Философия. Лега В.П. История философии. Ч.1.. Православный святотихоновский гуманитарный университетбогословский
![]()
|
§ 1. О БЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА Начало эллинистической философии совпадает с деятельностью Александра Македонского, с прекращением существования гре- ческих городов-полисов и с образованием империи. Жизнь изме- няется, нарушается привычный ее темп. Появление большей ин- формации о жизни других народов, изменение образа жизни, во многом ее ухудшение, обилие войн, несчастий, болезней изменяют и философские акценты. Раньше философия занималась или познанием природы, как у досократиков, или метафизическими вопросами — онтологией, гносеологией, как у Платона и Аристотеля. В философии элли- низма главенствующий характер приобретает интерес к человеку. Если в городе-полисе человек ощущал свою тесную связь с обще- ством и поэтому не мыслил своего счастья вне государства (как это видно на примере философий Платона и Аристотеля), то в огром- ной империи интерес государства к индивидуальному человеку ос- лабевает, каждый начинает ощущать себя одиноким перед лицом жизни с ее многочисленными бедами. Люди понимают, что ника- кое государство не поможет человеку в его бедах, что его счастье зависит только от него самого. Поэтому интерес в философских поисках смещается на исследование человеческой природы, инди- видуальности, личности (хотя понимания личности в современном нам смысле в античности не было). В эллинистических философ- ских построениях метафизические вопросы уступают место инте- ресам этики. Все главные философские эллинистические систе- мы — эпикуреизм (философия Эпикура), стоицизм (философия стоиков), скептицизм (философия скептиков) — направлены на решение одного вопроса: как человеку жить в условиях сущес- твующего мира? Разумеется, продолжают свое существование и Академия, и Ликей, но не они задают общий тон в философии. Выделяются школы эпикурейства, скептицизма и стоицизма. Они возникли в одно время, существовали долго, даже после Рождества Христова, и закончили свое существование, когда по Европе рас- пространилось христианство. § 2. Эпикур 153 Скептицизм был реакцией на философию стоиков, и в меньшей степени — эпикурейства. Была еще одна философская школа — неоплатонизма, которая возникает позже, хотя школы Платона продолжают существовать и в эпоху эллинизма. Неоплатонизм — самая мощная философская школа первых веков христианства. § 2. Э ПИКУР Эпикур (341–270 гг. до Р.Х.) родился на острове Самос. В 306 г. до Р. Х. перебрался в Афины и купил сад на окраине города. В саду он основал свою собственную школу, она часто и называется Садом. Эпикур написал около 300 книг. Среди них — «О приро- де», «Об атомах и пустоте», «Об образе жизни». До наших дней эти произведения не дошли, но в книге Диогена Лаэртского по- мещены письма Эпикура Геродоту, Пифоклу и Менекею, а также небольшая работа «Главные мысли», из которых можно подроб- но и из первых рук узнать о сути учения Эпикура. В дальнейшем философия Эпикура нашла свое продолжение в учении римского философа Тита Лукреция Кара, изложенном в его основной книге «О природе вещей», доступной современному читателю. Цель философии, по Эпикуру, указать путь человеку к счастью. Чтобы узнать, что такое счастье человека, нужно изучить природу человека, а для этого надо изучить природу вообще и исследовать познавательные способности человека, т. е. необходимы физика и теория познания, которую Эпикур называл каноникой. В теории познания Эпикур был сенсуалистом и считал, что кри- терием истины являются ощущения. Ощущения являются основой знания, они дают нам истинную картину мира и ошибаться не мо- гут. Повторяющиеся ощущения образуют некий оттиск в душе, на основе которого возникает понятие воспринимаемого предмета. Эти понятия тоже истинны, а мысли о понятиях, т. е. умозаключе- ния, могут быть ошибочными. Указав истинный — сенсуалистический — путь познания, Эпи- кур разрабатывает учение о природе. Физику он основывает на атомистической философии Демокрита и, как и свой предшест- венник, считает, что все тела состоят из атомов, которые находят- ся в постоянном движении. Атомы чрезвычайно малы, и поэтому их нельзя увидеть. Между атомами — пустота, и поэтому скорости движения всех атомов одинаковы. Если бы пустоты не было, не- возможно было бы движение. Механизм движения атомов нахо- 154 Глава IV. Эллинистическая философия дится в самих атомах. Атомы существуют, поскольку если бы тела делились до бесконечности, то они исчезли бы. Все изменения в телах происходят из-за перемещения атомов. Число атомов бес- конечно, бесконечна и Вселенная. В самом деле, пишет Эпикур, «что имеет предел, то имеет край; а край — это то, на что можно смотреть со стороны; стало быть, края Вселенная не имеет, а зна- чит, и предела не имеет. А что не имеет предела, то беспредельно и неограниченно» (Диог. Лаэрт., X, 41). Вселенная вечна, ведь ничто не возникает из ничего и не уничтожается в ничто. Миров, подобных нашему (т. е. нашей Земле), бесконечное мно- жество. Другие миры тоже состоят из атомов. Между этими мира- ми находятся боги. Боги существуют не в мире, а между мирами, и поэтому на наш мир не влияют. Так как боги не влияют на наш мир, на нас, то и обратной связи не существует. Всякое поклоне- ние богам — бессмысленно, боги совершенно блаженны, поэтому бояться богов бессмысленно. Бог как «существо блаженное и бес- смертное ни само забот не имеет, ни другим не доставляет, а поэто- му не подвержено ни гневу, ни благоволению: все подобное свойс- твенно слабым» (Диог. Лаэрт., X, 139). Свое учение о боге Эпикур сознательно противопоставил взглядам толпы: «Да, боги существу- ют, ибо знание о них — очевидность; но они не таковы, какими их полагает толпа, ибо толпа не сохраняет их [в представлении] таки- ми, какими полагает. Нечестив не тот, кто отвергает богов толпы, а тот, кто принимает мнения толпы о богах, — ибо высказывания толпы о богах — это… домыслы, и притом ложные», — пишет он в письме к Менекею (Диог. Лаэрт., X, 123). Понятно, что последо- вавшее обвинение Эпикура в атеизме было вполне логичным для языческого общества, обвинившего ранее в атеизме Анаксагора и Сократа. Цицерон так писал об Эпикуре: «Да насмехается же над нами этот человек, не столько остроумный, сколько беззастенчиво позволяющий себе писать все, что ему угодно. Какая ведь может быть набожность, если боги не заботятся о человеческом? Может ли быть такое живое существо, которое бы ни о чем не заботи- лось?.. То, что он говорил о бессмертных богах, он говорил ради того, чтобы не подвергнуться осуждению» 1 . Следует признать логи- ку в этом обвинении: если боги никак не влияют на жизнь людей, ничего о них не знают и молитвы богам поэтому не имеют никако- 1 Цицерон. О природе богов, 1, 44 // Цицерон. Философские трактаты. М., 1985. С. 99–100. § 2. Эпикур 155 го смысла, то такое богословие по сути действительно сближается с атеизмом. Впрочем, под атеизмом в эпоху поздней античности понималось не неверие в богов в том смысле, в каком понимаем это мы, христиане, а простой отказ от совершения религиозных обрядов — прежде всего жертвоприношений. С этой точки зрения христиане тоже казались древним римлянам атеистами, поскольку отказывались поклоняться идолам. Быть счастливыми людям мешает постоянный страх — перед не- бесными явлениями, перед богами и перед смертью. Чтобы изба- вить людей от всех видов страха, и необходима философия. «Пусть никто в молодости не откладывает занятий философией, а в ста- рости не утомляется занятиями философией: ведь для душевного здоровья никто не может быть ни недозрелым, ни перезрелым, — пишет Эпикур Менекею. — Кто говорит, что заниматься филосо- фией еще рано или уже поздно, подобен тому, кто говорит, будто быть счастливым еще рано или уже поздно» (Диог. Лаэрт., X, 122). Страх перед небесными явлениями возникает вследствие незнания людьми их причин и сущности. Согласно Эпикуру, все протекаю- щие в мире процессы имеют причинно-следственный механизм, всё можно объяснить и понять. Узнав естественную причину не- коего явления, человек побеждает страх перед ним. Смерти тоже бояться не надо, так как жизнь и смерть никогда не соприкасаются. «Самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения; когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет. Таким образом, смерть не сущес- твует ни для живых, ни для мертвых, так как для одних она сама не существует, а другие для нее сами не существуют» (Диог. Лаэрт., X, 125). Удивительно, что люди боятся смерти — того, чего никогда не могут знать. Кроме того, смерти бояться не надо, так как душа, как и тело, состоит из атомов, и со смертью распадаются на атомы и тело, и душа. Душа смертна, и загробной жизни не существует. По- этому смысл и цель жизни — в самой жизни. Этот смысл Эпикур находит в том, чтобы избегать страданий, получать наслаждение. Эпикур ищет свободу от страданий тела и от смятений души. В этом истинное наслаждение. Это достигается философией, поэто- му философией заниматься не поздно никогда. Философия указы- вает, что надо искать не временных удовольствий: в еде, вине, в других телесных удовольствиях, — они либо скоро кончатся, либо могут превратиться в свою противоположность, как, например, болезни от переедания. Телесные удовольствия ограниченны и 156 Глава IV. Эллинистическая философия непостоянны. Поэтому душевные наслаждения, душевный покой выше телесных, так как душевный покой может быть постоянным. Душевное выше телесного потому, что включает в себя не только настоящее (как телесное), но и прошлое, и будущее. Будучи силь- нее и выше, душа может повлиять и на телесное состояние, т. е. те- лесные страдания могут быть успокоены душой и даже переведены в разряд удовольствий. Нельзя жить приятно, не живя разумно, умеренно и справедли- во. Для того, чтобы достичь удовольствий, необходимо избавиться от страданий и страстей. Идеал эпикурейского мудреца — человек, который может побеждать страсти своей души. Человек должен умерять свою плоть. Для этого Эпикур приводил такое разделение всех наших нужд. Удовольствия бывают трех видов: 1) естественные и необходимые; 2) естественные и не необходимые; 3) неестественные и не необходимые. «Естественными и необходимыми желаниями Эпикур считает те, которые избавляют от страданий, например питье при жажде; ес- тественными, но не необходимыми — те, которые только разнооб- разят наслаждение, но не снимают страдания, например роскош- ный стол; не естественными и не необходимыми — например, вен- ки и почетные статуи», — поясняет Диоген Лаэртский (X, 149). Над входом в Сад Эпикура висела надпись: «Гость, тебе будет здесь хорошо. Здесь удовольствие — высшее благо». И когда кто- нибудь входил в сад Эпикура, заинтересовавшись вывеской, то это- му гостю в качестве угощения подавали простую ячменную кашу и воду. Это — истинное эпикурейство. Человек, который победил в себе страсти, становится независим от них. Такой человек стано- вится счастливым, приобретает состояние атараксии, т. е. свободы от аффектов и страстей. Эпикурейский мудрец — это человек, который имеет определен- ные убеждения, соответствующие эпикурейской философии, име- ет страсти, свойственные человеку, но умеет побеждать их, верен дружбе, на правящем посту не будет тираном, не раболепствует перед судьей и тираном и т.п. 1 1 Свят. Григорий Богослов так писал об Эпикуре: «Эпикур, хотя усили- вался доказать, что удовольствие есть награда за подвиги добродетели и что наслаждение есть конец всех благ для человека, однако же, чтобы не подать мысли, будто для какого-то удовольствия хвалит удовольствие, вел он себя благопристойно и целомудренно, чтобы подкрепить учение свое § 3. Стоицизм 157 Еще при жизни Эпикура его считали чревоугодником, разврат- ником и т.д. Говорили, что его будто бы два раза в день рвало с перекорму, что он путался с гетерами и других стремился ввести в свою «ночную философию». «Но все, кто такое пишут, — не ина- че как рехнулись», — однозначно указывает Диоген Лаэртский на чрезвычайную доброту и благочестие Эпикура (Диог. Лаэрт., X, 9). Да и сам Эпикур указывал на свое отношение к наслаждениям: «Так как наслаждение есть первое и сродное нам благо, то поэто- му мы отдаем предпочтение не всякому наслаждению, но подчас многие из них обходим, если за ними следуют более значительные неприятности; и наоборот, часто боль мы предпочитаем наслаж- дениям, если, перетерпев долгую боль, мы ждем следом за нею большего наслаждения. Стало быть, всякое наслаждение, будучи от природы родственно нам, есть благо, но не всякое заслуживает предпочтения; равным образом и всякая боль есть зло, но не вся- кой боли следует избегать; а надо обо всем судить, рассматривая и соразмеряя полезное и неполезное — ведь порой мы и на благо смотрим как на зло и, напротив, на зло — как на благо» (Диог. Лаэрт., X, 129–130). И тем не менее слава об Эпикуре как о фило- софе — «прожигателе жизни» надолго его пережила, и даже сейчас термин «эпикурейство» употребляют как синоним гедонистичес- кого отношения к жизни. Почему так получилось? Видимо, пото- му что многие знакомились с учением Эпикура лишь понаслыш- ке. Они слышали, что он учит о наслаждении как цели жизни, но поскольку сами они понимали под наслаждением чревоугодие и разврат, то и делали отсюда выводы о соответствующем поведе- нии Эпикура. Таким образом, можно сказать, что отрицательное отношение к Эпикуру говорит плохо, скорее, о современных ему критиках Эпикура, чем о самом этом философе. § 3. С ТОИЦИЗМ Философию стоиков обычно принято делить на три периода: 1. Древняя Стоя: с IV в. до Р. Х. по II в. до Р. Х.; 2. Средняя Стоя: со II в. до Р. Х. по I в. до Р. Х.; 3. Новая Стоя: с I в. до Р. Х. по III в. после Р. Х. Основатель школы, Зенон Китийский, родился в городе Китии на о. Крите в 336/3 г. до Р. Х. Умер в 262/4 г. до Р. Х. В молодости добрыми нравами» (Григорий Богослов, свят. Собрание творений. Т. 2. М., 1994. С. 192). 158 Глава IV. Эллинистическая философия занимался торговлей, плавал на кораблях. Однажды его корабль плыл с грузом из Финикии в Пирей и потерпел крушение, Зенону удалось спастись. Так он оказался в Афинах. Зайдя как-то в книж- ную лавку, он купил книгу Ксенофонта «Воспоминания о Сокра- те» и тут же прочел ее. Пораженный прочитанным, он спросил у продавца, где можно найти такого человека, как Сократ? В этот момент мимо книжной лавки проходил известный философ, пред- ставитель кинической школы Кратет, и продавец указал на него. Зенон пошел за Кратетом и впоследствии благодарил судьбу за ко- раблекрушение. У Кратета он учился, но потом разошелся с ним. Впоследствии Зенон организовал свою школу. Злые языки гово- рили, что «вся его философия написана на конце собачьего хвос- та» (намек на киников, у которых учился Зенон). Зенон любил находиться в одиночестве, так как внешне был весьма нескладен, и поэтому школу хотел основать там, где меньше всего людей. В Афинах было такое место, которое жители города избегали. Это место находилось возле Пестрого портика («Пестрый портик» по- гречески Ποικίλη στοά). Когда правили 30 тиранов, в этом месте были убиты 1400 человек и там же захоронены. Это место счита- лось у афинян плохим, и его никто не посещал. Здесь Зенон и ос- новал свою школу. Перу Зенона принадлежат много произведений: «О жизни, согласной с природой», «О страстях», «О порыве, или О человеческой природе» и многие другие, но ни одно до нас не дошло, сохранились лишь фрагменты. Преемниками Зенона в руководстве Стоей стали Клеанф (331/30—233/32 гг. до Р. Х.) и Хрисипп (281/277—208/205). Хри- сипп — самый плодовитый философ древней Стои, написал 705 работ. Их работы также не сохранились. Эти три философа зало- жили общие принципы стоической философии. После них стои- ческая философия у представителей Средней Стои — Панеция и Посидония — несколько сближается с платонизмом. Возникнове- ние Новой Стои связано с проникновением стоицизма в римскую среду. Основные представители римского стоицизма — Сенека (ок. 5 г. до Р. Х. — 65 г. по Р. Х.), Эпиктет (ок. 50 г. — ок. 140 г.) и импе- ратор Марк Аврелий (121–180 гг.). Перу Сенеки принадлежат раз- ные, в том числе и художественные, произведения: «Нравственные письма к Луциллию», «О милосердии» и др. Марк Аврелий знаме- нит работой «К самому себе». Эпиктет не писал трактатов, до нас дошли «Беседы», записанные его учеником. Интерес к стоической философии в Риме был настолько распространен, что мы видим § 3. Стоицизм 159 самых разнообразных представителей: Эпиктет — раб, Марк Ав- релий — император. Стоики, как и эпикурейцы, делили философию на логику, фи- зику и этику. Образно Зенон сравнивал всю философию с яйцом: логика — скорлупа, физика — белок, этика — желток. Логика есть исследование речи (от слова «логос» — слово). Стоики разработали и искусство определения, и риторику, и силлогистику, но больше всего уделяли внимание грамматике и учению о знаках, т. е. симео- тике, тесно связанной с их теорией познания. В гносеологии стои- ки были последовательными сенсуалистами. Они считали, что все наши познания происходят посредством органов чувств. Только что родившийся человек имеет душу, подобную чистому папиру- су, на котором впоследствии посредством ощущений записывается знание. На основе ощущений формируются представления, среди них выделяются те, которые повторяются, таким образом образу- ются понятия. В объективном мире их нет. Эти понятия являются лишь знаками материальных вещей. Понятие — имя предмета и реально не существует. Мир познаваем, и истинное знание о нем возможно. Критерием истинного познания является схватывающее (каталептическое, от греч. κατάληψις — схватывание) представление. Но стоики счи- тали, что бывают и ошибочные восприятия: галлюцинации, сон, невменяемость, опьянение. Истинное знание дают лишь схваты- вающие представления — те, которые удовлетворяют разного рода критериям: человек должен бодрствовать, быть трезвым, нахо- диться на должном расстоянии от познаваемого предмета, туман не должен искажать наблюдаемый предмет, органы чувств должны находиться в нормальном состоянии и т.д. В отличие от эпикурейцев, стоики считали, что мир один и един. Эпикурейцы утверждали, что мир состоит из атомов, а между ато- мами — пустота, стоики же говорили, что пустоты нет. Весь мир пронизывает духовная субстанция — пневма (πνεhμα — дух), ко- торая объединяет мир, дает ему жизненное начало, является про- водником и носителем судьбы, или разума — движущей причины и цели развития мира. Если у эпикурейцев мир случаен, зависит от хаотического движения атомов и никакой цели развития нет, то у стоиков мир развивается целесообразно. Пневма — это божест- венный дух, но он материален и состоит из огня и воздуха. Стоики опирались на философию Гераклита и считали, что субстанциаль- ной первоосновой всего является огонь. Мир состоит из четырех 160 Глава IV. Эллинистическая философия элементов: огня, воздуха, земли, воды. Все возникает из огня и по прошествии мирового года, равного 10 800 лет, вновь сгорает. Таким образом, в мире существует разумное направляющее нача- ло, которое является и причиной, и целью движения мира, действу- ет судьба, которой невозможно избежать. Все в мире совершается по причинно-следственным связям, нет никакой случайности, есть полное и всепроницающее провидение. Мир движется к некоей цели, которая заложена в божественном материальном духе. Сто- ики считали материальное начало единственным и достаточным началом этого мира. Это духовное начало разумно, и целью фило- софии и логики является постижение этого разумного начала. Пневма пронизывает весь органический и неорганический мир и определяет все развитие мира, в том числе любой вещи этого мира. В Логосе (пневме) содержится замысел обо всем мире, о каждом его предмете, т. е. в мировом Логосе имеются так называе- мые «семенные логосы» (λόγοι σπερματικοί), определяющие разви- тие соответствующих предметов. Этот термин будет впоследствии активно использоваться в философии, войдет он и в христианскую философию. Миром правит разумное начало, Бог, поэтому целью развития мира является разумная цель. Стоики предлагают и доказательства существования Бога. Клеанф, например, рассуждает следующим образом: «Ведь если кто придет в какой-то дом, или в гимнасий, или на форум и увидит во всем разумность, соразмерность, порядок, тот, конечно, рассудит, что это не могло произойти без причины, и поймет, что есть некто, стоящий во главе всего этого, которому все повинуется. Тем более, наблюдая столь великие передвижения и столь великие изменения многих связанных между собой вещей, связи между которыми в течение безмерного и бесконечного вре- мени никогда ни в чем не нарушаются, необходимо признать, что все великие передвижения в природе управляются неким умом» 1 Согласен с ним и Хрисипп: «Если, — говорит он, — есть нечто та- кое во вселенной, чего ум человека, человеческий рассудок, сила, могущество сделать не могут, то определенно тот, кто это сделал, лучше человека. Но человек не мог создать небесные тела и все то, чему присущ вечный распорядок. Следовательно, тот, кто все это создал, лучше человека. Почему же не сказать, что это бог? Ведь 1 Цицерон. О природе богов, II, 15 // Цицерон. Философские трактаты. М., 1985. С. 105. § 3. Стоицизм 161 если богов нет, то что может быть во вселенной лучше человека? Ибо только в нем одном есть разум, превосходнее которого ничто не может быть. Но было бы безумным высокомерием со стороны человека считать, что лучше его во всем мире нет. Значит, есть не- что лучшее, значит, есть бог» 1 Но почему тогда в мире существует зло? Ведь миром правит бла- гое начало, и цель жизни — тоже благо. Стоики ставят впервые вопрос об оправдании разумного начала и дают следующие ответы. Во-первых, если бы не было зла, мы не замечали бы добра, так как все познается благодаря противоположному себе. Во-вторых, то, что нам кажется злом с нашей точки зрения, вполне может быть добром с точки зрения мировой судьбы. Пример: солдат и армия. Гибель солдата — зло для этого человека и его родственников, но посредством этого зла достигается победа в сражении, что явля- ется уже благом. В-третьих, зло необходимо для того, чтобы мы его преодолевали и достигали таким образом свободы от страстей. В-четвертых, источник зла — в материи, ведь поскольку кроме ду- ховного, разумного начала, существует начало материальное, то источник зла — слепая материя. Каким образом в мире, где правит всемогущая судьба, должен вести себя человек? Есть ли у человека свобода и свобода воли? Казалось бы, человек не может быть свободным, ведь все предо- пределено божественным разумом. Но человек имеет разум, кото- рый есть часть логоса, управляющего миром. И поэтому человек может познать логос, но не воздействовать на него, он может быть свободным в том смысле, что подчиняет себя Судьбе. Судьба ведет любого человека, отличие мудреца от глупца в том, что «умного судьба ведет, а глупого — тащит». Свобода — это познанная и осоз- нанная необходимость. Этот стоический взгляд на мир повторит- ся впоследствии в философии Спинозы и философии марксизма. Стоический мудрец должен полностью избавиться от всех страс- тей, страсти не должны иметь обиталища в человеке. Для этого нужно жить в соответствии с разумом, природой. Идеал жизни без страсти у стоиков — апатия (πάθεια, бесстрастие). Для борьбы со страстями стоики разработали некоторую клас- сификацию страстей, деля их на четыре вида: печаль, страх, вож- деление и удовольствие. Печаль в человеке возникает вследствие 1 Цицерон. О природе богов, II, 15 // Цицерон. Философские трактаты. С. 105–106. 162 Глава IV. Эллинистическая философия того, что, по его мнению, дела идут не так, как он того хотел бы; например, сострадание — это печаль в связи с незаслуженными страданиями невинных людей, зависть — печаль в связи с благо- получием других людей и т.п. Страх — это предчувствие зла; на- пример, тревога — страх перед неизвестным, стыд — страх перед дурной славой и т.п. Вожделение — это стремление неудовлетво- ренной души; например, гнев, негодование, любовь и т.п. Удо- вольствие — это возбуждение себя тем, что представляется желан- ным; например, восхищение, злорадство, наслаждение и т.п. По мнению стоиков, все эти страсти неразумны. Ведь к чему бояться того, чего не миновать, зачем печалиться или гневаться по поводу того, что неизбежно? Нужно принимать всё как есть, без гнева и пристрастия, полностью полагаясь на неумолимую судьбу, диктуе- мую мировым Логосом. Эти идеи стоицизма, особенно отчетливо высказанные в работах римских стоиков, были весьма созвучны идеям христианства. Ре- шение проблемы соотношения свободы человека и божественного предопределения, поиск методов борьбы со своими порочными страстями ранние христианские философы часто искали в рабо- тах стоиков. Действительно, сходные метафизические и онтологи- ческие принципы стоицизма и христианства позволяли христиа- нам находить ответы в работах античных философов. И вплоть до III в. именно стоицизм был той философской системой, которая представлялась наиболее близкой христианству, пока работами Оригена, отцов-каппадокийцев, блаж. Августина не был совершен поворот к платоновским и аристотелевским идеям. |