Мамедов, Бабосов. Социология науки. мамедов бабосов социология науки. Московский государственный университет имени мв. Ломоносова социологический факультет бабосов ем
![]()
|
– и вытекающих из этого задач. Наука как социальный институт обладает сложной, разветвленной и иерархизированной структурой. Главный компонент этой структуры представляют социальные группы людей, профессионально и систематически занимающиеся научной деятельностью – исследователи (научные работники, разработчики проектов и программ в том числе компьютерных, конструкторы, инженеры, лаборанты, организаторы науки. Вторым важным структурным компонентом структуры науки как социального института являются разнообразные социальные организации, ориентированные в своей деятельности на производство новых знаний и разработку способов их практической реализации – научно-исследовательские институты, лаборатории, отделы, невидимые колледжи, научные сообщества и т.п. Третий структурный компонент науки как социального института – рационально установленные нормы, правила, стандарты поведения, которыми должны руководствоваться люди, профессионально занимающиеся научной деятельностью, ее технико-технологическим сопровождением. Четвертым компонентом разветвленной структуры науки являются научные дисциплины, группирующие и интегрирующие вокруг научных целей и задач людей, включенных в исследовательскую и вспомогательную работу в пределах определенной сферы научной деятельности. Еще 54 один, пятый, компонент структуры науки как социального института включает в себя междисциплинарные объединения людей, коллективов и организаций, объединенных в крупные научные сообщества в трех интегрированных сферах научного познания – естественных, технических и общественных (гуманитарных) наук. Главные компоненты структурной архитектоники науки как социального института изображены на схеме 5.2. Схема 5.2. Структурная архитектоника науки как социального института Структурная организация науки как социального института органично взаимосвязана с выполняемыми этим институтом функциями. Важнейшие из них сводятся к следующему. Первая важнейшая социальная функция науки заключается в генерировании нового достоверного знания. Эта функция реализуется в открытии новых, ранее неизвестных фактов и процессов в развитии природы и общества, в самом человеческом мышлении, в выдвижении новых, ранее не существовавших идей, понятий, формул, гипотез и законов, в изменении картины мира, выступающей обобщенным воплощением совокупности научных знаний определенной эпохи. Эта функция является самой важной и основной, ибо в производстве нового научного знания и заключается социальный смысл научной деятельности. В свою очередь, данная функция подразделяется наряд подфункций, среди которых наиболее существенными являются а) получение новых знаний, ибо без этого нет науки как специфического вида научной деятельности б) преемственность, без чего не может существовать и развиваться наука как многогранно и динамично функционирующая система знаний в) оценочная деятельность, позволяющая вычленить научную новизну в тех или иных концепциях, установить соответствие выдвигаемых научных идей, гипотез, теорий объективной реальности г) восприятие и поддержка новых идей, без чего не может быть прогрессивного развития науки. Второй важнейшей социальной функцией науки является истолкование фактов и процессов в научных понятиях, теоретических концепциях. Мало понять окружающий Структурные компоненты социального института науки Социальные группы людей, профессионально занимающихся наукой Социальные организации, ориентированные на производство знаний – институты, лаборатории, кафедры и т.п. Нормы, правила, стандарты поведения научных работников Научные дисциплины Междисциплинарные объединения ученых, представляющих естественные, технические и общественные науки 55 мир, необходимо правильно истолковать его, уловить его взаимосвязи, показать, почему они именно такие, а не иные, а это как рази осуществляет наука в процессе свойственного ей истолкования, объяснения действительности. Эта функция заключается не только в том, что научная теория объясняет те явления и процессы, которые мы видим в окружающей действительности, но и то, почему мы видим именно это и именно такими каким образом можно воздействовать на видимое (а часто и невидимое, чтобы изменить его. Третья существенная социальная функция науки проявляется в свойственной ей верификации, те. в проверке истинности выдвигаемых научных положений и теоретических конструкций, установлении их достоверности эмпирическим, опытным путем. Эмпирическая оценка теории представляет собой достаточно сложную процедуру. Такая сложность обусловлена тем, что в процессе эмпирической проверки противостоят друг другу не теория и факта скорее две теории, одна из которых интерпретирует экспериментальные результаты, а другая объясняет их и соотносится сними. Поэтому в процессе верификации и оценки научные теории сравниваются не только с экспериментальными данными, но и с альтернативными теориями. В таком случае считается более прогрессивной и соответствующей реальности та теория, которая обладает большим по масштабам эмпирическим содержанием и более значительной эвристической способностью по сравнению с предшествующими, те. если она предсказывает новые факты, не вытекающие из ранее известных теорий. А из этого следует, что четвертой важной социальной функцией науки является предсказательная, прогностическая. Она заключается в возможности предсказывать возникновение новых, ранее неизвестных фактов, явлений и процессов, которые могут произойти в более или менее отдаленном будущем. Наиболее известные примеры реализации этой функции – предсказание солнечных и лунных затмений, столкновений Земли с различными космическими объектами, землетрясений, извержений вулканов и т.п. Значительным предсказательным арсеналом обладала знаменитая периодическая таблица, в которой Д.И. Менделеев сумел предсказать основные свойства целого ряда химических элементов, которые в то время еще небыли известны науке. Пятой существенной функцией науки является распространение полученных знаний. Социальная значимость научной деятельности предопределяется не только ее способностью генерировать новое научное знание, но и возможностью распространять полученное знание, включать его в информационные процессы, связывающие между собой множество индивидов, их различных общностей, организаций и т.п. Тем самым наука оказывается в состоянии оказывать влияние на различные сферы общества. Шестая важная функция науки заключается в ее способности реализовать полученные знания в технике и технологии сообразно целям, нормам, критериями т.п., которые складываются в обществе и варьируется от эпохи к эпохе. В современном обществе научные достижения находят практическую реализацию в принципиально новых секторах обширной техносферы. Достаточно назвать прецизионные технологии, опирающиеся на потенциальные возможности компьютерной техники, телематику гибрид телевидения с вычислительной техникой, системы электронной связи (например, Интернет, охватывающие все стороны жизни планетарного сообщества, принципиально новое водное хозяйство – разведение и откорм рыб, других обитателей морей и океанов с последующим промышленным сбором урожая, распространение высоких технологий, связанных с энергоснабжением, уменьшением количества отходов, резким ростом производительности труда, улучшением его условий, интеллектуальным развитием работающих людей. Седьмая социальная функция науки проявляется в том, что она с самого начала своего возникновения составляла и составляет очень важный компонент духовной культуры, служит мощным рычагом духовного прогресса общества. Резко расширяя горизонты познания окружающего мира, создавая условия и предпосылки повышения 56 интеллектуального потенциала человека и общества, наука своим стремительным развитием приводит к возникновению могущественной технокультуры, которая вначале века все более ощутимо трансформируется в социотехнокультуру. Эта новая, базирующаяся на достижениях науки, социотехнокультура способна соединить эффективность новых технических систем и их возрастающее технологическое, экономическое, социальное значение с новыми возможностями так называемой электронной культуры, распространяемой через каналы телевидения и Интернет, использующей компьютерную графику, цветомузыку и другие принципиально новые изобразительные средства. Изучая окружающую нас природную и социальную реальность, воплощая полученные знания в концепции и теории, наука создает целостную систему человеческих знаний о мире и о месте человека в мире, а также систему аксиологических установок и убеждений людей относительно сущности окружающего мира и тенденций его развития. Иными словами, создавая научную картину мира, наука выполняет еще одну, восьмую мировоззренческую функцию. Если иметь ввиду важность названных функций, особенно первой и двух последних, то станет ясным, что наука как социальный институт выполняет аксиологическую функцию. Эта функция проявляется в том, что формируя систему ценностей, мышления и поведения людей в различных ситуациях, наука оказывает интеллектуально-воспитательное, эстетико-воспитательное, морально-воспитательное и общественно-воспитательное воздействие на индивидов, их социальные группы, общности и общество в целом. В этом и состоит сущность девятой, аксиологической функции науки. Наука не только производит новое, достоверное знание, но и определяет пути и способы воплощения полученных знаний в технико-технологических основах материального производства, образования, здравоохранения и других сфер жизнедеятельности людей. Тем самым она создает реальные предпосылки осуществления во всех сферах общества инновационной деятельности, приводящей к практической реализации научных знаний. Иными словами, она выполняет еще одну, десятую, функцию, которую следует интерпретировать как праксеологическую, которая создает не только основы технико-технологических, воспитательных, организационно- управленческих концепций и решений, но и реальные пути их практической реализации. Широкий диапазон функций науки изображен на схеме 5.3. Все охарактеризованные функции в процессе их осуществления оказываются взаимосвязанными друг с другом, более того, переходят друг в друга (как например, мировоззренческая переливается в аксиологическую, а их взаимообусловленность раскрывает множество граней воздействия социального института науки на общество, его отдельные группы. 57 Схема 5.3. Социальный веер функций науки в обществе Литература 1. Бабосов ЕМ. Прикладная социология. //Бабосов ЕМ. Социология науки. Мн. 2001. 2. Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. // Вебер М. Избранные произведения. М. 1990. 3. Вебер М. Теория ступеней и направлений религиозного неприятия мира. // Вебер М. Избранные произведения. М. 1990. 4. Вебер М. Предварительные замечания. // // Вебер М. Избранные произведения. М. 1990. 5. Вебер М. О некоторых категориях понимающей социологии // Вебер М. Избранные произведения. М. 1990. 6. Дмитриев И.С. Чисто английская наука. // Наука и кризисы. Историко- сравнительные очерки. СПб. 2003 7. Лакатос И. История науки и ее рациональные реконструкции. // Структура и развитие науки. М. 1978. 8. Мертон Р. Социальная теория и социальная структура. М. 2006. 9. Мирский Э.М. Мертон Р. и его концепция социологии науки. // Социология науки. Хрестоматия. М. 2002. 10. Философия науки проблемы и перспективы. (Материалы круглого стола. // Вопросы философии. 2006. № 10. 58 Вопросы для самостоятельного изучения 1) Наука как особый вид власти. 2) Странное общество. 3) Нормативная теория экспертизы Г. Коллинза. Прокомментируйте Поразительно, как в совершенно различных условиях в Италии, Германии, Англии, Франции появлялись исследователи. Они приходили из отдаленных углов страны, ставили перед собой особые задачи и находили пути к их разрешению. Возникает вопрос почему в Европе все время, независимо друг от друга, появлялись и сталкивались подобные индивидуальности (К. Ясперс). 59 ЭТОС НАУКИ, ОТВЕТСТВЕННОСТЬ УЧЕНОГО И ИХ РОЛЬ В РАЗВИТИИ НАУЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Ответственность науки. Истина и мораль. Нравственная ответственность науки. Научное сообщество. Этос науки. Концепция Р. Мертона. В становлении и развитии социологии науки важную роль конституирующего элемента в этой сфере социологического знания сыграла сформулированная Р. Мертоном концепция этоса науки. Эта концепция, по определению одного из влиятельных мерторианцев Н. Сторера, представляют собой как бы мерило социального здоровья науки и служит основой социологического анализа того, каким образом ученый обретает желание поддерживать в шаблонах поведения свойственные научной деятельности нормы и ценности. В обосновании и теоретической экспликации названной концепции Р. Мертон стремился показать приоритет профессиональных ценностей и норм науки в сопоставлении с любыми организационными формами генерирования научного знания и развития науки как социального института. Следует отметить, что в философии, а затем в психологии и социологии понятие «этос» воспроизводит в конкретизированном смысле применявшийся еще в античной Греции термин «этос», обозначавший там широкий диапазон значений обычай, привычка, душевный настрой, характер человека, его социальные предпочтения. Современное звучание и содержательное наполнение этому понятию придал М. Вебер. В его понимании «этос» означает совокупность норм и правил житейского поведения индивидов и групп, ориентирующих их на отношение к труду как к призванию, непреклонное служение профессиональному долгу и рациональное преобразование окружающего социального космоса. Такая трактовка открывала путь к исследованию сущности и роли профессиональной этики – предпринимательской, научной, инженерной, врачебной и т.п. Опираясь на знаменитый вывод М. Вебера о приоритетной роли протестантской этики в возникновении духа капитализма и самого этого социально-экономического строя, Р. Мертон сформулировал концепцию, согласно которой рационалистическая умонастроенность протестантизма привела к зарождению и развитию современной науки как социального института. Вполне естественно, что такая преемственность идеи привела к тому, что он с готовностью воспринял от своего предшественника и конкретизировал понятие «этос», применив его для понимания и истолкования нормативного характера научной деятельности. По его определению, «этос науки – это аффективно окрашенный комплекс правил, ценностей и норм, считающийся обязательным для человека науки [7;769]. Данная трактовка вытекает из самой сути мертоновского понимания социологии науки как нормативной социологии, согласно которой для нормального функционирования науки как социального института необходимо, чтобы выполнялся определенный набор норм, или, наоборот, если имеется стабильно функционирующий социальный институт науки, в нем непременно поддерживается и выполняется характерный для него набор ценностей и норм. Р. Мертон утверждал «Этос социального института науки включает универсалистские критерии научной достоверности и научной ценности, а тем самым предлагает такие ценности, которые легко интегрируются с ценностями свободного общества [7;747]. При исследовании науки как социального института перед социологом возникает целый ряд проблем, требующих своего решения. Вот их неполный ряд 1) Для чего существует социальный институт науки 2) В чем состоит специфика деятельности этого института 3) Какими правилами руководствуются его члены 4) Каковы нормы научной деятельности 5) На чем основана деятельность этих неписанных законов 6) В чем состоит их роль для деятельности ученого и функционирования всего социального 60 института науки 7) Чем поддерживается единство действий ученых в рамках данного института Даже небольшого размышления над этим рядом проблем вполне достаточно, чтобы сделать вывод, что в центре этих проблем находятся вопросы о ценностях, нормах, идеалах, ролях, санкциях, особенностях стратификации в системе научной деятельности. Интегрирование этих вопросов и ответов на них и составляет смысловое ядро мертоновской концепции этоса науки. Данная концепция исходит из того, что научный этос - это совокупность норм, действующих в научном сообществе, представляющая собой основной механизм функционирования науки – социального института по производству достоверного знания. Сила же, обеспечивающая движение этого механизма, – институционально подкрепляемое стремление каждого ученого к профессиональному признанию. Поскольку в теоретической системе Р. Мертона представление о нормах – исходное и первые выражения его концепции возникли по этим же вопросам, следует рассмотреть их подробнее. Правила, регулирующие поведение в науке, не имеют статуса юридических законов. Их действенность связана с ориентацией членов научного сообщества на определенный комплекс ценностей и норм, который характерен для этого социального института. Нормы выражаются в форме позволений, запрещений, предписаний, предпочтений и т.п. Эти императивы, передаваемые наставлением и примером и подкрепленные санкциями, составляют исторически сложившийся этос науки – основу профессионального поведения, профессиональной этики ученых. Сам Мертон сформулировал этос из четырех институциональных норм универсализма, коллективизма (коммунизма, бескорыстности и организованного скептицизма. Позднее Б. Барбер добавил еще две рационализм и эмоциональную нейтральность. Первый из этих институциональных императивов – универсализм – находит непосредственное выражение в каноне, согласно которому претензии на истину должны быть подчинены заранее установленным безличным критериям, должны согласовываться с наблюдением и ранее подтвержденным знанием. Согласие или отказ внести это притязание в анналы науки не должны зависеть от личностных или социальных атрибутов их защитника его раса, национальность, религия, класс и личные качества сами по себе нерелевантны. Объективность исключает партикуляризм [7;771]. А это означает, что императив универсализма порождается внеличностным характером научного знания. Поскольку утверждения науки относятся к объективно существующим явлениями взаимосвязям, то они универсальны ив том смысле, что они справедливы везде, где имеются аналогичные условия, ив том смысле, что их истинность не зависит оттого, кем они высказаны. Надежность нового знания определяется по внеличностным критериям соответствию наблюдениями ранее подтвержденным знаниям. Ограничение продвижения в науке на основании чего-то иного, кроме недостатка научной компетентности, – прямой ущерб развитию знания. Универсализм проявляет себя в провозглашении равных прав на занятия наукой и на научную карьеру для людей любой национальности и любого общественного положения. Он (императив) обусловливает интернациональный и демократический характер науки. Вторым неотъемлемым компонентом этоса науки, по утверждению Р. Мертона, является коммунизм, в том особом смысле, согласно которому институциональные нормы науки делают производимые ею продукты частью общественной сферы, которая является общей для всех и которой никто не владеет единолично [7;747]. Этот императив предписывает ученому передавать плоды своих научных изысканий в общее пользование. Вследствие этого притязания отдельного ученого на свою интеллектуальную собственность, по словам Р. Мертона, ограничивается притязаниями на признание и уважение, которые приблизительно соразмерны значимости того нового, что он внес в общий фонд научного знания. Осуществление данного императива означает, что научный прогресс как детище множества усилий огромного количества исследователей 61 предполагает сотрудничество ученых не только являющихся современниками, но и сотрудничество ученых прошлых и нынешних поколений. Научные открытия являются прежде всего продуктом социального сотрудничества и принадлежат сообществу. Стремление ученых к приоритету создает в науке своего рода конкурентные условия. Такая ситуация может толкать на какие-то особые действия, предпринимаемые специально, чтобы затмить соперников. Эти действия способны исказить нормальный ход исследования и соответственно его результаты. В качестве противоядия указанным побуждениями выдвигается императив бескорыстности. Эта норма предписывает ученому строить свою деятельность так, как будто, кроме постижения истины, у него нет никаких других интересов. Р. Мертон излагает требование бескорыстности и незаинтересованности как предостережение от поступков, совершаемых ради достижения более быстрого или более широкого профессионального признания внутри науки посредством злоупотреблений и незаконных средств. Требование незаинтересованности, - пишет он, - имеет прочные основания в общественном характере и проверяемости науки, и это обстоятельство, как можно предположить, внесло свою лепту в честность людей науки. Перевод нормы незаинтересованности в практику действенно поддерживается конечной ответственностью ученых перед своими коллегами [7;779]. Когда же эта институциональная норма нарушается, создается благодатная среда для злоупотреблений экспертной сластью и возникновения псевдонаук. Со всеми охарактеризованными институциональными императивами этоса науки различными способами взаимосвязан организованный скептицизм Он одновременно является и методологической и институциональной нормой. Сам Мертон рассматривает организованный скептицизм как особенность метода естественных наук, требующего по отношению к любому предмету детального объективного анализа и исключающего возможность некритического приятия. Для науки нет ничего "святого, огражденного от критического анализа. В тоже время норма организованного скептицизма является и директивным требованием по отношению к ученым. Отсюда следует, что никакой вклад в знание не может быть допущен без тщательной, всесторонней проверки. Исполнение императивов гарантирует достоверность добываемого знания. Все е годы эти представления господствовали безраздельно. Сначала х годов, в силу особенностей новой науки, возникают первые возражения. Возражение Мертону состояло в том, что его нормы непросто "провозглашаемые" (и, следовательно, в определенной степени отличные от "статистически действующих, а "провозглашаемые для других" и потому никакой корреляции с реальной научной деятельностью не имеющие, в других ситуациях не действуют. Точка зрения С. Барнса и Р. Долби состояла в том, что мертоновские императивы вообще не служат нормами, по которым выбирают поведение в реальных противоречивых ситуациях. Это нормы, провозглашаемые для других в ситуациях прославления или оправдания, извинения или конфликта. Они (эти нормы) являются терминами идеологии, которая не обладает готовностью превратиться в рекомендации к определенному поведению. Основным недостатком концепции Мертона является оторванность нормативных и ценностных компонентов общественного сознания от реальной материальной жизни общества. Какие обстоятельства действительной жизни стимулировали возникновение этих норм В силу каких побуждений ученые поддерживают эти нормы У Мертона нет ответа на этот вопрос, более того, в его системе и сам вопрос невозможен. Научный этос Мертона независим от изменений в жизни общества, и это исключает теоретическую возможность качественных изменений в науке как социальном институте если же они все-таки наступают, то представляются как "противоестественные" и соответственно "угрожающие. Столь детальный анализ методологических ошибок, вошедших в основание концепции Мертона, понадобился в связи стем, что его идеи оказались очень заразительными. Б. Барбер, Дж. Корнхаузер, У. Хэгстром, Н. Сторер, Х. Закерман, братья 62 Си Дж. Коулы, Д. Кристи, Н. Н. Маллинз и другие, пришедшие в социологию науки в 60- х годах, опирались именно на эти, выше рассмотренные представления. Впоследствии, Р. Мертон вводит еще девять пар взаимно противоположных нормативных принципов. Идея "социологической амбивалентности" состоит в том, что в своей повседневной профессиональной деятельности ученые постоянно находятся в напряжении выбора между полярными императивами предписываемого поведения. Так, ученый должен |