Холостова 2010 401 стр. Социальная работа
![]()
|
ГЛАВА 8. ТРУДОВАЯ ПОМОЩЬ КАК НАПРАВЛЕНИЕ СОЦИАЛЬНОГО ПРИЗРЕНИЯ § 1. Становление и развитие трудовой помощи в XVI — первой половине ХIX в. Трудовая помощь как форма социальной поддержки нуж- дающихся известна еще со времен древней славянской общины и ранних политических межплеменных объединений восточных славян VII — VIII вв. В ее простейших видах она стала исполь- зоваться более широко в условиях Древнерусского государства. Часть обедневших от разорительных войн, пожаров и других стихийных бедствий дружинников, торговцев, ремесленников, крестьян получала возможность обеспечивать себя собственным трудом на строительстве городских крепостных сооружений, сборов и церквей, монастырских стен, что являлось одной их форм великокняжеской и церковно-монастырской благотвори- тельности. Другие впавшие в нужду и способные работать люди зани- мались сельскохозяйственным трудом на княжеских, боярских, монастырских землях, попадая в различного рода зависимость от их владельцев и становясь “рядовичами”, “закупами”, “наймитами”, “холопами” и прочими неполноправными земле- дельцами. При этом экономические, бытовые, нравственные и другие причины обрекали определенный процент этих людей на нищенство. С образованием и развитием российского централизованного государства трудовая помощь постепенно становится одним из звеньев государственного и общественного призрения нуждаю- щихся. Первые попытки использовать трудовую занятость для оказания помощи безработным беднякам и для борьбы с профес- сиональным нищенством предпринимаются в конце ХV — нача- ле ХVI в. Известно, что в правление Ивана III (1462–1505 гг.) правительством была дана установка отделять “несчастных” нищих от здоровых “притворщиков” и принуждать последних обеспечивать себя трудом. При активном участии Ивана IV (1533–1584 гг.) церковно- земский собор в 1551 г. включил в свои решения главу 71 “О нище- питательстве” и главу 73 “О богадельнях, прокаженных, пре- старелых и других нищих”. Эти главы представляют собой по- становления Собора в связи с целой группой вопросов, в которых государь указывал на необходимость ликвидации или хотя бы сокращения нищенства. Они регламентировали порядок орга- низации призрения в России. 136 137 В принятом сборнике постановлений, известном под на- званием “Стоглав”, церковно-земский собор 1551 г. особо от- метил, что многие здоровые монахи и монахини занимаются нищенством, чем оказывают дурное влияние на жителей. Кроме того, ввиду увеличения количества желающих поживиться за счет милосердия в богадельнях для “недужных и престарелых” оказалось немало молодых и здоровых мирских нищих. Собор высказался за то, чтобы царь повелел провести перепись нищих по всем городам, поместить больных и немощных в мужские и женские богадельни, обеспечить “пищею и одежею” и уходом. Относительно здоровых нищих монахов и монахинь Собор постановил отсылать их в обители и занимать монастырской службой и трудом, “потому что они здравы и могут тружатися”. Что касается мирских здоровых нищих, то в главе 73 “Стогла- ва“ требовалось выселить их из богаделен и способных к труду определять к различным работам, чтобы они добывали пропи- тание собственным трудом. Как указывалось в решении Собора, “а здравые бы строи (т. е. нищие) с женами по богадельням не жили... а которые возмогут работати, и они бы тружалися”. В первые два года XVII в., когда тысячи пострадавших от неурожаев голодных людей искали спасения в Москве, по рас- поряжению царя Бориса Годунова были развернуты широкие строительные работы с целью предоставления заработка, и подобная мера была одной из форм трудовой помощи нуждаю- щимся. Заметной попыткой организации трудовой помощи для осла- бления бедности и нищеты среди населения стал указ государя Федора Алексеевича 1682 г., в котором содержалось принципи- альное установление строить больницы и богадельни для больных и бездомных нищих за счет “государевой казны” и одновременно охватывать работой здоровых и живущих нищенством людей, открывать школы и “дворы” по обучению “нищенских детей” грамматике, арифметике и другим наукам, а также различным ремеслам. В своем указе государь требовал прекратить поддерж- ку работоспособных нищих, отказаться от безразборчивой подачи милостыни и тем самым ставить нищих, могущих обеспечивать себя собственным трудом, “хлеб свой заживать работой или каким-нибудь ремеслом к общенародной пользе”. 13 февраля 1682 г. церковный собор рассмотрел царское об- ращение, в котором вновь были поставлены вопросы о “разборе” бродяг и нищих, группировке последних по степени их способ- ности к трудовому личному жизнеобеспечению. В обращении Федора Алексеевича церкви предлагалось устраивать в городах “пристанища” для немощных нищих. В то же время государь указывал на необходимость того, чтобы “ленивые, имеющие здравие телесное, пристали б к работе”. На основании этого обращения Собор 1682 г. принял поста- новление, в котором предложения государя квалифицировались как богоугодные и были этим церковным институтом полностью одобрены. Таким образом, эти документы содержали в заро- дышевом состоянии идею отказа от самой распространенной формы благотворительности тех лет — раздачи милостыни всем нищим без различия и вместе с тем намечали меры по борьбе с нищенством, которые включали как социальное призрение убогих, больных и престарелых в богадельнях, так и охват тру- доспособных нищих добровольными или даже принудительными работами. Подобные подходы к благотворительности по сравне- нию с предшествующим временем означали значительный шаг вперед на пути движения к более высокой ступени социального призрения. Существенный вклад в дело формирования определенного подобия системы общероссийского государственного призре- ния связан с радикальными административными, социально- экономическими и прочими реформами Петра Великого. В годы его царствования правительство принимает законодательные акты по осуществлению государственной политики, направ- ленной на оказание социальной помощи нуждающимся, упоря- дочение частной благотворительности, создание сети светских учреждений призрения и др. Составным звеном этой политики являлся учет “просящих милостыню и вспоможение” с целью их классификации по категориям, отделение действительно нуждающихся от лженищих. 138 139 Уже с первых лет единовластного правления Петра I в его указах проявляется непримиримая позиция в отношении про- фессионального нищенства. В соответствии с петровским указом 1700 г. во всех губерниях предполагалось построить богадельни для старых и увечных, “кои работать не могут”, а также выдавать “кормовые деньги” этой категории лиц до их кончины. Характер- но, что указом предписывалось “молодым и здоровым кормовых денег не давать и от кормовых денег им отказать”. Указами 1710 и 1712 гг. государь обязал административные органы решительно принуждать работоспособных нищих к тому, чтобы “снискивать пропитание трудами”. В последующих указах 1713–1720 гг. Петр I неизменно под- тверждал свое требование занимать здоровых нищих трудом. Для достижения этой цели, наряду с экономическими и другими методами, все более широко использовались меры репрессивного характера. В Манифесте от 25 января 1721 г. о Регламенте духовной коллегии Петр I с возмущением отмечал, что “многие бездель- ники при совершенном здравии, за леностью своей пускаются на прошение милостыни и по миру ходят бесстыдно; и иные же в богадельни вселяются... и что еще меру превосходит бессовестие и бесчеловечие оных: младенцам своим очи ослепляют, руки скорчивают... чтобы были милосердия достойные”. По заключению государя, в России промышляют нищен- ством многие тысячи таких “ленивых прошаков”, которые не только не производят хлеба, но, наоборот, путем нахальства и обмана отнимают хлеб у действительно нуждающихся. В этом документе Петр I вновь высказался за приобщение профес- сиональных нищих к труду принудительными мерами. По его мнению, ленивые здоровые нищие мужчины, не желающие ра- ботать и ведущие разгульный образ жизни, должны помещать- ся в специальные Смирительные дома, где они должны будут зарабатывать свое пропитание. Что касается подобного рода женщин, то для той же цели предусматривалась их отправка в Прядильные дома. В то же время петровское законодательство поддерживало использование трудовой помощи для бедняков с ограниченной работоспособностью, призреваемых в монастырях, богадельнях, приютах. В государевом указе от 31 января 1724 г. года этим за- ведениям рекомендовалось занимать мужчин земледельческим трудом, а женщин прядильными и ткацкими работами. Изложен- ное выше свидетельствует, что в Петровскую эпоху обеспечение трудовой занятости оказавшихся в нужде и нищенствующих лиц носило главным образом принудительный характер. В царствование Екатерины II (1762–1796 гг.), пытавшейся решать некоторые вопросы внутренней политики в духе кон- цепции “просвещенной монархии”, карательная практика при- общения нищих к труду была смягчена. В организации трудовой помощи нуждающимся заметно возросло значение их подготовки к честной трудовой жизни, усилилось внимание к предупрежде- нию бедности и нищенства среди детей. В трудовом воспитании видное место заняли идеи просветителя и филантропа екатери- нинского времени И. И. Бецкого о формировании людей нового типа — трудолюбивых, гуманных, справедливых. Попытки решения этих задач выразились в реформе Сухо- путного и Морского кадетских корпусов в Петербурге; учреж- дении в столице художественного училища для мальчиков, Ин- ститута благородных девиц, коммерческого училища в Москве, Московского и Петербургского воспитательных домов; открытии почти 100 народных училищ начального образования, что было известным шагом вперед в развитии просвещения. В структуру воспитательных учреждений входили мастерские по обучению различным ремеслам. Новым явлением социальной политики правительства стал ряд мер по превращению трудовой помощи в одну из форм госу- дарственного и общественного призрения. Эта идея нашла вопло- щение прежде всего в организации работных и смирительных до- мов. Они создавались на основании закона Екатерины II (1775 г.) “Учреждение о губерниях”. Согласно этому закону, специальным Приказам общественного призрения, действовавшим в сорока губерниях России, поручалось “установление и надзирание работных домов для обоего пола”; “установление и надзирание смирительных домов для обоего же пола людей”. 140 141 К первым правительственным указам о создании тако- го рода заведений относится указ 1775 г. московскому обер- полицеймейстеру. В указе содержалось распоряжение: в целях содержания молодых “ленивцев”, не желающих получать про- питание работой, “учредить работные дома”, в которых исполь- зовать мужчин на разделке дикого камня для государственных и частных строек, а женщин занимать прядильными делами. В 80-е гг. ХVIII в. работные дома были открыты в Петербурге, Красноярске и Иркутске. Александровская и Николаевская эпохи практически ничего не изменили в отношении трудового начала в социальной работе. В организации государственного призрения правительство не- достаточно уделяло внимания трудовой помощи нуждающимся. Попытки либеральных деятелей использовать труд в качестве источника улучшения материального положения работоспособ- ных бедных людей и включить его в систему государственного призрении оказались безрезультатными. Официальные государственные власти первой половины XIX в. по-прежнему ориентировались на принудительные виды труда и культивировали его карательно-исправительную функ- цию. Государственная система “трудовспоможения” так и не смогла родиться в условиях административно-бюрократического режима, жестко регламентировавшего сферу социального при- зрения, как и другие сферы жизни страны, и негативно воспри- нимавшего всякого рода общественные движения. Не случайно ростки трудовой помощи нашли поддержку и были приняты в качестве формы социального призрения, главным образом, в благотворительных обществах и союзах. Уже воз- никшие в конце ХVIII — начале XIX в. первые государственные, государственно-общественные и общественные благотворитель- ные общества, в том числе Ведомство учреждений императрицы Марии (1797 г.), Женское патриотическое общество (1812 г.), Импе- раторское человеколюбивое общество (1816 г.), включали в пере- чень своих попечительских задач предоставление “неимущим, кои могут работать приличной работы, снабжая их материалами, собирая обработанные ими изделия и сбывая оные”. Решая эту проблему, благотворительные общества открыва- ли различные заведения трудовой помощи, к которым относились дома трудолюбия и работные дома, учебные и производственные мастерские, профессиональные курсы, ремесленные школы и училища, посреднические бюро по трудоустройству и др. С филантропической деятельностью императрицы Марии Федо- ровны связано открытие многих детских учебно-воспитательных учреждений, среди которых были женские екатерининские учи- лища в Петербурге (1798 г.) и Москве (1802 г.), воспитательные дома для глухонемых и слепых с преподаванием ремесел (1806 г.), военно-сиротское отделение Воспитательного дома (1807 г.), два училища для солдатских дочерей (1820 и 1823 гг.), Севастополь- ское и Николаевское училища для детей, нижних чинов морского ведомства (1826 г.) и др. В середине XIX в. под эгидой Ведомства учреждений императрицы Марии действовали более 360 со- циальных заведений, где получали благотворительную, в том числе трудовую, помощь свыше 60 тыс. нуждавшихся, обучалось различным профессиям почти 10 тыс. детей. Возникшее в начале XIX в. Женское патриотическое обще- ство учредило в 1816 г. 6 профессиональных школ для девочек из бедных семей в Петербурге и других городах. Позднее обще- ство открыло целую группу мастерских и курсов для подготов- ки девочек к трудовой жизни. “Общество посещения бедных в С.-Петербурге”, основанное по инициативе видного филантропа князя В. Ф. Одоевского и действовавшее в 1840–1855 гг., наряду с общими мерами благотворительной поддержки престарелых, больных, детей-сирот, считало одной из форм призрения именно трудовую помощь. В этих целях обществом были открыты три рукодельни. Из них в 1849–1853 гг. в рукодельне на Петроград- ской стороне ежедневно работало в среднем 42 женщины. Для воспитания и подготовки к труду девочек-сирот было учреждено четырехклассное училище. В целом же в первой половине XIX в. трудовая помощь использовалась в ограниченных рамках и благотворительные общества, конечно, были не в состоянии превратить ее в дей- ственный инструмент ликвидации безработицы и нищенства. 142 143 § 2. Основные формы трудовой помощи во второй половине XIX — начале XX в. Новые черты организация социальной поддержки нуж- дающихся приобрела в результате крупных социально- политических и социально-экономических преобразований 60–70-х гг. XIX в. Значительные изменения в управлении этой отраслью, децентрализация системы призрения, государствен- ное и общественное стимулирование благотворительности, уси- ление внимания к предупреждению безработицы и обнищания и т. д. — все это активизировало создание благотворительных заведений, основной функцией которых была трудовая помощь неимущим, малоимущим и другим нуждающимся. Либеральные реформы Александра II обусловили рост общественной и частной инициативы в сфере российского ми- лосердия, а на демократичеcкой волне 60–70-х гг. многократно увеличилась сеть благотворительных обществ, союзов и орга- низаций. К тому же в пореформенный период, как и в предше- ствующее время, правительство не принимало реальных мер по созданию государственной системы трудовой помощи. Наоборот, официальные административные органы государства во многом передали дело социального призрения, в том числе трудовой помощи, в ведение земского и городского самоуправления, благо- творительных обществ, церковных попечительств и др. Под их опекой в 90-е гг. действовали многие сотни социаль- ных учреждений различного профиля и различного характе- ра — земских, городских, сословных, общественных и частных, церковных и пр. В сфере земских и городских органов самоуправ- ления функционировало около 7 тыс. заведений, где получали помощь в какой-либо форме свыше 1 млн бедных и немощных. Ведомство учреждений императрицы Марии объединяло в эти годы около 700 обществ и заведений, Российское общество Красного Креста — 518, Попечительство о домах трудолюбия и работных домах — 300, Императорское человеколюбивое общество — почти 200, Ведомство православного вероисповеда- ния — свыше 3 тыс. попечительств, богаделен и приютов. Именно благодаря деятельности земских и городских управ, благотворительных обществ и других общественных институтов трудовая помощь в конце XIX — начале XX в. хотя не оформилась в систему, но стала одним из направлений российской благотвори- тельности и получила более широкое распространение как сред- ство профилактики обнищания и безработицы, а также трудового воспитания и перевоспитания людей социального “дна”. В эти годы заведения трудовой помощи стали постоянным звеном в сети социальных учреждений земских и городских органов самоуправления, многочисленных благотворительных обществ. Так, в 1908 г. из более чем 200 общего количества за- ведений Человеколюбивого общества 66 приходилось на учебно- воспитательные заведения для детей с их подготовкой к труду посредством обучения различным профессиям. Наряду с этим общество содержало 7 заведений трудовой помощи, в том чис- ле 4 швейные мастерские, в которых получали работу свыше 500 женщин. При этом для подготовки детей к профессиональному труду Человеколюбивое общество учредило в своей структуре специ- альное “Попечительство по воспитанию, техническому и про- фессиональному образованию бедных детей”. В 1908 г., кроме швейных мастерских, в ведении Попечительства находились мастерская дамских нарядов, типография и переплетная ма- стерская, где обучались соответственно швейному, типографско- наборному и переплетному ремеслам около 70 учеников. Подъем благотворительного движения, массовое учреж- дение все новых и новых обществ, союзов, попечительств, видевших свою главную обязанность в социальном призрении нуждающихся; участие в этом сложном деле государственных структур, органов земского и городского самоуправления, многих частных благотворителей — все это поставило перед правитель- ством задачу разработки законодательных основ организации общественного призрения, принятия мер по регулированию данной сферы жизни страны. Этим объясняется подготовка правительственной комиссией Устава об общественном призрении, который был утвержден 144 145 Александром III и опубликован в 1892 г. В начале 90-х гг. Устав был доработан и получил более совершенную редакцию. Среди многочисленных глав Устава были специальные главы и статьи, посвященные организации трудовой помощи. Уставом определя- лись ее формы, учреждения, условия для различных категорий нуждающихся. Целый ряд положений Устава был посвящен работным домам. В нем указывалось, что работные дома созда- ются для предоставления неимущим возможности содержать себя собственным трудом. В работные дома принимались: 1) бедные и убогие люди, способные работать и добровольно пожелавшие трудиться в этом заведении, 2) не имеющие пристанища лица, направленные “на время или навсегда” по распоряжениям местных властей, 3) “праздношатающиеся” элементы и профессиональные нищие, “присылаемые местной полицией”. Таким образом, в работных домах предполагалось использовать как добровольный, так и принудительный труд. В этой связи действовавший с 40-х гг. XIX в. Московский работный дом практически имел два отделения: для добровольно работающих бедняков и для доставленных полицией. В течение 1897 г., как видно из отчета учреждения, в нем добровольно рабо- тали 3350 человек и почти 4 тыс. нищих по решению специальной комиссии были приведены полицией для принудительного труда. Добровольно трудившиеся призревались в Работном доме в сред- нем до 40 дней или до получения заработка в сумме 5 рублей. До- ставленные полицией содержались от одной недели до 6 месяцев. За год подопечные Работного дома провели в производственных мастерских 30 тыс. рабочих дней и на внешних работах — строй- ках, ремонте дорог, уборке мусора и пр. — 43 тыс. рабочих дней. Заработок призреваемых составил 16 тыс. рублей. Позднее для оказания трудовой помощи нуждающимся на базе работного дома в Москве был сформирован Дом трудолюбия. Что касается работного дома, то он приобрел характер исправи- тельного заведения, где различные работы использовались как наказание для уклоняющихся от честного труда. Такого рода работные дома действовали в Тамбове и Калуге. Поскольку либеральная общественность выступала против применения принудительного труда в качестве карательной меры борьбы с нищенством и правонарушениями, Комитет Попе- чительства о домах трудолюбия и работных домах в 1895–1896 гг. и другие годы на своих заседаниях многократно обсуждал во- прос об организации работных домов. Наконец, в 1907 г. он был передан на рассмотрение Государственной думы, где так и не получил окончательного решения. В целом работные дома ввиду ограниченного использования труда как формы социальной по- мощи и нравственного воспитания не получили сколько-нибудь значительного распространения в России. Среди учреждений, в центре внимания которых нахо- дилась трудовая помощь нуждающимся или их подготовка к труду, представляют значительный интерес и заслуживают положительной оценки дома трудолюбия. Первые попытки соз- дания домов трудолюбия с целью подготовки к труду здоровых обедневших людей разных сословий и предоставления им из- вестного заработка относятся к началу XIX в. Среди них можно назвать Дом трудолюбия Гавриловой в Петербурге (1804 г.), ряд заведений такого типа “Благотворительного общества патриоти- ческих дам”, открытых ими после Отечественной войны 1812 г.; “Дом трудолюбия и призрения неимущих” в Рязани (1821 г.); Московский дом трудолюбия (1829 г.); Петербургский дом трудо- любия (1830 г.); Женская мастерская Демидова (1833 г.), а затем Демидовский дом призрения трудящихся. В первой половине XIX в. аналогичные заведения были учреждены в Калуге, Коломне, Пензе, Тамбове. В этих заведе- ниях дети из бедных семей и сироты получали начальное образо- вание и трудовую профессию. Здоровые взрослые, пытавшиеся покончить с нищенством и бродяжничеством, на добровольных началах изучали ремесла и работали в различных производ- ственных мастерских. Большинство этих домов трудолюбия в 50-е гг. XIX в. превратились в закрытые профессиональные учебные заведения-училища для воспитания и обучения ремес- лу детей-сирот и детей неимущих родителей. Либеральная “оттепель” 60–70-х гг. и связанный с ней подъ- ем благотворительного движения активизировали деятельность 146 147 земских и городских самоуправленческих органов, многочис- ленных светских и церковных попечительств по созданию до- мов трудолюбия, в которых трудовая помощь рассматривалась как их основная функция. В 1882 г. Андреевским церковно- приходским попечительством, возглавлявшимся настоятелем Андреевского собора Иоанном Сергиевым (Крон-штадтским), был открыт дом трудолюбия в Кронштадте. Примечательно, что определяя задачи попечительства, отец Иоанн сосредоточил внимание на роли трудовой помощи в социальной реабилитации нуждающихся. “Церковное попечи- тельство, — заявил он, — главнейшим образом учреждено для уничтожения нищенства и попрошайничества в нашем городе, для искоренения лености, праздности, тунеядства и нищеты, для приискания работы бедным, для учреждения ремесленной школы для бедных детей, для устройства рабочего дома”. Созда- ние дома трудолюбия стало одной из важных мер по реализации этой программы. К 1910 г. по разнообразию форм трудовой помощи и ее объему Кронштадтский дом трудолюбия вошел в число наиболее значительных благотворительных заведений такого типа. При нем действовали пенькощипные мастерские, сапожная мастер- ская, женская мастерская ручного труда, школа кройки и шитья, посредническое бюро по найму прислуги и др. Только за 1910 г. всеми видами работы было охвачено более 7 тыс. неимущих лю- дей, получивших за свой труд определенный заработок. При Петербургском 1-м доме трудолюбия, учрежденном в 1886 г., функционировали модная и белошвейная мастерская для безработных женщин, школа кройки и шитья для девочек из бедных семей, детский приют с обучением грамоте и ремеслу. В сентябре 1886 г. на средства Евангелического общества был основан дом трудолюбия, ставший одним из видных заведений трудовой помощи в России. Руководители дома организовали в нем столярную, слесарную, швейную, сапожную, картонажную, переплетную и другие мастерские. За 25 лет в доме трудолюбия получили приют и трудовую помощь почти 7 тыс. безработных, в том числе около 4 тыс. ремес- ленников, более 800 рабочих-поденщиков. Определенная часть призреваемых приходилась на нищенствующих и бродяжни- чающих, которые видели в доме трудолюбия кратковременное пристанище. Достоинством дома трудолюбия при Евангеличе- ском обществе являлось то, что его попечители и сотрудники не ограничивались предоставлением временной трудовой помощи, но вели постоянную работу по нравственному перевоспитанию профессиональных нищих, их наставлению на путь честной трудовой жизни. Благодаря усилиям органов самоуправления, благотвори- тельных обществ и попечительств дома трудолюбия как учреж- дения трудовой помощи стали более широко распространяться в российских губерниях. К началу 90-х гг. XIX в. их сеть включала около 30 заведений. В этих условиях возникла необходимость соединения и координации деятельности домов трудолюбия, обеспечения единства их целей, задач, уставных основ, а также оказания им государственной и общественной поддержки финансами, кадрами и другими видами помощи. Предложения об этом по- ступали в правительство с мест от земских деятелей, советов благотворительных обществ, домов трудолюбия. Эти предложения явились той почвой, на которой возникла идея создания общероссийского Попечительства о домах трудо- любия и работных домах. Для разработки проекта его организа- ции многое сделала комиссия под председательством А. С. Та- неева. В сентябре 1895 г. Николаем II был подписан указ об учреждении под покровительством императрицы Александры Федоровны Попечительства о домах трудолюбия и работных домах. Позднее эта благотворительная организация стала назы- ваться Попечительством о трудовой помощи. В учредительном указе создание попечительства объяснялось стремлением облег- чить участь неимущих путем предоставления им “честного труда как единственного залога счастливой и на христианских началах основанной жизни”. Перед Домами трудолюбия ставилась задача помогать бездомным, вышедшим из больниц, освобожденный из мест заключения, впавшим в крайнюю бедность и не имеющим 148 149 заработка людям, путем обеспечения их работой и приютом. В соответствии с указом на Попечительство возлагалась обязан- ность оказывать домам трудолюбия необходимую поддержку в осуществлении трудовой помощи. В организационном отношении руководство Попечитель- ством осуществлялось Комитетом во главе с императрицей Александрой Федоровной. Вице-президент и 10 действительных членов Комитета назначались императрицей. В областях и губер- ниях, главным образом, Европейской части России действовали местные Попечительные общества о домах трудолюбия. Право считаться членами Попечительства получали лица, сделавшие пожертвования или оказавшие другую помощь обществу. Они делились на категории в зависимости от суммы единовременного денежного пожертвования и размера ежегодного взноса. Ис- точниками финансирования Попечительства стали проценты с неприкосновенного капитала в 600 тыс. рублей, который был по- ложен на банковский счет общества Министерством внутренних дел. Деятельность Попечительства материально обеспечивалась также денежными доходами от других капиталов, членских взносов, пожертвований и др. Решая задачи организации трудовой помощи нуждающим- ся, Попечительство руководствовалось положениями общерос- сийского Устава об общественном призрении. В этом документе был выделен специальный раздел, в котором определялось содержание деятельности Попечительства о трудовой помощи. Уставом предусматривалось, что для оказания “трудовспомо- жения” нуждающимся Попечительство принимает следующие меры: 1) содействует пособиями и ссудами устройству и содер- жанию: а) домов трудолюбия, а также справочных контор, столовых, ночлежных домов, яслей и других подобных учреждений; б) складов, базаров и выставок с продажей изделий и снаб- жением материалами, орудиями производства и кредитованием кустарей и мелких ремесленников; в) учебных мастерских детских приютов; 2) инструктирует указанные учреждения как об их наиболее рациональном устройстве, так и о методах наилучшей органи- зации их деятельности, издает примерные уставы, организует образцовые центральные заведения; 3) во время неурожаев и других стихийных бедствий устраи- вает общественные работы, поддерживает кустарные промыслы и оказывает другие меры помощи; Обеспечивает объединение учреждений трудовой помощи, со- действует теоретической разработке связанных с ней вопросов. На основе этих уставных положений Попечительство вело практическую работу по оказанию трудовой помощи нуждаю- щимся. Прежде всего усилиями центрального Комитета обще- ства и местных попечительских организаций постоянно рас- ширялась сеть домов трудолюбия. В 80-е гг. было открыто 9 до- мов трудолюбия. В 1890–1895 гг. стали функционировать еще 24 таких заведения. Вторая половина 90-х гг. ознаменовалась наибольшей активностью в создании учреждений трудовой помощи. В эти годы было основано 35 домов трудолюбия. За 1901–1910 гг. их сеть увеличилась еще на 21 заведение. В эти годы в России действовало в общей сложности 140 домов тру- долюбия. Вместе с детскими приютами трудолюбия, пунктами раз- дачи работы на дом, профессиональными училищами и ремес- ленными курсами, учебно-производственными мастерскими местных попечительских обществ, посредническими бюро и конторами трудоустройства и др. в России, по данным на 1912 г. работало около 700 заведений трудовой помощи. Известный в царской России специалист в области организа- ции трудовой помощи и ее исследователь Г. Г. Швиттау произвел классификацию домов трудолюбия. К первому типу относились дома с достаточно оборудованными производственными мастер- скими, где предоставлялась трудовая помощь здоровым квали- фицированным рабочим, временно ставшим безработными. Второй тип был представлен домами трудолюбия для не- подготовленных к профессиональному труду и “слабосильных” людей, которым оказывалась временная трудовая помощь с 150 151 целью получения ими определенного заработка. Деятельность этих домов не вносила коренного изменения в социальное поло- жение призреваемых, но именно они составляли большинство действовавших тогда домов трудолюбия. Однако, как свидетельствуют статистические материалы, в 1911–1912 гг. дома трудолюбия не были строго специализиро- ванными. Их структура становилась все более многозвенной за счет вспомогательных отделений. При них создавались не только производственные мастерские, учебно-профессиональные шко- лы и курсы для способных к труду, но и детские приюты трудо- любия, пункты по раздаче надомных работ, трудовые убежища, богадельни для нетрудоспособных и другие отделения. Правда, последние имели тенденцию к превращению в самостоятельные социальные заведения. Своей благотворительной деятельностью дома трудолю- бия охватывали лишь известную часть безработных, нищих, престарелых. Данные по 70 учреждениям свидетельствуют, что в 1911 г. они оказали трудовую поддержку почти 200 тыс. нуждающихся. За год призреваемыми было проведено около 1,5 млн рабочих дней. Они работали в 240 мастерских указанных домов, в том числе в 42 швейных, 28 столярных, 19 переплетных, 17 сапожных, 16 слесарных, 6 ткацких и других мастерских. В них использовался труд квалифицированных рабочих, в силу разных обстоятельств оказавшихся безработными. Они выпол- няли 40 видов производственных заказов. Около 100 заведений трудовой помощи предоставляли нуж- дающимся работу, не требующую квалифицированного труда. К таким работам относились щипка пеньки, пиление и колка дров, уборка улиц, выделка кирпича, дорожный ремонт и др. Всеми занятыми каким-либо трудом в домах трудолюбия было заработано 220 тыс. рублей. В то же время на их содержание эти социальные учреждения израсходовали 260 тыс. рублей. В целом, положительно оценивая деятельность домов трудо- любия, нельзя вместе с тем преувеличивать их значение в деле трудовой помощи. Сетью своих заведений они могли охватить лишь небольшой процент нуждающихся. Их производства были рассчитаны главным образом на неквалифицированный труд. Две трети домов трудолюбия занимали призреваемых простей- шими и всеми доступными работами, поэтому находившиеся в домах трудолюбия получали исключительно низкую заработную плату. Следовательно, эти учреждения не могли удовлетво- рить квалифицированных рабочих. Их услугами пользовались в основном лица без профессии, неимущие, физически осла- бленные люди, престарелые и немощные, алкоголики и другие элементы девиантного поведении, дети-сироты и дети из бедных семей и др. И поскольку дома трудолюбия пытались оказать со- циальную помощь всем этим категориям нуждающихся и в своем большинстве содержали их вместе, то они тем самым отходили от своей главной функции и в значительной степени приобретали характер учреждения богадельного типа. Составной частью социальной работы Попечительства о трудовой помощи являлась организация трудовой помощи де- тям. В этой общественно важной области Попечительство также накопило заслуживающий внимания опыт. Подготовкой детей к трудовой жизни занимались такие заведения, как детские дома трудолюбия, детские приюты, детские трудовые убежища, учебно-производственные мастерские, ремесленные училища и курсы и другие заведения профессионального обучения. Детские дома трудолюбия стали учреждаться в 90-е гг. К 1901 г. было основано 10 таких заведений. В 1911 г. они дей- ствовали в Петербурге, Архангельске, Ельце, Ряжске и других городах. Эти дома имели интернаты, мастерские различного производственного профиля. По содержанию своей деятель- ности детские дома трудолюбия были очень близки к детским приютам. Наиболее распространенными среди учреждений трудовой помощи для детей стали детские приюты. Активное создание этих заведений развернулось в конце XIX — начале XX в. В 90-е гг. за 10 лет было основано 37 приютов. С 1901 по 1910 г. возникло 46 детских приютов. В 1912 г. в стране действовало более 100 этих учреждений. Из них 34 находились в ведении благотворительных обществ, 30 — под опекой попечительских обществ об Ольгин- 152 153 ских детских приютах трудолюбия, 18 — местных попечительств о домах трудолюбия, 10 — обществ трудовой помощи. В начале 1911 г. в детских приютах трудолюбия, по данным 90 заведений, призревались и овладевали трудовыми профес- сиями около 4 тыс. детей обоего пола. Кроме того, в 9 приютах для приходящих детей опекалось и обучалось почти 2 тыс. де- тей. Наряду с преподаванием предметов начальной грамоты в 80 приютах было организовано обучение ремеслам по 30 специ- альностям. В 50 приютах дети овладевали шитьем и рукоделием, в 22 — осваивали столярно-токарное ремесло, в 21 — переплетное дело, в 15 — слесарное и кузнечное и др. Для обучения трудовым профессиям 40 приютов имели специальные производственные мастерские для мальчиков, а в 30 приютах были оборудованы мастерские для девочек. Большинство детских приютов с ремес- ленной подготовкой установили пятилетний срок обучения. Под опекой Комитета Попечительства о трудовой помощи находились Ольгинские детские приюты трудолюбия. Основан- ные в ознаменование рождения великой княжны Ольги Никола- евны, эти приюты действовали на основе специального Положе- ния (1896 г.), а позднее Примерного Устава, утвержденного Коми- тетом. На местах ими занимались Попечительские общества об Ольгинских детских приютах трудолюбия. Со времени открытия первого приюта в Царскосельском уезде (1897 г.) их количество к 1912 г. увеличилось до 37. Из них 14 приютов размещались в губернских и областных центрах и 23 — уездных городах и селах. За 16 лет деятельности Ольгинские приюты подготовили к тру- довой жизни и выпустили более 3 тыс. воспитанников. В 1910 г. они призревали и обучали 1200 детей в возрасте от 6 до 15 лет. Профессиональная подготовка мальчиков велась по столярно- му и слесарному ремеслам (15 приютов), девочек учили шитью (26 приютов), кройке и шитью (15 приютов), ручному вязанию (10 приютов), ткацкому делу (6 приютов) и т. д. В сеть учреждений трудовой помощи детям входили учебно- показательные мастерские, которые готовили их к квалифици- рованному труду. В 1912 г. при благотворительных обществах, попечительствах о трудовой помощи, земских и других орга- низациях функционировали 180 учебных мастерских, часть которых имели интернаты для обучающихся детей. По данным 70 мастерских, на 1 января 1911 г. в них училось 2380 девочек и мальчиков. Они овладевали профессиями токаря, слесаря, столяра, кузнеца, швеи, ткачихи и др. Хотя ввиду недостаточной государственной поддержки мастерские охватывали незначительную часть нуждающих- ся, эти учреждения играли положительную роль в подготовке детей к трудовой жизни, и опыт их организации заслуживает внимания. В последней четверти XIX в. исключительно актуальной проблемой российского общества стала безработица и трудоу- стройство нуждающихся. Известно, что промышленное развитие в России, как и в других странах, носило циклический характер. Рост производства на рубеже 70–80-х гг. сменился кризисом и депрессией 1882–1887 гг. После резкого промышленного подъема 90-х гг. наступил тяжелый экономический кризис 1900–1903 гг. Все это обусловливало неустойчивость положения наемных ра- бочих, численность которых к началу XX в. составляла 16,8 млн человек. Только в период кризиса 1900–1903 гг. было закрыто свыше 3 тыс. предприятий. Многие десятки тысяч рабочих ока- зались безработными и нуждались в трудовой помощи. Усложнение ситуации на рынке труда поставило перед земскими и городскими органами самоуправления и благотво- рительными обществами задачу активизировать деятельность по оказанию помощи в трудоустройстве живших заработком людей. Это привело к созданию специальных учреждений со- действия трудовой занятости безработных также для тех кате- горий неимущих, которые традиционно нуждались в социальной поддержке. К первым учреждениям такого рода относились участ- ковые посреднические конторы и бюро в системе городского самоуправления Москвы. Так, в 1902 г. Совет Пречистенского участкового попечительства учредил посредническую конто- ру по трудоустройству. За год конторой было получено более 800 запросов от предпринимателей на рабочих разных про- 154 155 фессий и 700 заявлений от желающих устроиться на работу. Благодаря посреднической конторе было трудоустроено около 300 человек. Рассматривая содействие трудовой занятости как важную меру предупреждения бедности, Московская городская управа решила объединить усилия участковых попечительств в этой об- ласти. В этих целях Городская дума приняла решение о создании Московской центральной посреднической конторы. Положение о ней было утверждено в июне 1906 г., и с этого времени контора начала свою деятельность. Сотрудники Посреднической конторы осуществляли регистрацию желающих получить работу, вели учет заявок работодателей по всем отраслям наемного труда, в том числе по профессиям промышленного производства, строительства, транспорта, торговли, а также чернорабочих, прислуги и др. В 1909 г. в контору поступило 25 тыс. просьб о трудоустройстве и 22 тыс. заявок от работодателей. С помощью конторы были трудоустроены 21 тыс. человек. К 1912 г. положение изменилось, и при 22 тыс. просьб о трудоустройстве и 20 тыс. заявок от пред- принимателей получили работу лишь 12 тыс. человек. По данным Московской посреднической конторы, в связи с ограниченным спросом на значительное число профессий из общего количества безработных трудоустраивалось лишь 56%. Посреднические конторы городских управ и благотвори- тельных обществ были учреждены во многих городах России, в том числе в Киеве, Нижнем Новгороде, Риге и др. Рижская город- ская контора в 1911 г. приняла 5200 заявлений о трудоустройстве от мужчин и 6300 — от женщин, т. е. всего 11 500 заявлений. В то же время в ее банке данных было зарегистрировано — 9700 раз- личных вакантных рабочих мест. Удельный вес удовлетворен- ных заявлений о предоставлении работы составлял в мужском отделении конторы 58,5%, а в женском — 64%. Особенно активизировалась работа по созданию такого рода учреждений в годы Первой мировой войны. Уже в 1914 г. почти при всех 20 городских попечительствах Петербурга были органи- зованы посреднические бюро, бюро труда иди комиссии по тру- довой помощи. С декабря 1914-го по сентябрь 1915 г. они помогли трудоустроить в столице около 16 тыс. нуждающихся. Наряду с этим за первый год войны попечительствами было открыто 40 новых швейных, сапожных, вязальных и других мастерских, где нашли работу 20 тыс. членов семей военнослужащих. До 1914 г. в России не было государственных служб занято- сти населения. Государство не проводило каких-либо активных мер в этой области. Между тем развитие рыночной экономики требовало создания постоянно и профессионально действующих учреждений, которые бы занимались учетом спроса и предложе- ния трудовых ресурсов, содействовали их правильному распре- делению в соответствии с потребностями предприятий, отраслей и регионов. Поэтому в России такие уже испытанные в Западной Европе учреждения трудовой помощи, как биржи труда, воз- никли первоначально в сфере городского самоуправления. Одна из первых бирж труда была создана Петербургской городской управой и открыта в сентябре 1909 г. Основным содержанием ее деятельности стали сбор данных о потребности в трудовых ресурсах, регистрация заявлений нуждающихся в работе и со- действие их трудоустройству. В 1910 г. в Петербургскую город- скую биржу труда поступило 94 тыс. заявлений-просьб о помощи в устройстве на какую-либо работу. Их них получили рабочие места 12 тыс. человек, или несколько более 10% нуждающихся. Свыше 70 тыс. безработных обратились на биржу в 1911 г. Она оказала трудовую помощь 30% подавших заявления. 72 тыс. по- сетителей с аналогичными просьбами побывали на бирже в 1912 г. Однако с помощью биржи было трудоустроено только 26% от общего количества обратившихся. В 1914 г. начала действовать Московская Морозовская бир- жа труда, основанная городской управой. Она вела регистрацию безработных и учет имеющихся вакантных мест в различных отраслях. В основном биржа содействовала трудоустройству строительных рабочих низшей квалификации, разнорабочих и сезонных рабочих. Деятельность биржи развертывалась уже в тяжелых условиях Первой мировой войны. По данным на 1915 г., в ее регистрационном отделе стояло на учете 76 тыс. безработных, 156 157 из которых были трудоустроены почти 80%, что исследователи проблемы трудовой занятости считают высоким результатом. Биржи труда были учреждены городскими органами самоуправ- ления также в Нижнем Новгороде, Иваново-Вознесенске, Одессе и ряде других промышленных центрах. Интенсивный рост промышленного производства в 1908–1912 гг. и повышение спроса на рабочую силу, острота во- просов трудоустройства беженцев в годы Первой мировой войны потребовали от правительства создания общегосударственной службы учета и распределения трудовых ресурсов. В 1914–1917 гг. правительство учредило 6 постоянно действующих бирж труда, которые открыли в совокупности более 20 местных отделений в промышленных районах России. После падения монархии в феврале 1917 г. экономический кризис в стране еще более усилился. Падение производства на- растало с каждым месяцем. Лишь в течение марта—августа оста- новилось около 600 предприятий. В этих условиях безработица стала настолько массовой, что приобрела характер социального бедствия. В поисках мер по смягчению остроты рабочего вопроса Временное правительство пыталось шире использовать биржи труда как учреждения трудовой помощи. 19 августа 1917 г. правительством был принят первый в российском законодательстве закон о биржах труда. Законом устанавливалось, что биржи труда могли учреждаться в городах с населением не менее 50 тыс. человек. В их обязанности входили регистрация численности безработных, их классификация по профессиям и квалификации, сбор сведений о вакантных ра- бочих местах в различных отраслях производства, городского хозяйства и быта. В качестве главной функции бирж определя- лась организация помощи нуждающимся в их трудоустройстве. В течение мая—октября 1917 г. в — России было открыто более 40 бирж труда. Однако в условиях массового закрытия пред- приятий и быстро нараставшей хозяйственной разрухи они были не в состоянии оказать заметного влияния на уменьшение безработицы. Среди форм трудовой помощи неимущим постепенно рос- ло значение общественных работ. Они использовались в годы неурожаев и других стихийных бедствий, а также в периоды промышленных кризисов как средство предоставления зара- ботка нуждающимся. Первые общественные работы в России известны с начала ХVII в. В голодные 1601–1602 гг. вызванные последовавшими друг за другом неурожаями, правительство царя Бориса Годунова вместе с другими мерами помощи населе- нию обратилось к организации общественных работ. Для предо- ставления заработка нахлынувшей в Москву массе людей были налажены дробление камня, добывание и завозка песка, ремонт дорог, строительство каменных зданий. Как свидетельствует Никоновская летопись, царь Борис “повеле делати каменное дело многое, чтобы людям питатися и зделаша каменные палаты большие, где были царя Ивана хоромы”. В царствование Петра I, Анны Иоанновны, Елизаветы обще- ственные работы как форма трудовой помощи носили случайный характер. Во второй половине ХVIII в. они стали использоваться с филантропическими целями правительством Екатерины II. В неурожайный 1774 г. население Воронежской губернии широко привлекалось к работе по рытью рвов и возведению земляных валов вокруг уездных городов, что давало возможность нуж- дающимся получить определенный заработок. В именном указе Сенату от 14 января 1776 г. Екатерина II обязала этот общероссийский орган управления и надзора “иметь за правило для прокормления нужду претерпевающих селений тот способ, который действительным опытом утвержден в Воронежской губернии”, т. е. общественные работы. В соответ- ствии с указом они проводились в Саратовской, Архангельской, Олонецкой и других губерниях. В годы правления Николая I общественные работы полу- чили более широкое распространение. Они стали одной из мер трудовой помощи наоснове принципа “хлеб за труд”. В связи с неурожаями 1833–1834 гг. правительство организовало обще- ственные работы в Тамбовской, Киевской, Могилевской и других губерниях. На их проведение в 10 губерниях было выделено более 2,5 млн рублей. Свыше 3 млн рублей правительство выделило в 1840 г. на организацию общественных работ в 8 губерниях центра 158 159 России. В 1846–1847 гг. в пострадавших от неурожая западных губерниях проводились крупные шоссейные работы, которые приносили известный заработок нуждающимся. После отмены крепостного права в условиях массового “рас- крестьянивания” и наличия многих миллионов малоземельных крестьянских семей (2–4 десятины) проблема жизнеобеспечения населения стала особо острой. Она усугублялась периодически- ми промышленными кризисами, которые резко увеличивали массы безработных. В этой связи значение общественных работ как формы трудовой помощи нуждающимся существенно воз- росло. Передача правительством Александра II социального при- зрения в руки органов земского и городского самоуправления, многократное увеличение сети благотворительных обществ и союзов разно повысили внимания к общественным работам. В первое пореформенное десятилетие наиболее значительные общественные работы проводили на строительстве Московско- Смоленской железной дороги. В неурожай 1867 г. правительство поддержало предложение Смоленского земского губернского со- брания и губернской управы о широком привлечении крестьян к работе по отсыпке земляного полотна дороги в пределах губернии на протяжении 140 верст. За 6 месяцев, с мая по октябрь 1868 г., в общественных работах приняли участие свыше 22 тыс. смолен- ских крестьян, которые благодаря заработку смогли несколько улучшить материальное положение их семей. В 1891–1992 гг., известных как “голодные” годы, правитель- ством было затрачено на общественные работы около 15 млн рублей. Meстные жители привлекались к строительству шоссей- ных дорог в Казанской, Самарской, Тамбовской, Воронежской, Новороссийской губерниях. Крестьяне Нижегородской, Симбир- ской, Саратовской губерний участвовали в peмонте грунтовых дорог. И хотя специально созданное Управление общественных работ не обеспечило необходимый уровень их организации и фиксирования, тем не менее общественные работы 1891–1892 гг. расширили трудовую занятость крестьян неурожайных губер- ний. Только на строительстве Новороссийского шоссе трудились более 24 тыс. человек, общий заработок составил 360 тыс. ру- блей. На лесозаготовках крестьяне заработали 1,5 млн рублей, на строительстве элеваторов и церковно-приходских школ 730 тыс. рублей. Крупные недостатки и даже злоупотребления при про- ведении общественных работ задержали их развитие почти на десятилетие. Как форма трудовой помощи они получили “второе дыхание”, когда в их организации стало активно участвовать Попечительство о трудовой помощи под покровительством императрицы Александры Федоровны. В конце 80-х — начале 90-х гг. Министерство внутренних дел вместе с Попечитель- ством приняло ряд мер по созданию системы трудовой помощи, в которой главное место отводилось общественным работам. На основании правительственных распоряжений к их проведению подключались Министерство внутренних дел, Министерство финансов, Министерство земледелия, Ведомство лесного хозяй- ства, Главное управление землеустройства, Попечительство о трудовой помощи, губернские администрации, органы земского и городского самоуправления. Попечительство о трудовой помощи проводило обществен- ные работы на новых началах. В пострадавших от неурожая губерниях оно сочетало “трудовспоможение” с разносторонними мерами по улучшению крестьянского хозяйства и быта. В этих целях Попечительство создавало в губерниях ссудные фонды для приобретения сельскохозяйственного инвентаря, учебно- производственные мастерские, лечебно-продовольственные пункты, детские приюты и ясли, начальные школы, богадельни. Именно таким образом были организованы общественные работы 1898–1899 гг. в пяти губерниях Волжско-Камского региона. Аналогичным способом была оказана трудовая помощь крестьян Тобольской и Томской губерний в 1901–1902 гг. Уполно- моченные Попечительства объединили усилия местных земств и благотворительных обществ. Целый ряд общественных работ финансировался правительственными ведомствами. Благодаря этому крестьянами было выполнено свыше 300 видов обществен- ных работ, в том числе строительство плотин, прокладка новых 160 161 и ремонт старых дорог, заготовка леса, рытье осушительных канав, строительство кирпичных заводов, школьных зданий и др. на общую сумму 230 тыс. рублей. Деятельность Попечительства о трудовой помощи по организации общественных работ отличалась значительной широтой в 1905–1906 гг. Оно охватило этой формой социаль- ной поддержки нуждающихся 7 губерний Центра и Поволжья. Различного рода работы, произведенные крестьянами Туль- ской, Рязанской, Орловской и других губерний, оценивались в 2,3 млн рублей. К строительству школьных и ясельных зданий, сооружению мостов и запруд, очистке прудов, заготовке леса было привлечено 300 тыс. крестьян. В общей сложности за 2 млн рабочих дней они заработали 1,5 млн рублей, т. е. сред- ний заработок каждого крестьянина составлял 74 копейки в день. В трудовой помощи крестьянству активно участвовали земские и городские самоуправленческие органы. На прове- дение общественных работ 1905–1906 гг. они израсходовали 2,1 млн рублей. Наиболее широко общественные работы проводились в 1911–1912 гг., когда от неурожая пострадали 20 губерний Повол- жья и Урала. В организации участвовали многие министерства и ведомства, губернские правления, Попечительство о трудовой помощи, земские и городские управы. На проведение обществен- ных работ правительство выделило 40 млн рублей. В октябре 1911 г. на различных работах в 5 тыс. сел, деревень было занято 1,2 млн человек, заработок которых составил 5,5 млн рублей. Попечительство о трудовой помощи развернуло общественные работы в Самарской, Казанской, Саратовской и Оренбургской губерниях. В них участвовали крестьяне свыше 2 тыс. селений, которые проделали работу на 2 млн рублей. Конечно, общественные работы не обеспечивали занятости всех нуждающиеся в заработке. Они использовались как одна из форм трудовой помощи и в известной степени смягчали тяжелое материальное положение населения и ослабляли социальную напряженность в губерниях пострадавших от стихийных бед- ствий. В социально-экономических условиях России, где крестья- не многих центральных, западных, южных и других губерний европейской части страдали от малоземелья и безземелья, одной из мер по улучшению труда занятости сельского на- селения была переселенческая политика. Начало этой прави- тельственной деятельности относится к 30-м гг. XIX в. Однако активная переселенческая работа с целью ослабления земель- ного “голода” и повышения материальной обеспеченности определенной части крестьянских семей развернулась с 1843 г., когда проводилась реформа управления государственными крестьянами. Для трудового перемещения крестьян правительство опре- делило Самарскую, Саратовскую, Астраханскую, Оренбургскую, Уфимскую, Тобольскую и Томскую губернии. Оно оказывало не- которую помощь переселенцам денежными пособиями, отпуском леса для строительства жилья и хозяйственных помещений, четырехлетним освобождением от податей, списанием недои- мок и др. На этих основаниях с 1831 по 1866 г. было переселено 320 тыс. крестьян. Отмена в 1861 г. крепостного права резко увеличила слой малоземельных и безземельных крестьян. Рост промышленного производства во второй половине XIX в. сопровождался ликви- дацией многих тарных промыслов. Все это исключительно обо- стрило проблему трудовой занятости в Европейской части Рос- сии. Для уменьшения избытка рабочей силы и трудоустройства незанятого населения в 80-е гг. правительство активизировало переселенческую политику. В июне 1889 г. был принят закон о крестьянских пересе- лениях. Законом предусматривались выделение крестьянским семьям земель на Урале, в Западной и Восточной Сибири в общинное и подворное пользование, трехлетнее полное и трех- летнее 50%-ное освобождение от арендных платежей, выдача денежных ссуд на первоначальное обустройство, снабжение строительным лесоматериалом. По существу переселение, на- деление землей и тем самым трудоустройство на новом месте жительства являлись формой трудовой помощи десяткам тысяч крестьянских семей. 162 163 В 90-е гг. переселенческое движение сначала развивалось по нарастающей линии. С 1889 по 1897 гг. в восточные губернии переселилось около 900 тыс. человек. Однако, хотя в 1897 г. в Министерстве внутренних дел было создано специальное пере- селенческое управление с правами департамента, переселение производилось при явно недостаточной помощи правительства, в частности размер ссуд на обзаведение не превышал 30 ру- блей на крестьянскую семью. В результате переселенческое движение в конце 90-х гг. на Урал и в Сибирь значительно со- кратилось. Новая волна переселения крестьян с целью наделения землей и обеспечения трудовой занятости связана с аграрной реформой П. А. Столыпина. Постановлением правительства были облегчены условия переселения, увеличена материальная поддержка новоселам, по льготным ценам продавалась сель- скохозяйственная техника. Эти меры способствовали подъему переселенческого движения в 1907–1912 гг. Если за 300 лет после вхождения Западной Сибири в состав российского государства на ее землях поселилось 4,5 млн человек, то за первые 15 лет XX в. количество жителей западносибирского региона увели- чилось на 3 млн человек, из которых 1,5 млн переселилось сюда в 1907–1909 гг. Правительственная деятельность в организации пере- селенчества имела крупные изъяны, сопровождалась злоу- потреблениями со стороны чиновников. Не случайно еще в 1896–1897 гг. 3 тыс. крестьянских семей вернулись на прежние место жительства окончательно разоренными. В то же время переселенческая политика дала определенные положительные результаты, обеспечила трудовую занятость 3–4 млн крестьян, улучшила их материальное положение. Например, 35% пере- селенцев в Алтайский край имели на родине не более одной лошади, а 60% — не более одной коровы на двор. В 1910–1912 гг. на новом месте в их собственности было 5–9 лошадей и 6–10 ко- ров на крестьянский двор. Если в европейских губерниях на душу мужского пола приходилось 2–3 десятины земли, то в Ал- тайском крае 7–9 десятин и более. Таким образом, посредством переселенческой политики миллионам крестьян была оказана трудовая помощь, благодаря которой существенно повысилось их материальное благосостояние. В системе трудовой помощи нуждающимся значительная роль принадлежала частным благотворителям. Практически участие в деле трудовой помощи составляло целое направление российской частной благотворительности. Сотни промышлен- ников, финансистов, купцов, государственных деятелей, вид- ных представителей науки и культуры, движимых чувством милосердия к страданиям обездоленных людей и желанием облегчить их судьбу, добровольно жертвовали значительные денежные суммы на социальные нужды, в том числе на созда- ние заведений трудовой помощи. В 1893–1897 гг., за пять лет, только на социальные учреждения Министерства внутренних дел частные пожертвования составили около 10 млн рублей. В 1901 г. известный предприниматель Г. Г. Солодовников за- вещал 20-миллионное личное состояние на учреждение или содержание благотворительных заведений. Многие миллионы были завещаны на те же цели К. Т. Солдатенковым. Видные представители делового мира, владельцы крупных капиталов Алексеевы, Бахрушины, Демидовы, Морозовы, По- ляковы, Прохоровы, Рябушинские, Тенишевы, Хлудовы и многие другие оставили о себе добрую память со-оружением на личные средства различных социальных учреждений и содержанием размещенных в них богаделен, приютов, больниц, домов трудо- любия, библиотек, художественных галерей, музеев, народных домов, училищ, лицеев, институтов и т. д. Многие частные благотворители открывали разнообразные заведения трудовой помощи, в которых нуждающиеся получали приют и возможность заработка, люди девиантного поведения приобщались к труду и проходили школу трудового перевос- питания, дети из бедных семей приобретали профессии и го- товились к трудовой жизни. С именем А. Н. Демидова связано строительство и содержание еще в 1740 г. “арифметического” училища для детей рабочих г. Невьянска на Урале. В екатери- нинское время П. А. Демидов передал на содержание Петер- 164 165 бургского и Московского воспитательных домов 1 млн 200 тыс. рублей. На свой капитал С. В. Морозов открыл при Никольской ткацкой фабрике токарную, ткацкую, столярную и кузнечную учебные мастерские для профессиональной подготовки детей фабричных рабочих. В. А. Морозова выделила средства на сооружение зда- ния ремесленного училища в Москве, а также ремесленного училища при Товариществе Тверской Мануфактуры. Она же финансировала учебную деятельность этих училищ. В 1816 г. владелец Трехгорной мануфактуры Т. В. Прохоров открыл ремесленную школу при этом предприятии. В 90-е гг. С. И. Прохоровым она была преобразована в ремесленное училище. П. А. Бахрушин, А. А. Бахрушин, В. А. Бахрушин и другие бла- готворители этой династии учредили целый ряд заведений со- циального призрения и трудовой помощи, в том числе детский приют в Москве со слесарной и электротехнической учебными мастерскими (1895 г.), Дом бесплатных квартир для вдов, при котором действовали мужское ремесленное училище и про- фессиональная школа для девочек (1898 г.). А. А. Бахрушин в 1915 г. пожертвовал 200 тыс. рублей на строительство здания учебно-ремесленной мастерской для мальчиков из бедных семей с общежитием. К. Т. Солдатенков в своем завещании (1901 г.) распорядился использовать 1 млн 300 тыс. рублей на учреждение училища “для бесплатного обучения в оном бедных детей мужского пола, без различия их состояния и вероисповедания, различ- ным ремеслам, относящимся к техническому производству”. Ремесленное училище им. К. Т. Солдатенкова было открыто в 1909 г. и готовило квалифицированных рабочих по специаль- ностям слесарь, токарь и др. Владелец нескольких заводов и фабрик видный меценат князь В. Н. Тенишев построил здание коммерческого училища для детей разных сословий, основал в Петербурге реальное училище (1896 г.). Его супругой известной благотворительницей М. К. Тенишевой было учреждено и обо- рудовано Училище ремесленных учеников в Бежице под Брян- ском (1893 г.). Среди благотворительных деяний предпринима- телей Поляковых значительное место занимали пожертвования на профессиональное обучение детей из нуждающихся семей. А. С. Поляков содержал несколько ремесленных школ в г. Орле. С. С. Поляков выделил необходимые средства на учреждение железнодорожного ремесленного училища в г. Ельце и горного ремесленного училища в г. Корсуне. Таким образом, трудовая помощь нуждающимся являлась одним из важных направлений социальной работы в России. Со времени образования единого централизованного государ- ства был накоплен определенный опыт организации трудовой помощи. В этом опыте заслуживают внимания меры по пред- упреждению обнищания и поддержки бедных людей путем предоставления им заработка в различных производственных мастерских учреждений социального призрения, промысловых товариществах, на общественных работах, а также террито- риального перемещения с целью трудовой занятости на новом месте жительства. Позитивным звеном этого опыта является содействие тру- довой занятости безработных через посреднические конторы и бюро, биржи труда, распространение надомной работы, на- лаживание сбыта кустарных изделий на выставках и базарах. Содержательной страницей истории трудовой помощи с полным основанием можно признать деятельность благотворительных обществ и частных филантропов по подготовке нуждающихся, особенно детей из бедных семей, к профессиональному труду посредством создания различных ремесленных мастерских, курсов, школ и училищ. Вместе с этим за положительными элементами опыта орга- низации трудовой помощи нельзя не замечать слабых сторон и серьезных изъянов в данной области социальной работы, в том числе совершенно недостаточное участие государства в деле “трудовспоможения”, отсутствие единой общероссийской поли- тики и системы трудовой помощи, раздробление этого важного звена социального призрения между различными ведомствами, филантропическими обществами и частными благотворителями; недооценка целого ряда форм трудовой помощи и непринятие необходимых мер для их развития и др. 166 167 В то же время не вызывает сомнения, что в целом отече- ственный исторический опыт организации трудовой помощи содержит немало рациональных элементов, представляет зна- чительный практический интерес для современной социальной работы и при творческом подходе может служить исходным материалом в поиске оптимальной модели трудовой помощи нуждающимся в условиях сегодняшнего радикального рефор- мирования российского общества. |