Сочинение Мысль и язык
![]()
|
, а чувственное восприятие , известное состояние души Звук со стороны влияния его на нашу душевную жизнь представляется нам не мерой , необходимой для успокоения организма , а средством уравнивать душевные потрясения , освобождаться от их подавляющей силы Не всякому , конечно , приходилось спрашивать себя , какая польза человеку крикнуть от испуга ; но всякий , кто сознал свой испуг и его проявление в звуке и кто поставлен этим в необходимость смотреть на звук по отношению его к мысли , скажет , что он крикнул от испуга Развитое таким путем понятие о звуке предполагает его соответствие свойствам душевных потрясений и заставляет искать причины членораздельности в ее соответствии отличительному характеру чувственности человека Членораздельность (die Articulation), говорит Гумбольдт , основывается на власти духа принуждать органы к таким видоизменениям (Behandlung) звука , какие соответствуют форме деятельности самого духа Между деятельностью духа и членораздельностью то общее , что и та и другая разлагает свою область на основные части , соединение коих образует такие целые , которые носят в себе стремление стать частями новых целых Сверх этого , мышление требует сочетания разнообразия в единство Поэтому необходимые признаки членораздельного звука - а ) ясно ощутимое единство и б ) такое свойство , по которому он может стать в определенное отношение ко всем другим членораздельным звукам , какие только мыслимы а ) Гласная и согласная - это простейшие стихии , на которые мы разлагаем материал слова В первой нас более поражает голос , звуковое волнение воздуха , определяемое степенью напряженности го Ueb. die Versch. 68-9. лосовых лент ; во второй - более заметен шум , происходящий от препятствий , встречаемых звуком во внешних органах , начиная с гортани Они относятся друг к другу не как внутреннее и внешнее , не как содержание и форма , а скорее как звуки различных инструментов ^ Хотя согласная и гласная получаются только посредством разложения слова , но тем не менее они имеют не идеальное , а действительное бытие , как химические тела , добываемые только анализом и в природе не существующие в чистом виде . « Деление простого слога на согласный и гласный звук ^ есть только искусственное В природе эти звуки так взаимно определяют друг друга , что слуху представляются нераздельным единством Собственно говоря , и гласные не могут быть выговорены сами по себе Образующий их ток воздуха должен встретить известное препятствие (Bedarf eines Anstosses), которое делает его слышным , и если это препятствие состоит не в явственной согласной , то все же оно должно быть хоть самым легким придыханием , какое в некоторых языках на письме ставится перед каждой начальной гласной » (Humb.70). Таким образом , в слоге , как и в деятельности духа , мы находим разнообразие в единстве Слог сам по себе тоже имеет только искусственное существование ; в природе , т е в человеческой речи , он существует только как слово , или как часть другого слова , составляющего одно целое , которое и в свою очередь есть только как часть высшего целого , т е самой речи б ) С другой стороны , если остановимся на простейших звуковых Если скажем , что согласная есть форма гласной , то , хотя из этого и будем в состоянии объяснить , что одна без другой существовать не может , но принуждены будем прийти к нелепому заключению , что так как мы слышим согласную или впереди или позади гласной , то и форма вообще может даваться нам прежде или после содержания , отдельно от него , тогда как на деле такое отделение содержания от формы невозможно Если же предположим , что в самой согласной есть гласная , потому что форма без содержания быть не может , то выйдет , что содержание , которое мы привыкли считать самым важным в настоящем случае , не имеет для нас никакого значения , потому что никто не ценит согласной по этой незаметной в ней гласной стихии Подобным образом следовало бы принять , что если согласная есть форма гласной , то голос - форма дыхания , так что содержание ( дыхание ) будет возможно без формы Вводимое Беккером различие гласной от согласной , состоящее в том , что материал ( дыхание и голос ) или вполне и так индивидуализированы в известной форме , что в звуке форма преобладает над содержанием ( как в согласных ) или же так , что материал (Stoff) не вполне индивидуализирован формой и преобладает над ней ( как в гласных ) (Org. 33). Такое различие не имеет смысла Всякий членораздельный звук индивидуализирован вполне , потому что резко отличается от всех остальных : преобладания формы над содержанием или наоборот в нем быть не может Гумбольдт , по - видимому , противного мнения : « в слоге - не два звука или более , как может казаться по нашему способу писать , но один , произнесенный известным образом » (170); но это только по - видимому , потому что он признает существование двух , взаимно определяющих друг друга и определительно различаемых и слухом и абстракцией рядов звуков , т е согласных и гласных ^ У Гумбольдта прибавлено : « если при этом захотим считать тот и другой самостоятельными », т е отдельно существующими Мы этого не хотим , но несамостоятельность их вовсе не такова , как несамостоятельность формы и материала или содержания .1 А А НОТЕЬНЯ («5 стихиях слова , оказывается следующее Как ни бесконечно разнообразны гласные звуки всевозможных языков , но ряд их не может быть продолжен или сокращен по произволу В какое бы необыкновенное положение мы ни привели свои органы и как бы ни был странен произнесенный таким образом гласный звук , всегда он найдет определенное место в ряду , главными точками которого служат простые гласные а , и , у и может быть объяснен этим рядом приблизительно так , как сложные звуки е , о , которые в индоевропейских языках произошли первое из аи , второе из ау Гласные представляют для нас такую же замкнутую , строго законную , имеющую объективное значение систему , как музыкальные звуки и цвета Мы чувствуем , что так же напрасно было бы усилие выйти за пределы семи цветов радуги , как и за пределы основных звуков Это не так ощутительно в ряду согласных , но тем не менее и они делятся на группы , все члены коих имеют свое определенное место Не всем языкам свойственны все звуки , как не всем инструментам - все тоны ; в каждом языке есть своя система звуков , более или менее богатая и определенная по отдельным составляющим ее звукам , но всегда строго последовательная , потому что предшествующее дает в ней направление последующему Такой последовательности не проти воречит то , что по - видимому не во все периоды языка и не во всех слоях говорящего им народа иностранные слова прилаживаются к туземным фонетическим приемам , потому что или подобные слова остаются вне языка , или же в действительности не рознятся с ним Нетрудно в этом единстве , стройности и законности , открываемых нами в звуковых стихиях слова , найти соответствие раздельности восприятий , характеризующей человеческую чувственность В нечленораздельных звуках мы встретим отдельные согласные ( напр р - в ворчании собаки , губные в мычании коровы , гортанные в ржании лошади ), но вместе должны будем сознаться , что мы находим их в животных криках единственно потому , что привыкли слышать в человеческой речи Лай или вой собаки , разделенный на бесконечно малые частицы , заполнил бы каждую из этих частиц чистой гласной или согласной ; но органы собаки при этом нс остаются ни на одно ощутимое мгновение в одном положении , и звук , только что появляясь , уже переходит в другой , отчего для одного наблюдателя он приближается к одному членораздельному звуку , в глазах другого к другому В животном звуке нет единицы такой , как в человеческом языке - звук , слог , слово ( в фонетическом смысле ), а потому он невыразим средствами человеческих азбук , предполагающих такие единицы Членораздельность звука достигается далеко не сразу Это видно из того , что , с одной стороны , и человек под влиянием потрясений , имеющих характер общего чувства , т е именно тогда , когда наименее заинтересован своими звуками , издает нечленораздельные крики ; с другой - дитя , даже при более раздельных впечатлениях , при сознательной речи , говорит неразборчиво Кому случалось наблюдать , как дитя много раз повторяет про себя непонятное слово , как оно забавляется движениями своих органов слова , кто сколько - нибудь помнит свое раннее детство , тот согласится , что « удовольствие , доставляемое человеку членораздельным звуком , сообщает этому звуку определенность , разнообразие и богатство сочетаний ». Дитя воспринимает звук с гораздо большей определенностью , чем животное ; в этот звук оно переносит свое субъективное удовольствие от движения органов и , находя в нем самом эстетическую цену , останавливает на нем внимание Так интерес , возбуждаемый звуком , в свою очередь , становится мотивом большей членораздельности , тогда как певчая птица , испытывая на себе влияние своей песни , не замечает этого , не делает прежней своей песни исходной точкой для новой и ограничивается своим субъективным , так сказать , первичным удовольствием Уже для ребенка произношение звуков есть не только удовольствие , но и работа . « Человек , - говорит Гумбольдт , - стремлением своей души вынуждает у своих телесных органов членораздельный звук ». « Это « стремление души » тождественно с тем , какое образует язык и вообще делает возможным человеческое развитие Чистота звука от всякой посторонней примеси ... ( и все признаки , связанные с этим ) непосредственно вытекает из намерения сделать его стихией речи » . « Намерение придать значение и способность звука иметь его , и притом не значение вообще ( потому что такое значение имеет и крик животных ), а именно изображать мысль : вот все , что характеризует членораздельный звук ; кроме этого , нельзя в нем найти никакого отличия рт животного крика с одной и музыкального тона с другой стороны » . Таким образом , членораздельный звук определяется тем , для чего он годится , как выше чувства человека характеризовались тем развитием , основанием которого они служат Другого определения членораздельному звуку найти нельзя В природе он встречается только в человеческой речи , служит только для изображения м ^ сли , а потому только от свойств мысли заимствует все свои признаки VII. Язык чувства и язык мысли Оставивши в стороне нечленораздельные звуки , подобные крикам боли , ярости , ужаса , вынуждаемые у человека сильными потрясениями , подавляющими деятельность мысли , мы можем в члено ' НитЬ . Ueb. die Versch.72. ^ Многие другие места показывают , что под намерением (Absicht) Гумбольдт не понимает здесь ничего произвольного " НитЬ . 69. * НитЬ . 67. ' О рефлексивных движениях и членораздельном звуке см .: Loize. Mikr. II, 210-224. Ср также ; Steinlh. Gr. L. и Ps. §87. Lazarus. Das Leben der Seele. II, 37 след раздельных звуках , рассматриваемых по отношению не к общему характеру человеческой чувственности , а к отдельным душевным явлениям , с которыми каждый из этих звуков находится в ближайшей связи , различить две группы : к первой из этих групп относятся междометия , непосредственные обнаружения относительно спокойных чувств в членораздельных звуках ; ко второй - слова в собственном смысле Чтобы показать , в чем состоит различие слов и междометий , которых мы не называем словами и тем самым не причисляем к языку , мы считаем нужным обратить внимание на следующее Известно , что в нашей речи тон играет очень важную роль и нередко изменяет ее смысл Слово действительно существует только тогда , когда произносится , а произноситься оно должно непременно известным тоном , который уловить и назвать иногда нет возможности ; однако хотя с этой точки зрения без тона нет значения , но не только от него зависит понятность слова , а вместе и от членораздельности Слово вы я могу произнести тоном вопроса , радостного удивления , гневного укора и проч ., но во всяком случае оно останется местоимением второго лица множественного числа ; мысль , связанная со звуками вы , сопровождается чувством , которое выражается в тоне , но не исчерпывается им и есть нечто от него отличное Можно сказать даже , что в слове членораздельность перевешивает тон ; глухонемыми она воспринимается посредством зрения и , следовательно , может совсем отделиться от звука '. Совсем наоборот - в междометии : оно членораздельно , но , это его свойство постоянно представляется нам чем - то второстепенным Отнимем у междометий о , а и пр тон , указывающий на их отношение к чувству удивления , радости и др ., и они лишатся всякого смысла , станут пустыми отвлечениями , известными точками в гамме гласных Только тон дает нам возможность догадываться о чувстве , вызывающем восклицание у человека , чуждого нам по языку По тону язык междометий , подобно мимике , без которой междометие , в отличие от слова , во многих случаях вовсе не может обойтись , есть единственный язык , понятный всем С этим связано другое , более внутреннее отличие междометия от слова мысль , с которой когда - то было связано слово , снова вызывается в сознание звуками этого слова , так что , например , всякий раз , как я услышу имя известного мне лица , мне представляется снова более или менее ясно и полно образ того самого лица , которое я прежде Humb. Ueb.die Versch. 67. не видал , или же известное видоизменение , сокращение этого образа Эта мысль воспроизводится если не совсем в прежнем виде , то так , однако , что второе , третье воспроизведение могут быть для нас даже важнее первого Обыкновенно человек вовсе не видит разницы между значением , какое он соединял с известным словом вчера и какое соединяет сегодня , и только воспоминание состояний , далеких от него по времени , может ему доказать , что смысл слова для него меняется Хотя имя моего знакомого подействует на меня иначе теперь , когда уже давно его не вижу , чем действовало прежде , когда еще свежо было воспоминание об нем ; но тем не менее в значении этого имени для меня всегда остается нечто одинаковое Так и в разговоре : каждый понимает слово по - своему , но внешняя форма слова проникнута объективной мыслью , независимой от понимания отдельных лиц Только это дает слову возможность передаваться из рода в род ; оно получает новые значения только потому , что имело прежние Наследственность слова есть только другая сторона его способности иметь объективное значение для одного и того же лица Междометие не имеет этого свойства Чувство , составляющее все его содержание , не воспроизводится так , как мысль Мы убеждены , что события , о которых теперь напомнит нам слово школа , тождественны с теми , которые были и прежде предметом нашей мысли ; но мы легко заметим , что воспоминание о наших детских печалях может нам быть приятно , и наоборот , мысль о беззаботном нашем детстве может возбуждать скорбное чувство , что вообще воспоминание о предметах , внушавших нам прежде такое - то чувство , вызывает не это самое чувство , а только бледную тень прежнего или , лучше сказать , совсем другое Хотя повторяя в мысли прежние воспоминания , мы прибавляем к ним новые стихии , изменяем их обстановку , их отношения к другим , их характер ; но простые стихии нашей мысли при этом будут те же Так , та часть , которую я вижу в картине прежде прочих , не исчезнет для меня и тогда , когда вместе с ней увижу и все остальные части ; первое мое восприятие , ставши рядом с последующими , составит с ними одно целое , получит для меня новый смысл , но само по себе и на мой взгляд сохранится неизменным в составляемом мной общем образе картины Чувство не заключает в себе никаких частей Мы знаем , что сила и качество чувства определяются расположением и движением представлений , но эти представления только условия , а не стихии чувства Малейшее изменение в условиях производит новое чувство , несохраняющее для сознания никаких следов прежнего Подобным образом мы можем знать , из скольких частей составлены духи , но чувствуем только один неделимый запах , который весь изменится от присоединения новых веществ к прежнему составу Мысль имеет своим содержанием те восприятия или ряды восприятий |