Холостова 2010 401 стр. Социальная работа
![]()
|
§ 2. Разработка теоретических основ социальной работы Системные исследования в области теории социальной работы начинаются в России с 1992 г. В первых исследованиях предпринимаются попытки определить цели и задачи соци- альной работы, ее научную область познания, сформулировать принципы и закономерности, обозначить предмет и объект ис- следования. В этот период наблюдается достаточно большой разброс мнений в определении сущности социальной работы, ее концеп- ции, объектно-предметных связях. М. В. Фирсов разделяет все эти исследования на группы 1 : “индивидуальный”, “личностный” подход к теоретической схе- ме социальной работы, средовой; “социетальный” подход, где в качестве базовой схемы рассматривается в традиционном русле для отечественного познания в субъектно-объектной схеме. 1 См.: Фирсов М. В. Социальная работа в России: теория, история, общественная практика. М., 1996. Так, в учебной программе “Теория и методика (технология) социальной работы” Н. Данакин определяет социальную работу как “содействие людям в решении их личностных проблем” 1 Характерно, что теоретическая конструкция программы пред- полагает основные направления познания социальной работы, которыми являются проблемы личности в контексте с группой, обществом, социальными дезадаптивными и девиационными процессами. И. Зимняя вводит новое понятие — ”социоэкология лич- ности”, которое должно, по ее мнению, отразить “междисци- плинарные тенденции”, присутствующие в теории и практике социальной работы. Тем самым она предлагает индентифициро- вать не область познания, а междисциплинарную науку “в самом строгом и полном смысле этого слова”. Объектом такой научной отрасли должно являться “взаимодействие человека с самим собой, с другими людьми, социумом”; предметом — “личностная и социальная защита (самозащита) человека” 2 Социетальные подходы к теории социальной работы И. Зайнышев и Е. Холостова, относя научное знание социаль- ной работы к междисциплинарным дисциплинам, в качестве объекта социальной работы выделяют социальные отношения. Специфика многогранных отношений определяется предметной областью социальной работы, которая представляется как “сово- купность специфических свойств, отношений, закономерностей и тенденций” 3 . В предмете определяется ряд направлений, ко- торые отражают “специфические отношения”, а по сути дела — кластеры познания социальной работы. Они представлены рядом проблем: индивидуальными, семейными, социально- экологическими, социально-экономическими, социальной стра- 1 Данакин Н. С. Теория и методика (технология) социальной работы: Уч. программа. М., 1992. С. 9. 2 Зимняя И. А. Социоэкология личности — наука о социальной рабо- те// Социальная работа. М., 1992. № 5. С. 76. 3 Холостова Е. И. Социальная работа как феномен цивилизованного общества// Теория и практика социальной работы: проблемы, прогнозы, технологии. М., 1992. № 6. С. 12. 206 207 тификации, поведенческого функционирования, символизации и моделирования, коммуникации, структур власти 1 В подходах И. Зайнышева социальные процессы являются предметной областью социальной работы. Однако теория науч- ного знания базируется на трех основаниях, которые уточняют для данной области познания сущности социальных процессов. Первое — идеалы и нормативы, второе — “конкретная научная картина мира”, “философское основание науки”, что позволяет конкретизировать “обобщенную систему знаний” 2 Деятельностный подход в определении сущности социаль- ной работы представлен работами С. Григорьева, Л. Гусляковой, Т. Демидовой, Г. Бурлака, Н. Щукиной. Основной акцент в данных исследованиях сделан на дея- тельностной сущности социальной работы, которая определя- ется как разновидность социальной деятельности 3 , как система социальной защиты 4 , как деятельность государственных органи- заций и отдельных лиц по оказанию помощи 5 , как деятельность по восстановлению и сохранению психоментальных и социеталь- ных связей индивида со средой 6 Постепенно складывается представление о многоуров- невости понятия теории социальной работы, вызревает пред- ставление об иерархических уровнях ее концептуальной схе- мы, “узкого” и “широкого” понимания ее дефиниции. Первые отечественные пособия по теории социальной работы отражают данные тенденции. 1 См. там же. С. 13–14. 2 См.: Зайнышев И. Г. Теоретико-методологические основы социаль- ной работы// Социальная работа. М., 1992. № 6. С. 34. 3 См.: Общедоступный словарь по психологии, социологии и соци- альной работе. Барнаул, 1991. 4 См.: Социальное противоречие и отклоняющееся поведение: Меж- вуз. сб. Красноярск, 1993. 5 См.: Демидова Т. Е. Общение: актуальные проблемы теории и соци- альной практики (сравнительный анализ зарубежного и отечественного опыта): Автореф. дис. ... канд. соц. наук. М., 1992. 6 См. там же. М., 1992. В учебном пособии “Теория и методика социальной работы” в подходах к теории социальной работы установлены два уровня. В широком плане теория социальной работы определяется как си- стема “взглядов и представлений”, “возникающих под влиянием деятельности социальных служб и органов социальной защиты и помощи населению”. В узком — как “форма организации научного знания о наиболее существенных связях и отношениях” 1 Отмечается, что в теории социальной работы существует ее общая научная картина, складывающаяся на основе синтеза знаний из других научных дисциплин 2 . Синтезируя знания, при- менительно к проблемам защиты человека она вырабатывает собственные принципы и закономерности. Среди них важней- шими являются принципы детерминизма, гносео-логического подхода, личностного подхода, сознания и деятельности 3 Несколько иной взгляд на концептуальное построение теории социальной работы находит отражение в пособии Л. Гусляковой (под ред. С. И. Григорьева). Она считает, что как область научного познания социальная работа “изучает механизмы реализации жизненных сил и социальной субъектности индивида и группы, а также характер сопряженности жизненных сил индивида, груп- пы и средств обеспечения их реализации в разных социальных ситуациях” 4 . Таким образом, в центре внимания научного позна- ния должны быть механизмы реализации жизненных сил. В зависимости от “отраслевого” и “широкого” подхода к тео- рии социальной работы возможны, по мнению исследователей, различные кластеры познания данной научной дисциплины, превалируют практические разделы, связанные с методиками и организацией научного познания. В широком подходе приоритет отдается методологическим, философским и междисциплинар- ным направлениям 5 1 Теория и методика социальной работы / Под ред. В. И. Жукова, И. Г. Зайнышева, Е. И. Холостовой. М., 1994. С. 20–21. 2 Там же. С. 23. 3 Там же. С. 13. 4 См. там же. С. 25. 5 Там же. С. 50. 208 209 Наблюдается тенденция определения научного статуса социальной работы, осуществляются попытки ее структури- рования. Ведутся дальнейшие поиски уточнения определения понятия социальной работы. В этом отношении характерны подходы А. Панова, В. Лав- риненко, В. Никитина, В. Ярской и др. А. Панов определением “социальная работа” раскрывает то сущностное понятие, которое отражает современные тенденции общественной теории и практики в области социальной помощи: научное знание, профессию, специальность в системе высшего образования. Однако он не дает свое видение структуры социаль- ной работы как научного знания, выделяя 15 областей познания, по которым сегодня ведутся научные исследования в рамках социальной работы. Среди них: методологические исследования проблем социальной работы, проблемы места научного знания в системе взаимосвязанных дисциплин, исследования, посвящен- ные различным аспектам помощи нуждающимся, и т. д. 1 В. Лавриненко и В. Никитин проблемы научной идентично- сти социальной работы рассматривают в контексте философских подходов. Анализируя понятие “социальная работа”, В. Никитин отмечает, что оно идентифицирует многофакторный процесс взаимодействия и складывающаяся традиция его трактовки как науки “не соответствует ни ее лингвистическому, ни тем более ее сложному социально-гуманитарному содержанию”. Касаясь вопросов теории познания социальной работы, он акцентирует внимание на том, что сложность ее реалий требует многомерно- диалектического подхода к социальной работе. С учетом этого необходимо использовать всю совокупность познавательных методов 2 1 См.: Панов А. М. Социальная работа как наука, вид профессиональ- ной деятельности и специальность в системе высшего образования // Со- циальная работа. 1995. № 5. С. 11. 2 См.: Никитин В. О теоретической идентичности социальной работы // Социальная работа: теория, технология, образование. М., 1996. № 1. С. 33. Расширение общественной практики, определение государ- ства в системе отношений и общественных потребностей вносят те или иные определенные коррективы в видение объекта по- знания социальной работы в современных условиях, углубляют семантическое поле понятия “социальная работа”. Теоретическое осмысление социальной работы рассматри- вается по многим направлениям: определяется научный статус социальной работы с позиций структурного подхода 1 , пред- принимаются попытки корпоративных исследований теории социальной работы 2 , намечаются тенденции к систематизации понятийного аппарата социальной работы 3 С. В. Тетерский, например, считает, что ошибочно полагать, будто социальная работа исчерпывается оказанием помощи людям, попавшим в беду. Вместе с тем она представляет собой и один из наиболее тонких инструментов социального контроля. Противоречие между функциями заботы и контроля, неизбеж- ное присутствие элементов контроля в любом виде помощи — одна из дилемм, с которой социальные работники сталкиваются повсеместно. Дилемма эта непосредственно связана с еще одной серьезной проблемой, а именно: чьи интересы социальный ра- ботник представляет в первую очередь — государства, работо- дателя, клиента или общества в целом? С точки зрения системы профессиональных ценностей, социальный работник должен представлять интересы прежде всего клиента, затем — общества 1 См.: Холостова Е. И. Место теории социальной работы в системе наук // Социальная работа. М., 1995. № 1; Зайнышев И. Г. Структура тео- рии социальной работы // Ученые записки МГСУ: М.: Союз, 1996. 2 См.: Чорбинский С. И. Социальная работа и социальные программы в США. М., 1992; Система социальной защиты в Федеративной Республи- ке Германии. М., 1993; Козлов А. А. Социальная работа за рубежом. М., 1996. 3 См.: Теория и методология социальной работы. М., 1994; Ляшен- ко А. И. Организация и управление социальной работой в России. М., 1995; Социальное обслуживание населения. Термины и определения. М., 1996; Фирсов М. В. Введение в теорию социальной работы (понятийно- исторический аспект). М., 1996. 210 211 и уже потом — своей организации и государства. Такую систему приоритетов не всегда легко претворять в жизнь. Нередко со- циальным работникам приходится бороться за нее, опираясь на поддержку коллег и профессионального сообщества в целом 1 В работах Б. Боденко, Л. Бадя, С. Беличевой, В. Колкова, Э. Орловой, П. Павленка, Л. Топчия, А. Сорвиной, Т. Шеляг определяется взаимосвязь социальной работы с другими наука- ми, анализируется системный подход и системный анализ в социальной деятельности, раскрывается ее гуманистический подход и нравственные регуляторы 2 Таким образом, накапливая крупицы научных знаний о са- мых различных аспектах социальной работы, мы сможем создать благоприятные предпосылки для более глубокого проникновения в сущность предмета исследования в целом. При этом важно комплексно использовать весь арсенал научного познания: на- блюдение и эксперимент, описание и теоретическое объяснение, обоснование и логическое доказательство, сравнение и аналогию, обобщение и абстрагирование, индукцию и дедукцию, анализ и синтез, гипотезу и научную теорию в целом. § 3. Научное осмысление проблем человека Для теории и практики социальной работы принципиально важное значение имеет целостное осмысление проблемы чело- века. Проблему целостного постижения человека как объекта познания теория социальной работы выносит за скобки тео- ретических построений, акцентируя внимание на обосновании 1 См.: С. В. Тетерский. Введение в социальную работу. М., 2002. С. 22. 2 См.: П. Д. Павленок. Основы теории социальной работы. М., 1998; Колков В. В. Социальная безопасность. М., 1998; Он же. Актуальные про- блемы развития теории социальной работы (Актуальные вопросы соци- альной политики. Материалы круглого стола). М., 1996; Орлова Э. Обще- ственный статус социальной работы: культурно-антропологическая интерпретация // Российский журнал социальной работы. 1996. № 2; Она же. Социальная работа как феномен цивилизованного общества. М., 1994. разных моделей практической деятельности по социальной за- щите нуждающихся, технологий социальной поддержки людей, имеющих проблемы. Однако это не означает, что в теории со- циальной работы вовсе не учитываются требования целостного видения человека, его разностороннего осмысления. Повышенное внимание к миру человеческого существо- вания, в котором соединены и опыт, и наука, и рациональное, и эмоциональное, и психологическое, и биологическое, и со- циальное, и хозяйственно-экономическое, и политическое, и духовно-культурное, а также к миру явлений, фактов состав- ляет существенный аспект феноменологического видения бытия человека. Это позволяет открыть для него его собственный, во многом уникальный опыт, сохранять преемственность в разви- тии каждой человеческой жизни, всех субъектов общественного бытия, противостоять нежизненным схемам, неэффективным, надуманным формам социальной работы. Если говорить о философских, философско-социологических истоках такого подхода к пониманию взглядов на сущность че- ловека в современной теории и практике социальной работы, то они восходят еще к античности и охватывают всю историю фило- софии и социологии, человекознания и обществознания в целом. Наиболее явно выраженный такой подход к познанию и видению человека выражался в традиции рассматривать сознательную жизнедеятельность как особого рода реальность, отличную от бытия природы и естества человеческого тела. Духовные корни этой традиции восходят к греческой фило- софии с ее преобладающим интересом к деянию, активности человека, но непосредственно проблемный круг сегодняшних философско-социологических исканий в этом русле был очерчен, несомненно, Г. Гегелем в его “Феноменологии духа”. Идея Г. Гегеля о тождестве бытия и мышления, понимания сознания как “проникновения в бытие” и “деятельности как действительности сознания” 1 с одной стороны и тезис о само- развитии духа в процессе опредмечивания и самоотчуждения — с другой заключают в себе в целом границы охватывающего 1 Гегель Г. В. Ф. Феноменология духа. М., 1987. С. 164. 212 213 движения мысли в рамках названной традиции. От Г. Гегеля же можно вести отчет особого отношения к явлению, факту как к “истине бытия” в противовес субъективному смыслу этой кате- гории, например, у И. Канта 1 В то же время следует учитывать, что эта проблематика в самостоятельную философскую тему была выделена несколько позже Э. Гуссерлем. Впрочем, в нашу, российскую, философско- социологическую мысль феноменологическая проблематика при- шла во многом независимо от Э. Гуссерля, через освоение идей К. Маркса относительно доли предметно-деятельных структур, “пред- метной мысли” как живой внементальной реальности души. Понимание того, что “сознание не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием, а бытие людей есть реальный процесс их жизни” 2 , что диалектика опредмечивания и рас- предмечивания составляет природу собственно человеческой жизнедеятельности, с одной стороны, является основой обшир- ной программы исследования человека и сознания, а с другой — находится в русле исканий большинства направлений современ- ной западной философии и социологии. Можно вполне уверенно говорить о том, что современная философская мысль в своих наиболее значимых и влиятельных направлениях сместила свое внимание с субъекта и объекта, технологий воздействия первого на второго (этих классических тем философского и со- циологического анализа человека и общества) на пространство их отношений, взаимовлияния. Независимо от различия идейных оснований, социокуль- турного контекста осмысления, эти направления, традиции философско-социологического мышления объединены единой логико-теоретической задачей: поиском принципа, алгоритма конституирования субъект-объектного жизненного пространства. Такое смещение философского взгляда на субъект-объектное отношение, при котором объект и субъект полагаются просто состоящими в наличии, можно рассматривать по-разному: и как 1 См.: Гегель Г. Энциклопедия философских наук. Т. 1. С. 131. 2 Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология. С. 3. “смерть человека” в анализе его деятельностной природы (идеи нео- и постструктурализма), и как дегуманизацию жизни с “об- наружением искреннего отвращения к формам живых существ” (Ортега-и-Гассет), а можно и как подход, единственно результа- тивно и эффективно решающий человеческие проблемы. В самом деле, субъект, противостоящий объекту, есть вещь среди вещей, причем вещь малая, ничтожная по сравнению с масштабами внесубъектного. Другое дело, если субъект, взя- тый вместе с объектом, т. е. взятый в контексте отнелогических структур своего существования, предстает, как раскрывающий “потаенные возможности бытия”, единство жизненных сил и жизненного пространства. Иными словами, в таком контексте познания перед нами предстает, с содержательной точки зрения, жизнедеятельность, понятая как “человеческая реальность”. При этом она не только содержит в себе на уровне явления, но и раскрывает потенции мира через творческую, сознательную силу деятельности 1 Вопрос о том, познаваем ли мир и человек как его составная часть, вопрос, который достался нам в наследство от классиче- ской философии и который мы признаем в качестве одной из важнейших сторон основной философской проблематики, в свете реальностей современной общественной жизни звучит далеко не самоочевидно, ибо он явно во многом противоречит созидатель- ной мощи человечества, его творческим возможностям. Обыденная позиция человека и воспроизводящая ее натура- листическая традиция в философии как раз и состоит в том, что предмет, объект познания противостоит сознанию, творческим потенциям человека. При этом нельзя сказать, что эта позиция совсем не верна. Она описывает ситуацию познавания и при- способления природного объекта к нуждам субъекта, адаптацию его к известному жизненному пространству, актуальной среде обитания, т. е. речь идет об обычной ситуации жизни человека в повседневности. Установка обычного человека в таких ситуаци- 1 См.: Теория социальной работы: Учебник / Под. ред. проф. Е. И. Хо- лостовой. М., 1998. С. 159–172. 214 215 ях имеет следующий вид: я живу в жизненном мире или в мире жизненно повторяющихся форм. Данная установка, ее воспро- изводство возможны при условии, что масштаб человеческой жизни и масштаб общественного развития несоизмеримы. Так было до ХХ в. Новое столетие поставило человечество в ситуацию пер- манентного творения. Технические, культурные, политические инновации ускорили темп течения социального времени, сделав его ступени в 3–4 раза короче темпа физического, биофизиоло- гического развития человека. В этом состоят важнейшие пред- посылки возрастания роли феноменологического подхода и его тематизации. Мы не можем понять мир, если зафиксируем и остановимся на противостоянии сознания бытию, познающего субъекта объекту. Опыт сегодняшней жизни наглядно противо- речит этой установке. Феноменологическая редукция как сведение мира к фено- мену, его феноменологическое видение означает требование опи- сать и понимать сознание человека как реального соучастника бытия предмета, реально существующего объективного мира. Без включения сознания в ту или иную картину мира мы не толь- ко не можем понять и описать мир культурных форм, прежде всего техники, но и не сможем понять эволюцию Вселенной. Начиная с понимающей социологии М. Вебера и попыток создания феноменологической социологии (А. Шюц), в ХХ в. не прекращается движение теоретической мысли к соединению есте- ственноисторического подхода к объяснению, познанию бытия человека и общества с культурно-исторической онтологией со- знания (Д. Лукач). Тем не менее достигнутые результаты все еще не позволяют создать такую парадигму гуманитарного мышления, которая бы помогла объяснить и предсказать те неожиданности, которые преподносит нам реальная историческая действитель- ность наряду с теми событиями, результатами деятельности людей, что вполне предсказуемы и рационально объяснимы. В полной мере это относится, разумеется, к теории и прак- тике социальной работы, как неотъемлемой части бытия чело- века в XX в. В начале нового столетия как никогда остро встала проблема целостного осмысления человека и как субъекта и как объекта социальной работы, ее теоретического постижения, моделирования и практического, прикладного освоения как по- вседневной социальной практики. § 4. Основные теории и модели социальной работы В настоящее время нет общепринятой нормы построения и изложения социальной работы как науки, что говорит о ее нахож- дении в стадии становления и оформления научного аппарата. О предмете науки социальной работы, его специфике можно говорить, сравнивая его с предметами других наук, прежде всего социологии, психологии, конфликтологии, социальной истории. Социальная работа носит преимущественно прикладной характер. Она не сводится к теоретизированию, а органично включает в себя факты и данные конкретного практического опыта. Тесная связь с жизнью, с конкретными условиями жиз- недеятельности различных групп и слоев населения — непре- менное условие повышения прикладной значимости научных исследований в области социальной работы. Предметом социальной работы как науки являются соци- альные процессы и социальные явления, имеющие непосред- ственное отношение к жизнедеятельности личности, конкретной социальной группы или общности, и тенденции их изменений под влиянием психолого-педагогических, экономических и управ- ленческих факторов. Одним из важнейших системообразующих элементов соци- альной работы как науки являются закономерности, выражаю- щие прочные, повторяющиеся, объективно обусловленные связи между сущностями явлений и процессов в социальной работе. Теоретическое обоснование и экспериментальное подтвержде- ние закономерностей социальной работы — одна из основных задач современных ученых и исследователей. Следует отметить, что закономерности, объективно суще- ствующие в реальной действительности, зачастую отличаются от закономерностей, имеющих место в науке. В реальной действительности закономерности проявляют- ся в комплексе, а не изолированно от других, и лишь в теории 216 217 наше мышление благодаря способности абстрагироваться от совокупных связей позволяет вычленить и сформулировать закономерности в чистом виде. Закономерности социальной работы, сформулированные в науке, по мере развития и углубления познания реальных процессов, по мере совершенствования понятийного аппарата изменяются и трансформируются. Междисциплинарный, интегративный характер социальной работы, необходимость статистической обработки огромного количества эмпирического материала, данных наблюдений усложняет выявление и формулирование закономерностей. В настоящее время можно говорить о следующих законо- мерностях: 1) социальная работа — специфический вид деятельности по воздействию на протекающие в обществе процессы в соот- ветствии с потребностями людей, требованиями конкретной обстановки, служащий интересам всех людей, их духовному воз- вышению и обновлению общественных отношений, сохранению и реабилитации социального здоровья; 2) формирование индивида происходит по “социальной про- грамме” — под воздействием общественной среды при определяю- щей роли активности самой личности в собственном развитии; 3) источники формирования и потребления социальных услуг носят социально-детерминированный характер, т. е. они обусловливаются потребностями общества и отражают тенден- ции его развития. Активная, творческая природа человеческого существования по-разному интерпретируется и учитывается в разнообразных мо- делях теории и практической организации социальной работы 1 1 См.: Теория и методология социальной работы: Учебное пособие для вузов / Ред. С. И. Григорьев. М., 1994; Основы теории и практики со- циальной работы. Книга научного обоснования подготовки и практиче- ской деятельности социального работника / Ред. С. И. Григорьев. Барнаул; Москва, 1994; Григорьев С. И. Социология и социальная работа. Барнаул, 1991; Гуслякова Л. Г. Методология социальной работы // Теория и ме- тодология социальной работы. М., 1994; Гуслякова Л. Г., Холостова Е. И. Основы теории социальной работы. М., 1997. Остановимся на различных подходах к целостному пости- жению человека в теории социальной работы. В зарубежной научной литературе все большее распро- странение получает психосоциальная трактовка социальной работы, ориентированная преимущественно на концептуальное обоснование индивидуально-личностной психологической и социальной помощи нуждающимся, хотя структурные ее раз- новидности, ориентированные на организационно-коллективные формы помощи, работу с группами нуждающихся, организация- ми, выполняющими различные виды социальной поддержки на- селения, по-прежнему не теряют своей актуальности. В этом есть определенный смысл и целесообразность прежде всего потому, что вполне очевидно взаимодействие таких форм социальной работы, как индивидуально-личностная и групповая помощь. В теоретическом плане, однако, более целесообразно ис- пользовать иное основание группировки различных направ- лений в теории социальной работы. В настоящее время вполне определенно обозначились три доминирующих во влиянии на теорию социальной работы научные дисциплины — социология, психология (за рубежом часто еще и психотерапия) и педагогика. Соответственно, это определяет различные теоретические под- ходы к социальной работе, которые группируются, во-первых, на социолого-ориентированные, во-вторых, на психолого- ориентированные и, в-третьих, на комплексные теории. Какова специфика целостного видения человека в рамках каждого из обозначенных подходов к обоснованию социальной работы? В основе психолого-ориентированного подхода находит- ся познание закономерностей и психологического развития и статуса человека в обществе. При этом выделяется несколько моделей ее организации, на основе которых возникли такие виды социальной работы, как проблемно-ориентированная, функцио- нальная, кризис-интервентная, эго-ориентированная и др. Их особенности, в том числе и в целостном осознании, постижении человека, связаны с признанием огромной роли прошлого опыта индивида, уходящего корнями в детство и юность, воздействие 218 219 которого обычно не вполне осознается людьми. Эта идея выра- жается понятием “предметные связи” или “связи жизненного опыта”. Важно подчеркнуть, что практически все модификации теории социальной работы этого вида описывают воздействие прошлого опыта на оформление стиля поведения человека, уровень его адаптации к окружающей среде, уходя корнями к психоаналитической теории З. Фрейда, но не соединяясь с ней. Целостность человека в этой связи видится, во-первых, в его традиционной опоре на своей жизненный опыт, а также в том, как успешно, гармонично он преодолевает конфликт своего прошлого опыта с настоящим, решением текущих проблем. Объектом по- знания в данном случае для социального работника выступает клиент, имеющий проблемы. Изучение воздействия прошлого опыта человека на его современное состояние, на противоречия этого опыта реалиям сего-дняшнего дня нередко позволяет до- биваться известных успехов. В данном контексте можно говорить о том, что представ- ляемый теоретический подход определяет и некоторую стра- тегию действий человека как субъекта социальной работы. От этого зависит выбор им технологий помощи клиенту, характера общения с ним, методов экспертизы его состояния и социального положения. Еще одной весьма распространенной традицией в разви- тии психолого-ориентированных подходов к социальной ра- боте является бихевиористский или, как его иногда называют, бихевиорально-когнитивный подход. Он стал первым большим наступлением на психодинамические модели теории и практи- ки социальной работы. В этой связи существенно изменились представления о целостности человека и его роли как субъекта социальной работы. Основной идеей, определяющей суть данной разновид- ности теоретического видения социальной работы, является утверждение о том, что поведение человека определяется в его существенных чертах воздействием окружающей среды, которая контролирует его путем воздействия различного рода стимулов. Не случайно эту разновидность теоретического обо- снования моделей помощи нуждающимся называют “психология поведения”. Целостность видения человека здесь определяется в значи- тельной мере осмыслением его способности адекватно реагиро- вать на одни и те же стимулы, сохраняя устойчивость поведения в изменяющейся ситуации. В этой связи в бихевиористской интеграции моделей социальной работы очень важен общий набор принципов, получивший характеристику “социальное обучение”. Психологическое содержание действий здесь сводится к следующему: большинство людей приобретают свой опыт через восприятие и осмысление получаемых впечатлений, копируя по- ведение друг друга, других вокруг себя. Иначе говоря, человек по наблюдаемым образцам поведения моделирует и окружающий мир, и собственные действия. В основе социального обучения такого типа лежит процесс подражания, копирования куль- турных стандартов образа жизни, культуры поведения. В этой связи целостность человека как объекта познания в теории и практике социальной работы может быть постигнута как система культурных образов, которым подражает личность. С другой стороны, человек как субъект социальной работы также может быть представлен как подражающий образам поведения социальных работников, представляющих тот или иной опыт ее осуществления, реализации какой-либо модели оказания помощи нуждающимся. Иначе говоря, социальный работник может быть включен в социальное обучение, в соот- ветствии с которым он станет моделировать свое поведение. При этом он как субъект социальной помощи обязан учитывать пси- хологию поведения, стимулы-реакции своих клиентов. Все это в единстве представляет субъектность социального работника по-бихевиористски со всеми ее достоинствами и недостатками. В последние три десятилетия в западной теоретической тра- диции как относительно самостоятельная ветвь сформировалась гуманистическая модель теории социальной работы, которую нередко называют экзистенциально-гуманистической. Данное направление в теории социальной работы сформировалась под 220 221 влиянием К. Роджерса, А. Маслоу, развивших гуманистическую психологию, А. Камю, Ж.-П. Сартра, В. Франкла, работавших над экзистенциальной проблематикой в философии и психологии, Ф. Перла, поддерживавшего традиции гештальт-терапии. Основные положения гуманистических моделей соци- альной работы исходят из понимания человека как целостной личности, находящейся в постоянном взаимодействии со своим окружением. Эта целостность здесь обеспечивается деклара- цией веры в человека как высшую ценность, высшее существо, способное воспринимать и конструировать мир, принимать ре- шения и формировать свои жизненные стратегии, изменяться под влиянием обстоятельств. Гуманистический подход к теоре- тическому оформлению знаний о социальной работе исходит из необходимости для нормального существования человека самостоятельно думать и действовать, возможности свободы, обеспечения гуманитарных отношений, выбора, конструктивного сотрудничества. Только на ее основе могут пробуждаться само- движущие силы развития личности, формироваться личност- ная, индивидуальная и социальная субъективность. При этом огромная роль отводится представлениям человека о самом себе, “Я-концепции”, центральным звеном которой видится понятие “самоценность”. Постигая человека, гуманистические модели теории соци- альной работы видят в нем прежде всего именно это. На этой же основе выстраивается и стратегия действий человека уже как субъекта социальной работы. При этом обычно акцентируется внимание на партнерских отношениях клиента и социального работника, приоритетной рассматривается самопомощь нуж- дающихся, их активная роль в решении своих проблем. Социолого-ориентированные подходы теоретического осмысления социальной работы сводятся к познанию законо- мерностей социального развития и структуирования общества, взаимодействия его социальных институтов. Известно, что становление социолого-ориентированных моделей теории социальной работы испытало влияние классиче- ского позитивизма (О. Кант, Дж. Милль, Т. Спенсер), трактовав- шего социологию как “социальную физику”. В этой связи спеку- лятивному теоретизированию и основанной на нем социальной философии, любой социальной теории классический позитивизм пытался противопоставить методы наблюдения, сравнительный историко-социологический метод анализа общественных про- цессов, математические методы. Характерными чертами социологического позитивизма были натурализм, особенно раннего, эволюционизм, феномена- лизм. Моделью научного познания здесь выступала биология, анатомия и физиология человека, отчасти — механика. Пози- тивизм в социологии и теории социальной работы постулировал наличие неизменных законов функционирования и развития общества и человека, которые рассматривались как часть или продолжение природных процессов. В этой связи субъектная роль человека социальной работы ориентируется на учет естественных потребностей воспро- изводства индивидуально-личностной и социальной жизни, объективных закономерностей эволюции человека и общества. Существенное значение придается решению конкретных задач социальной помощи. Заметное влияние на развитие теории социальной работы оказал и оказывает социологический функционализм и близкие ему структурно-функциональный анализ и системное социоло- гическое знание. В этой связи социальная работа рассматрива- ется, во-первых, как часть более широкой социальной системы, где она имеет свою роль, ряд функций, влияние которых обе- спечивает целостность и жизнестойкость общества. Во-вторых, характерно то, что сама социальная работа представляется как система деятельности ряда учреждений, совокупность со- циальных действий, идей, общественных связей и отношений, социальный институт, имеющий не только разнообразные связи с обществом, но и свою внутреннюю относительно само- стоятельную логику развития. В-третьих, показательно и то, что деятельность относительного социального работника также представляется в виде совокупности функций, взаимосвязанных ролей, как система, имеющая характерную внутреннюю струк- 222 223 туру. Наконец, в-четвертых, клиент, нуждающийся в помощи, также рассматривается функционально, в системе его функций как психобиосоциального существа, удовлетворяющего свои потребности поддержания жизнеобеспечения и деятельности. Такая позиция в интерпретации человека как объекта познания и субъекта социальной работы достаточно специфична и ха- рактерна для целого направления социолого-ориентированных моделей теории развития социальной помощи. Серьезное влияние на эволюцию теорий социальной работы в ХХ в. оказала марксистская социология. Она также формирует известную традицию целостного познания человека и его роли как субъекта социальной работы. Принципиальное значение для теории социальной работы, испытывающей доминирующее влияние марксистской социологии, имеет ориентация последней на изучение условий коллективного бытия людей, коллекти- вистских ориентаций личности. Именно это во многом обуслав- ливает целостность постижения человека как объекта познания в марксистско-ориентированных моделях социальной работы. Не случайно сущность личности здесь вслед за марксистской социологией видится в концентрированном отражении (выра- жении) совокупности общественных отношений. Радикальные марксистские модели теории социальной ра- боты представляют человека как объект изучения и организации социальной помощи также с учетом прежде всего его личност- ных социальных качеств, устойчивых связей (социального по- ложения), принадлежности к той или иной социально-классовой группе. На этой основе преимущественно формируется и диффе- ренциация социальной помощи населению, стратегия и програм- мы деятельности социального работника как профессионала, субъекта социальной работы. Кроме марксистских, подобные идеи широко развивают те виды социальной работы, которые базируются на основе си- стемной социологии. За рубежом наиболее активно и широко системные идеи в теории социальной работы стали применяться в 70–80-е гг. Глав- ным аргументом в пользу такого подхода выдвигалась мысль о том, что жизнь людей зависит от различных окружающих ее си- стем. При этом человек представляется и исследуется как часть общества, большой системы, представляя собой, в свою очередь, также систему, состоящую из подсистем кровообращения, нерв- ной системы, системы пищеварения, а также клеток, состоящих из атомов, включающих еще более мелкие частицы. Кроме того, для человека характерны системы тех или иных взглядов, уме- ний и навыков, связей со средой обитания. Целостное видение человека и общества, ориентирующее на понимание самостоя- тельного значения системного осмысления проблем человека и как объекта познания, и как субъекта социального действия, включая социальную работу как деятельность, определяет зна- чимость этих теорий. Еще одним вариантом рассмотрения человека в его целост- ности в окружающем его мире служит виталистский подход, опирающийся на формирующуюся социологическую концепцию жизненных сил человека 1 . Это один из перспективных вариантов анализа потому, что он дает хорошие основания для опоры на специфически акцентированные теории социальной работы, а также в силу использования генетического подхода к решению проблем жизнеосуществления человека как биопсихосоциаль- ного существа, эволюция, поддержка жизненных сил которого составляет предмет забот социального работника. Целостность осмысления проблем человека в виталистски ориентированных моделях теории социальной работы обеспе- чивается прежде всего тем, что они учитывают характер взаи- модействия жизненных сил и жизненного пространства бытия человека, воспроизводства и совершенствования его деятель- ности как психобиосоциального существа. При этом жизненные силы человека характеризуются как единство индивидуальной и социальной субъектности личности во всех сферах, как со- вокупность биофизиологических, психических и социальных 1 См.: Григорьев С. И. Социология и социальная работа // Теория со- циальной работы / Под ред. Е. И. Холостовой М., 1998; Григорьев С. И. Со- циология социальной работы как содействие и реабилитация жизненных сил человека // Российский журнал социальной работы. М., 1995. № 2. 224 225 возможностей индивида, реализуемых в условиях конкретно- исторической взаимозависимости (социальных отношений). Такое понимание человека задает и логику его поведения, содержания деятельности как социального работника, субъ- екта осуществления помощи людям, имеющим проблемы. Эта деятельность ориентируется не только непосредственно на поддержку и реабилитацию жизненных сил человека, но и на “благоустройство” жизненного пространства его бытия. Наконец, важно учитывать возможности и такого аспекта теории социальной работы, как культурологический, возникше- го не в последнюю очередь благодаря социологической теории П. Сорокина, создавшего учение о социокультурной динамике современного общества, развивавшего идеи “интегральной со- циологии”. Социальная действительность и жизнь человека, система его социальной защиты рассматривается в этой связи в духе социального реализма, провозглашающего наличие в мире сверхиндивидуальной социокультурной реальности, которая несводима к материальной реальности, наделена системой значений. Она характеризуется “беспокойным” многообразием социокультурных проявлений, представляющих истины рацио- нального интеллекта, чувств, сверхрациональной интуиции, что требует соответствующих методов познания, их сопряжения с постижением тайн природы, общества и человека. Все эти способы познания должны быть использованы при системати- ческом, целостном, разностороннем изучении социокультурных феноменов. Важно и то, что человек рассматривается здесь как неотъем- лемая часть той культурной среды, социокультурной традиции, что обусловливает его развитие и характерные для него про- блемы. Региональный, поселенческий, национально-культурный контекст жизни человека в данном плане приобретает весьма существенное значение. Комплексно-ориентированные подходы к теории социальной работы ориентируются на целостное видение социальных проблем человека. При этом широкое развитие получает ролевая теория, основателем которой считается Якоб Леви Морено. В ее развитие важную роль сыграли как социология, так и психология. Представление о личностных ролях, используемое в роле- вой модели социальной работы, предполагает, что люди строят свое поведение в соответствии с моделями, схемами, воспро- изводимыми индивидуально-личностным сознанием. Ролевая модель включает проблемы клиента, связанные с вопросами о том, как себя вести и развиваться с учетом прошлого опыта, понимания значимости актуальных событий, а также того, как каждый человек формирует свои представления о собственной роли в жизни. Можно сказать, что социальная роль — это поведение, ко- торое ожидается от человека другими людьми при выполнении им социальных функций. Действуя согласно этим ожиданиям, человек как бы исполняет свою социальную роль. И здесь может возникнуть расхождение в понимании им и другими людьми, что он “обязан и не обязан” делать в соответствии с этой ролью, что в дальнейшем может привести к конфликтам. Кроме соци- альных ролей, люди исполняют и межличностные роли. Порой между социальными и межличностными ролями возникают противоречия. Так, например, социальная роль — “любящая мать”, “преданный сын”, “строгий отец”, а межличностная — “равнодушная мать”, “дерзкий сын”, “отец, не пользующийся уважением”. И не всегда люди сами могут выйти из противо- речивой ситуации, в которую они попали. В этом случае им на помощь должны прийти специалисты — социальные работники, учитывающие степень развитости обыденного уровня сознания клиентов, характер познавательных форм, свойственных этому уровню сознания, а именно стереотипов. Наиболее распространенными технологиями, используемы- ми при работе с ролевой теорией, являются следующие: переме- на ролей; групповая дискуссия (предметом которой, в частности, могут быть биография клиента, межличностные отношения в группе и т. д.); групповая поведенческая терапия, целью которой является освоение новых ролей в группе и с помощью группы коррекция поведения клиента, в данном случае используются 226 227 такие методики, как: угасание, переобусловливание, моде- лирование, научение социальным навыкам, межличностным контактам; арттерапия, цель которой — раскрытие клиентом своей роли перед группой, интерпретация ее, стимулирование активности клиента; методика “запрограммированных ролей” и др. Понятие “социальная роль” позволяет и более рельефно описать отношения “социальный работник — клиент”. Ролевая теория также имеет явно выраженную тенденцию к комплексности, что позволяет многим теоретикам и практи- кам относить такой подход к комплексно-ориентированным, связывая его с социально-психологической разновидностью комплексно-ориентированных теорий социальной работы. Среди других разновидностей моделей этого подхода вы- деляется социально-педагогическая модель. В ее основе лежит положение, что воспитание выступает частью процесса соци- ального становления человека, как сознательное целенаправ- ленное воздействие на индивида, социальную группу со стороны субъектов воспитательной деятельности, ставящих своей целью выработку у воспитуемых определенных социальных качеств. На процесс социального становления человека, формиро- вания его личности влияют разнообразные социальные фак- торы, под воздействием которых в отдельных случаях могут сформироваться неадекватные данному обществу социальные качества личности, приводящие в последующем к разного рода социальным конфликтам. Поэтому процесс социализации в основном является институционализированным, реализуется че- рез систему определенных социальных институтов, призванных корректировать формирование социальных качеств личности в соответствии с общественно значимыми ценностями, ограничи- вать или активизировать воздействия каких-то факторов либо нейтрализовать их. Социально-педагогическая модель социальной работы формируется и на уровне структурной, и на уровне психосо- циальной работы. Возможности реализации данной модели на структурном уровне можно показать на примере исследования взаимоотношений школы и общества. С точки зрения этого подхода, система образования и воспитания есть средство внедрения новых технологических достижений, которые способны удовлетворять возникающие потребности личности, группы, общества в целом. Школа в со- временном обществе выполняет те основные задачи, которые на других этапах развития общества выполнялись неформально, путем включения индивида в семью или общину и т. д. Школа выступает в роли первоначального механизма дифференциации общества, беря на себя задачу профессиональной подготовки. Таким образом, именно школа начинает формировать со- циальный статус человека, помогая ему адаптироваться к жизни общества на разных уровнях и этапах его развития. В соответ- ствии с этим реализуются такие функции социальной работы, как профилактическая, прогностическая, социального контроля. Другая точка зрения опирается на то, что школа рассматри- вается как социальный институт, являющийся фактором борьбы различных социальных групп за власть. Задача школы в этом случае прежде всего формирование таких ценностей, которые бы оправдывали все действия, необходимые для поддержания существующей системы. Школа является важным элементом политической стабильности, узаконивания и оправдывания су- ществования различий и неравенства. Таким образом, через этот подход реализуется прежде всего такая функция социальной работы, как социальный контроль. Третья точка зрения опирается на положение, что в совре- менном обществе “хорошо социализированный” в группе человек не обязан разделять точку зрения других ее членов, а его пове- дение может существенно отличаться от их поведения. Все люди живут, как бы “играя” по определенным правилам (они решают, как изменить ритм работы, как провести свое свободное время, как себя вести в случае конфликта с администрацией и т. д.). Но некоторые люди “выпадают” из игры, не зная, как вступить в нее, не понимая, что она означает, что можно от нее ожидать и что можно себе позволить. Роль школы и заключается в том, чтобы такие “маргиналь- ные группы” не возникали. В соответствии с этим школа, с одной 228 229 стороны, способствует формированию свободно действующих, как бы “автономных” социальных субъектов, а с другой — раз- вивает “структуру разумного”, в пределах которой могут суще- ствовать индивиды, не вступая в конфликт с обществом. В этом случае функциями социальной работы являются социально-психологическая реабилитация индивида и оптимиза- ция механизмов реализации его возможностей и потребностей. Следующую модель комплексно-ориентированных теорий представляет когнитивная модель. Один из принципов органи- зации социальной работы согласно этой модели практики за- ключается в том, что социальные услуги должны быть доступны всем нуждающимся в них. Особую популярность в практике со- циальной работы когнитивная теория достигает с начала 80-х гг. прошлого столетия. Отчасти это объясняется растущим интере- сом к такой методике работы, привнесенной из психологии, как консультирование. Для повышения эффективности и действен- ности консультирования социальному работнику важно знать особенности мышления клиента, имеющиеся у него установки и предубеждения, которые в конечном счете и направляют его социальные действия как по отношению к себе, так и по отно- шению к окружающим. В когнитивной модели выявляются возможности регуляции социального поведения клиента путем обучения его “отраба- тывать” механизмы своих поступков, адекватные социальным условиям или той конкретной социальной ситуации, в которой он оказался. Одной из методик в процессе консультирования кли- ента, разрабатываемого на основе когнитивной модели, является объяснение, в основе которого лежит рациональный контроль социального работника за поведением клиента. Данная модель чаще всего используется при работе по месту жительства. Процессы урбанизации, появление городов- спутников во многих развитых странах, расширение миграци- онных потоков поставили социальных работников перед необхо- димостью осваивать новые формы социальной работы. Когнитивная модель социальной работы является комплекс- ной, так как она включает и социологические, и психологические подходы к организации социальной работы. Такое понимание этой модели практики социальной работы во многом обусловлено тем, что адаптация понимается не только как индивидуально- личностная потребность, но и как имеющая социальные послед- ствия: она оказывает влияние на социальную среду (как непо- средственную среду обитания индивида, так и опосредованно на социальную реальность в целом), изменяясь, в свою очередь, под ее воздействием через изменения личности. Но порой социальная адаптация ограничивает ее независимость, различные социаль- ные институты могут заставить человека пойти на компромисс с его жизненными целями и установками, усиливая возникший внутриличностный дискомфорт, хотя внешне социальный кон- фликт может казаться разрешенным. Одна из проблем, с которой встречается социальный работ- ник на основе этой модели практики, — разрешение конфликтов, природа и сущность которых может быть различна. Например, конфликт между “Я”, которое представляет клиент сам себе, и представлениями, которые, по его мнению, возникают о нем у других (это часто происходит в период изменения социального статуса клиента, потери работы, возрастных изменений и т. д.). То, каким образом человек выходит из конфликта или предпо- лагает пути выхода из него, имеет общественную значимость, так как речь идет о реабилитации адаптивных механизмов личности, имеющих определенное отношение к изменениям и других людей. Таким образом, при организации социальной работы эф- фективным является комплексное использование теоретических подходов и моделей, включающих методологические основы психологии, социологии, правоведения, экономики и других наук, особенно тех, которые носят интегративно-комплексный характер. Вопросы для самоконтроля 1. Назовите основные направления теоретического обосно- вания социальной работы. 230 231 2. Какие проблемы с точки зрения теории исследует соци- альная работа? 3. Опредлите роль теорий научного познания в развитии теории социальной работы. 4. Назовите основные теоретические модели социальной работы. 5. Каковы, на ваш взгляд, приоритетные направления раз- вития теории социальной работы? Литература 1. Гуслякова Л. Г., Холостова Е. И. Основы теории социаль- ной работы. М., 1997. 2. Пайн М. Современные теории социальной работы. Лондон, 1991. 3. Павленок П. Д. Основы теории социальной работы. М., 1998. 4. Теория и методика социальной работы / Под ред. В. И. Жу- кова, И. Г. Зайнишева, Е. И. Холостовой. М., 1994. 5. Теория социальной работы. Учебник /Под ред. проф. Е. И. Холостовой. М., 1998. 6. Фирсов М. В. Социальная работа в России: теория, исто- рия, общественная практика. М., 1996. |