (и старательно излагалась) роль армии, и реальным состоянием обороны России был поистине фантастическим. Представители высшего военного командования, по(видимому, предпочитали жить в собственном выдуманном мирке, нежели участвовать в ожесточенных спорах о будущем вооруженных сил. Такого рода склонность к эскапизму можно было бы занес( ти в анналы политического психоанализа, не будь ущерб, нано( симый ею целостности военных структур России, столь велик. Особенно рельефно недостатки этих доктрин проявляются при определении первоочередности угроз и вызовов безопасно( сти, хотя, в принципе, такое определение должно было бы со( здать основу для формулирования требований к миссии воору( женных сил. Многие аналитики подметили, что именно в этом отношении советский характер новых доктрин становится осо( бенно явственным – и не потому, что в них имеются текстуаль( ные совпадения (у СССР никогда не было официальной военной доктрины; лишь в 1987 году Горбачев решил, что таковая необ( ходима), а потому, что в них Россия предстает "осажденной кре( постью", выживание которой зависит от военных 37 . Своей жи( вучестью это извращенное мировоззрение обязано не только консерватизму, присущему складу мышления военных, и не только их склонности принимать за основу наихудший вариант; в основе всего лежит политический выбор. Оседлав волну "патриотической мобилизации", президент Путин поначалу не видел необходимости в том, чтобы отдавать предпочтение одним видам вооруженных сил перед другими: это неизбежно вызвало бы отчуждение тех или иных слоев военной бюрократии. Осознавая существование широкого спектра опас( ностей, рисков и угроз и то, как озабочены этим военные, Путин распорядился увеличить военный бюджет. Впрочем, если у него и оставались иллюзии относительно способности военного руковод( ства распределить деньги по справедливости, их быстро развеяла 37 Так, Дик пишет: "В советские времена мировая война характеризо( валась как попытка международного капитализма покончить с силами со( циализма. В новой военной доктрине слышится, наверное, параноидальное эхо подобных взглядов, так как в ней мировая война рассматривается в контексте усилий по разгрому или расчленению России". См. Dick. Russia’s New Doctrine Takes Dark World View, p. 18. Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 69 публичная ссора между министром обороны Сергеевым и началь( ником Генерального штаба Квашниным, произошедшая в июле– августе 2000 года 38 . Продемонстрировав открытое неповиновение, Квашнин стал инициатором этой ссоры, утверждая, что ему недо( стает ресурсов для ведения войны в Чечне. Этого аргумента ока( залось достаточно, чтобы Путин отказался от немедленных попы( ток реорганизовать вооруженные силы 39 Таким образом, Путину не удалось избежать определения при( оритетов. Новый президент считает себя прагматиком, и в каче( стве такового он сделал два заключения из двух бесспорных фак( тов: 1) война в Чечне приобрела затяжной характер и 2) Запад обладает подавляющим военным превосходством. Его первый вы( вод сводился к тому, что следует нарастить возможности России по ведению малых войн. Второй – что всякая возможность конфрон( тации с Соединенными Штатами и НАТО должна быть сведена к минимуму, если не полностью устранена. По ряду причин Путину не удалось добиться быстрого осуществления задач в рамках пер( вого приоритета, но он незамедлительно предпринял шаги по ре( формированию отношений России с Западом 40 . Начал он с того, что отменил все планы по наращиванию и объединению стратеги( ческих сил, в связи с чем Сергеев был отправлен в отставку. Вдоба( вок он смягчил панические оценки выхода США из Договора по ПРО от 1972 года и объявил, что Договор о сокращении стратеги( ческих наступательных потенциалов от 2002 года, несмотря на его необязательный характер, снимет стратегическое сдерживание с международной повестки дня 41 . Москва, по(видимому, истолкова( 38 О резонансе, который имел этот скандал, см. Александр Гольц, Дмит рий Пинскер. Вавилонская вертикаль. – Итоги, 15 августа 2000 г. 39 Официально начальник Генерального штаба подчиняется министру обороны, так что открытый бунт Квашнина вышел далеко за рамки традици( онного ворчливого недовольства и нелояльности. См. Алексей Петров. Нет хуже беды, чем двоевластие в армии. – Независимая газета, 27 июля 2000 г. 40 Подробнее об этих причинах см. Pavel Baev. The Challenge of «Small Wars» for the Russian Military, in Roger McDermott and Anne C. Aldis, eds. Russian Military Reform, 1992–2002 (London: Frank Cass, 2003). См. также главу, написанную Роем Эллисоном для настоящей книги. 41 Алексей Арбатов утверждал, что отмена планов Сергеева ослабила российскую позицию на переговорах с Соединенными Штатами. См. Рос( сийско(американский саммит ничего не решит (интервью с Алексеем Ар( батовым). – Независимая газета, 7 февраля 2002 г. Критическая оценка американского подхода дана в: Ivo H. Daalder and James M. Lindsay. One Day Wonder. – American Prospect, August 26, 2002. Павел Баев 70 ла ратификацию этого договора Сенатом США в марте 2003 года как еще одно свидетельство уменьшения значимости контроля над стратегическими вооружениями на мировой арене 42 Удары террористов по Нью$Йорку и Вашингтону 11 сентября 2001 года часто представляют как поворотный пункт в российских отношениях с Западом 43 . На деле они просто дали Путину возмож$ ность заявить, что дальнейшая конфронтация с Соединенными Штатами и НАТО не имеет смысла и что настало время развивать зрелое партнерство. Такой резкий сдвиг, в свою очередь, заставил военных заново обдумать свою задачу и будущий состав вооружен$ ных сил 44 . Военная верхушка еще не успела толком осмыслить зна$ чение последствий этого нового вызова, когда в октябре 2002 года чеченские террористы захватили несколько сотен заложников в Московском театральном центре. Кризис закончился гибелью большого числа заложников, не оставив никакого сомнения в том, что война в Чечне по$прежнему будет определять основные потреб$ ности российских вооруженных сил на годы вперед. Путин заявил, что дело не должно сводиться к поверхност$ ному переформулированию концепции национальной безопас$ ности, и приказал сосредоточить усилия военных на противо$ действии угрозе терроризма. Этот приказ завел военную мысль в концептуальный тупик 45 . Как и в начале 1990$х годов, воору$ 42 См. Виктор Соколов. США подкупают Россию ратификацией Дого$ вора о сокращении СНП? – Страна.Ru 7 марта 2003 г., http:// www.strana.ru/print/173187.html Кроме того, эта проблема подробно рас$ сматривается в главе, написанной Роуз Готтемеллер для настоящей книги. 43 Так, Дейл Р. Херспринг утверждал: "Ни одно событие не имело та$ кого огромного влияния на отношения Путина с военными, как [катастро$ фа] 11 сентября". См. Herspring. Putin and Military Reform: Some First Hesitant Steps. – Russia and Eurasia Review, September 10, 2002, http:// 161.58.193.170/pubs/view/rer_001_007_001.htm 44 Генерал Андрей Николаев, возглавлявший до 2004 года комитет Думы по обороне, как$то с горечью заметил, что политическая парадигма "у России нет врагов" требовала устранения самого термина "война" из всех основных документов, подготовленных в Генеральном штабе. См. Думский план военной реформы (интервью с Андреем Николаевым). – Независимое военное обозрение, 8 февраля 2002 г. 45 Первоначальные попытки оформить идею "контртеррористической войны" с помощью существующих шаблонов принесли не очень убедитель$ ные результаты. См., например, Леонид Ивашов. Вползание в "мятежевой$ ну". – Независимая газета, 13 ноября 2002 г. и Андрей Николаев. У нас – террористическая война. – Независимая газета, 15 ноября 2002 г. Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 71 женным силам вновь поставили ряд задач, для решения которых они не располагали ни силами, ни средствами, ни подготовкой и при решении которых они навсегда были бы обречены проигры( вать в сравнении с другими "военно(бюрократическими ведом( ствами" России. Единственным выходом, с точки зрения воен( ных, являлась замена угрозы терроризма набором других угроз безопасности, исходящих с исторически нестабильного Юга – от Афганистана до Грузии. Прямым последствием этого шага для армии стало бы перемещение стратегического фокуса с оказа( ния поддержки Федеральной службе безопасности (ФСБ) в ее борьбе с террористическими сетями на претензии на ведущую роль в развертывании войск и создании угроз применения воен( ной силы по всей территории обширного Каспийского региона. Такое перемещение фокуса мало чем отличается от стратегиче( ской переориентации США с усилий по разгрому "Аль(Каиды" на усилия по завоеванию и оккупации Ирака 46 – стратегию, ко( торую часто связывают с именем заместителя министра оборо( ны США Пола Вулфовица 47 . Основная разница состоит в том, что американская армия нацеливается на врага, с которым она способна справиться. Российское же военное руководство стоит у края зияющей пропасти, пролегающей между осмыслением идущих с Юга угроз и организацией сил на противостояние им. Приручение консервативного оборонного истеблишмента Демонстрируя твердую решимость провести пересмотр оценок угроз, президент Путин по(прежнему очень осторожен в отноше( нии того, чтобы побудить высшее военное командование следовать его примеру. По(видимому, эта сдержанность объясняется тем, что он сам много лет прослужил в другой крупной бюрократической организации – КГБ 48 . Путину с трудом дается понимание того, что 46 Подробно эта тема разрабатывается в: Fiona Hill. Putin and Bush in Common Cause? – Brookings Review, Summer 2002, pp. 33(35. 47 Как заметил один из комментаторов, «заслуженно или незаслужен( но, Пол Вулфовиц стал громоотводом для большей части критики подобно( го рода, так что клич “а подать сюда Вулфовица!” уже стал лозунгом всех тех, кто любит задавать настырные вопросы об уровне доверия к США». Michael Hirsh. Neocons on the Line. – Newsweek, June 23, 2003, p. 20. 48 О влиянии правительственной бюрократической культуры на стиль руководства Путина см. Dale R. Herspring. Who Is Vladimir Putin? – Russia and Eurasia Review, November 5, 2002, http://161.58.193.170/pubs/view/ rer_001_011_001.htm Павел Баев 72 самое большое препятствие на пути преобразования российской армии – это раздутый сверх меры правительственный аппарат. В то же время он проявляет озабоченность потенциальной полити( ческой угрозой со стороны "чеченских кругов" армии. В 1999 году Путин шел к власти, эксплуатируя "военную тему". Хотя он и не включил "воинов" в круг своих ближайших соратников, он повысил роль Генерального штаба. Учитывая его сомнения в верности "чеченских генералов", нет ничего удиви( тельного в том, что между ними сложились далеко не сердечные отношения 49 . Путем осторожных перетасовок Путин старался продвигать по службе генералов, не принимавших участия в чеченской войне (таких, как командующий сухопутными войс( ками генерал Николай Кормильцев) 50 , и назначать тех, кто в ней участвовал, на менее важные в политическом отношении долж( ности 51 . Хотя распространению "воинской культуры" в среде военных почти невозможно поставить заслон, Путин успешно обуздал политические амбиции ее наиболее ярких представите( лей, чтобы воспрепятствовать появлению харизматического ли( дера, способного стать его возможным соперником. Однако его действия еще больше подорвали верность военного руководства и способствовали возникновению очевидного отчуждения меж( ду военной верхушкой и верховным главнокомандующим. Осознав существование данной проблемы, Путин попытался нейтрализовать хотя бы самые разрушительные ее последствия. Например, в марте 2001 года он назначил министром обороны сво( его наиболее доверенного советника Сергея Иванова (пойдя ради этого даже на ослабление координирующей роли Совета безопас( ности). Однако Иванов не получил от президента мандата на ради( 49 Об этих взаимных подозрениях см. Pavel Baev. Putin’s Court: How the Military Fit In. PONARS Policy Memo no. 153 (Washington, DC: Council on Foreign Relations, December 2000). 50 В июне 2003 года Кормильцеву присвоили звание генерала армии; характерно, что лишь немногие из 97 офицеров, получивших генеральские звания на этой ежегодной церемонии, служили в Чечне. См. В России при( бавилось генералов армии. – Грани.Ру 11 июня 2003 г., http://www.grani.ru/ War/p.35237.html 51 Публичный скандал по поводу снятия с должности генерала Генна( дия Трошева в конце 2002 года показал, что такая кадровая политика при( годна лишь в ограниченных рамках. См. Владимир Темный. Террариум то( варищей по оружию. – Грани.Ру, 19 декабря 2002 г., http://www.grani.ru/ War/m.17475.html Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 73 кальное изменение структуры военного руководства; обязанности министра обороны в основном ограничивались надзором за испол( нением военного бюджета, а также заботами о соблюдении обшир( ных внешних обязательств. Иванов добился значительных успехов, упорядочив движение денег внутри военной машины, но, к разоча( рованию профессиональных военных чиновников, не сумел вос( пользоваться связями с Путиным для увеличения военного бюд( жета 52 . Иванов попадал во все большую изоляцию внутри собственного ведомства: во всех важных вопросах над ним брал верх непокорный начальник Генерального штаба Квашнин 53 За мелкими кабинетными интригами стоит более значитель( ный вопрос о том, кто же в действительности контролирует власть внутри режима Путина. Нежелание президента раздра( жать военную верхушку не объясняет отсутствия серьезных усилий по сокращению и упорядочению излишних структур в верховном командовании. Тупиковая ситуации в Чечне, казалось бы, должна была подстегнуть такие усилия, но в ней, видимо, кроется и ключ к пониманию того, почему этого не произошло. Хотя Путин опирается на "силовые структуры" в качестве проводника своей политики и главный источник власти, у него есть причины опасаться, что они приобретут слишком большое влияние и, возможно, сделают его заложником собственных мест( нических интересов. По всей видимости, президент испытывает больше доверия к ФСБ, помещая все прочие "военно(бюрократи( ческие ведомства" под ее контроль; ему явно не хочется иметь дело с хорошо организованным военным сословием, сплоченным зовущей к действию "воинской культурой" 54 . Если посмотреть на 52 В самом деле, доводы в пользу увеличения военных расходов пото( нули в громе сражений за бюджет 2003 года. Резкий комментарий по этому поводу см. Юлия Латынина. Черная дыра в третьем чтении. – Новая газе та, 25 ноября 2002 г. 53 Об ограниченности влияния Иванова см. Михаил Ходаренок. Эф( фект Грачева. – Независимая газета, 22 августа 2001 г. 54 Неожиданная перетряска "силовых структур", предпринятая Пути( ным в марте 2003 года, главным образом укрепила "империю ФСБ", кото( рая снова включает в себя пограничную службу и ФАПСИ; укреплению влияния военного руководства она никак не способствовала. См. Илья Бу лавинов. Силовой прием. – Коммерсант, 12 марта 2003 г. О бюрократиче( ской логике этих перемен и сопутствующих им рисках см. Mark Kramer. Oversight of Russia’s Intelligence and Security Agencies: The Need for and Prospects of Democratic Control. PONARS Policy Memo no. 281 (Washington, DC: Center for Strategic and International Studies, December 2002). Павел Баев 74 Чечню под этим углом зрения, то она предстанет не столько поли( тическим бременем, сколько удобным инструментом в руках Пу( тина, с помощью которого он пытается усилить свой контроль над "силовыми структурами" и стать менее зависимым от них 55 . Пока ответственность за положение дел в Чечне всецело лежит на ар( мии, министерстве внутренних дел, да и ФСБ, это позволяет Пу( тину решать, кого сделать козлом отпущения после очередной засады или нападения террористов, каких чиновников в военно( бюрократической пирамиде наказать, а каких помиловать. Одним словом, то, что во время своего первого президент( ского срока Путин занимался скорее перетасовкой высшего во( енного командования, чем его перестройкой, говорит о том, что подготовке к защите российских интересов от возникающих угроз безопасности он предпочитает деятельность по нейтрали( зации потенциальных политических угроз. Регионализация и переориентация на Юг Веря в необходимость централизованного контроля, прези( дент Путин с самого начала был обеспокоен ослаблением Рос( сийского государства в результате ничем не ограниченного ре( гионализма. В связи с этим он начал осуществление обширной программы новой централизации, основанной на усилении бю( рократических рычагов управления. Важным элементом этой программы было укрепление военных структур России. Вдоба( вок, сознавая, что поначалу он может рассчитывать на мобили( зующий эффект второй чеченской войны, Путин также пони( мал, что одного этого будет недостаточно. Поэтому он провел в жизнь ряд согласованных организационных мер, призванных увеличить это преимущество. В мае 2000 года Путин объявил о создании нового "слоя" власти между федеральным центром и 89 "субъектами" Федера( ции в виде семи административных "сверхрегионов" 56 . Главным 55 Впервые я высказал это соображение в: Pavel Baev. A Useful War? – Russia and Eurasia Review, December 17, 2002, http://161.58.193.170/pubs/view/ rer_001_014_001.htm и развил его в: Pavel Baev. Examining the “Terrorism(War” Dichotomy in the “Russia(Chechnya” Case. – Contemporary Security Policy, vol. 24, no. 2 (August 2003), pp. 29(46. 56 Проницательный анализ этой меры содержится в: Nikolai Petrov. Seven Faces of Putin’s Russia. – Security Dialogue, vol. 33, no. 1 (March 2002), pp. 73(91. Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 75 в этой инициативе было то, что деятельность всех "силовых структур" – от правоохранительных органов до армии – подле( жала интеграции под контролем семи полномочных представи( телей президента 57 . В качестве основы для построения сверхре( гионов были взяты семь округов внутренних войск. Всем прочим "военно(бюрократическим ведомствам" (примечательно, что в их число не входила ФСБ) вменялось в обязанность соответственно преобразовать свою организационную структуру. Для воору( женных сил особое значение имело то, что им предлагалось объединить свои тыловые службы с тыловыми службами внут( ренних войск. Это позволило бы голодающим армейским частям улучшить снабжение и, таким образом, ослабить свою зависи( мость от местных властей 58 Объявленный Путиным в качестве средства, способного "скрепить и цементировать российскую государственность", план, однако, вскоре натолкнулся на ряд организационных пре( пятствий 59 . Ведомства президентских представителей были ус( пешно образованы и обеспечены кадрами, но работа по интегра( ции деятельности обособленных бюрократических учреждений оказалась куда труднее, чем предполагали разработчики плана. Впрочем, его главная слабость состояла в том, что представители президента были не в состоянии контролировать распределение ресурсов; выходило, что единственным настоящим источником их власти является возможность доступа к президенту, какой бы ненадежной она ни была. Министерство внутренних дел успеш( но саботировало предложение по интеграции тыловых служб, специфические преграды вставали и на пути "гармонизации" различных административных процессов 60 . Видя мало смысла в подчинении своей деятельности представителям президента, 57 Первые отзывы на эту меру см. Андрей Корбут, Дмитрий Николаев. Кремль объединяет силовиков в регионах. – Независимое военное обозре ние, 19 мая 2000 г. и Александр Гольц. Семь шестерок в одной колоде. – Итоги, 23 мая 2000 г. 58 См. Войска крепки своими обозами (интервью с начальником тыла вооруженных сил генерал(полковником Владимиром Исаковым). – Неза висимое военное обозрение, 2 марта 2001 г. 59 По этому поводу см. Марина Волкова, Сергей Сергиевский. Кремль хочет изменить державу. – Независимая газета, 19 мая 2000 г. 60 См. отчет хорошо информированного обозревателя: Николай Пет ров. Вертикаль ФСБ и МВД: кадры решают все. – Politcom.Ru 2 октября 2002 г., http://www.politcom.ru/2002/aaa_p_vz413.php Павел Баев 76 военное руководство в сентябре 2001 года осуществило план объединения Приволжского и Уральского военных округов, что явилось очевидным вызовом замыслу "семиэлементной" конст( рукции. В целом к концу первого президентского срока Путина в новой структуре стали заметны признаки бюрократических излишеств. Между тем заботы об обеспечении способности цен( тра контролировать развитие событий в регионах становились все более насущными 61 Сегодня все чаще возникают вопросы о логических основа( ниях дислокации военных сил России. Оставим в стороне запу( танные положения доктрин; небольшая группа экспертов в об( ласти безопасности, с которыми советуется Путин, изначально считала, что Россия столкнется с рядом угроз безопасности на южном направлении – от Чечни до обширного Каспийского региона – с его взрывоопасным сочетанием межгосударствен( ного соперничества, нефтяных богатств и терроризма 62 Чтобы противостоять этим угрозам, военному командова( нию пришлось бы размещать войска ближе к потенциальным театрам военных действий, а другие силы (служащие стратеги( ческим резервом) следовало бы сделать более мобильными. Од( нако ни одно из этих требований не было выполнено. Слияние Приволжского и Уральского военных округов имело какой(то смысл в том отношении, что сориентировало штаб нового окру( га в направлении Центральной Азии, но оно ни в коей мере не способствовало наращиванию военных возможностей. Так, дис( лоцированная на постоянной основе в Таджикистане 201(я ди( визия все больше напоминает "потерянный легион", а пред( принимаемые Москвой с конца 2001 года попытки нарастить российское военное присутствие в Таджикистане и Киргизии (в контексте проводимой США в Афганистане военной операции 61 Анализируя упорные попытки Кремля создать впечатление, что он осуществляет строгий контроль, Стивен Холмс выдвинул предположение, что Путин "хочет волшебным образом обрести реальную власть в будущем, создавая иллюзию власти в настоящем". См. Holmes. Simulations of Power in Putin’s Russia, in Andrew C. Kuchins, ed. Russia after the Fall (Washington, DC: Carnegie Endowment for International Peace, 2002), pp. 79(89, at p. 84. 62 Анализ этих взглядов содержится в: Pavel Baev. Russia’s Policies in the Southern Caucasus and the Caspian Area. – European Security, vol. 10, no. 2 (summer 2001), pp. 95(110. Г ЛАВА 1. Траектория российской армии: сокращение, разложение, поражение 77 "Вечная свобода" [Enduring Freedom]) не привели ни к впечатля( ющим результатам, ни к созданию системы материально(техни( ческого обеспечения 63 . Да и сосредоточенные вокруг Москвы военно(воздушные дивизии и бригады (Тульскую, Рязанскую и Псковскую), несмотря на их название, до Каспийского региона придется много недель везти по железной дороге 64 Летом 2002 года по прямому указанию Путина Россия про( вела военно(морские учения в Каспийском море. Однако на ее южных соседей, которые уже имеют прямые контакты с разме( щенными в регионе американскими войсками, эта демонстра( ция силы вряд ли произвела впечатление 65 . Вооруженные силы подверглись серьезному экзамену в сентябре 2002 года, когда резко усилившаяся напряженность в отношениях России с Гру( зией заставила Москву пригрозить, что она проведет молние( носную военную операцию в Панкисском ущелье. В то же время российскому высшему командованию пришлось признаться, что сил на такую кампанию, за исключением самолетов для нанесе( ния карательных ударов с воздуха, у него почти нет 66 . Непре( ложный в стратегическом смысле факт состоит в том, что война в Чечне, выявившая настоятельную необходимость в стратеги( ческом развертывании российских войск на кавказском и цент( ральноазиатском направлениях, в то же время резко подорвала способность России осуществить такое развертывание. В заключение следует сказать, что во время первого прези( дентского срока Путина наблюдался устойчивый рост нестабиль( ности к югу от российских границ, высшей точкой которого ста( 63 В конце концов на авиабазе Кант близ столицы Киргизии Бишкека была дислоцирована всего одна сборная эскадрилья тактической авиации. См. Сергей Сокут. Грозить террористам будем из Бишкека. – Независи мое военное обозрение, 6 декабря 2002 г. 64 О деградации воздушно(десантных войск см. Михаил Тимофеев. ВДВ – пока без изменений. – Независимое военное обозрение, 5 апреля 2002 г. 65 Отчет об учениях см. Сергей Сокут. Военные возвращаются на Кас( пий. – Независимое военное обозрение, 16 августа 2002 г.; о реакции в регионе см. Roger McDermott with Alex Vatanka and Pavel Baev. Central Asian States: Split Loyalties. – Jane’s Defense Weekly, October 16, 2002, pp. 82(90. 66 Москве пришлось прервать хорошо срежиссированную пропагандист( скую кампанию и пойти на компромисс, чтобы сохранить лицо. См. Михаил Ходаренок. Погрозили и забыли. – Независимое военное обозрение, 4 октября 2002 г. и Grigory Yavlinsky. This Could Prove a Costly Escapade. – Moscow Times, September 23, 2002. Павел Баев 78 ло американское вторжение в Ирак в марте 2003 года. Однако на стратегической дислокации российских вооруженных сил новая реальность никак не отразилась. Хотя удается сдерживать опас( ность военного регионализма, его коренные причины не устра( нены 67 . В то же время боеготовности вооруженных сил нанесен тяжелый урон вследствие межведомственного соперничества и едва скрываемой враждебности по отношению к любым предло( жениям по переустройству армии, выдвигаемым Генеральным штабом. Между тем военная инфраструктура России пришла в такой упадок, что, по существу, утратили смысл столь основопо( лагающие принципы военного искусства, как маневренность и совместные боевые действия. |